Порою наступают такие жизненные моменты, когда хочется уйти от реальности, абстрагироваться, стать иным человеком, поменять свое тело и разум. Проблемы наваливаются сразу скопом, ты пытаешься раздвоиться, растроиться, но ты лишь один человек, обладающий определенным набором качеств, возможностей, знаний и умений. Зрелый психологически человек, в конце концов, справляется с проблемами. Он чему-то учится, становится мудрее, приобретает опыт, нужный в подобных ситуациях.
65 мин, 57 сек 13495
Можно привести в пример массу случаев ложного обвинения детьми. К примеру, в 1985 году подобным образом была обвинена и медсестра Маргарет Келли Майклс. Ей вменяли сексуальное насилие в отношении 33 детей в больнице городка Мэплвуд, штат Нью-Джерси (США). И опять, как и в случае с делом школы МакМартин, все обвинение строилось исключительно на детских показаниях. Правда, в этом деле присутствовали дети постарше, поэтому и их извращенная ложь была гораздо отвратительней. Они рассказывали о слизывании с гениталий медсестры арахисового масла и засовывании ею посторонних предметов себе в анус и влагалище. И единственным доказательством этих мерзких наветов была банка масла, найденная на кухне больницы и предметы столовой утвари. И опять ложно обвиненная Маргарет, отсидев в тюрьме 5 лет, была отпущена на свободу с извинениями за судебную ошибку.
Подобные истории в 80-х-90-х годах прошлого столетия происходили с завидной регулярностью. Большая их часть приходилась на США, ибо именно в этой стране первой поднялась массовая истерия о детском насилии и сатанизме. Фактически, у многих несостоявшихся личностей появилась возможность свою никчемность оправдать насилием в детстве. Родители же детей получили шанс на волне этой паники подзаработать.
Стоит отметить и тот факт, что в каждом судебном процессе, где обвинителями выступали дети, всегда в большом количестве присутствовали психиатры и психологи. И каждый раз, вынося свой якобы профессиональный вердикт, они подтверждали, что дети таки подвергались насилию, таким образом, множа и укрепляя ложь и оговор невинных людей.
Так давайте зададимся вопросом: можно ли без проверки и подтверждения верить любому заявлению о насилии в детстве? А именно к этому призывают сторонники диссоциативного расстройства. Человек-существо слабое. Мы часто перекладываем вину за свои ошибки и просчеты на кого-то другого, мы не «постоим за ценой» если сможем подзаработать на чужой глупости или неосторожности. А более всего мы подвержены лжи и алчности.
Предположим, мы принимаем неподтвержденное заявление человека, что у него, дескать, диссоциативное расстройство, потому что в детстве над ним измывались. Тогда почему не пойти дальше и не начать оправдывать маньяка, замучившего с десяток детей, если он нам расскажет историю, что его папа в детстве ремнем колотил?
Если мы беремся принимать просто на веру «восстановленные психиатрами воспоминания» тогда давайте начнем верить в рассказы людей о похищениях инопланетянами, о левитации и чудовищах, прятавшихся в нашем детстве под кроватью.
Вторым аргументом скептиков, отвергающих само существование диссоциативного расстройства, является его географическое распространение, локализация и появление большого количества больных в определенные годы.
Эти доказательства являются довольно весомыми, ибо статистика подтверждает, что основное количество людей, демонстрирующих признаки диссоциативного расстройства, сосредоточено исключительно в Соединенных Штатах Америки. В некоторых странах оно встречается достаточно редко, а в других и вовсе неведомо. Да и в самой Америке одни психиатры постоянно сталкиваются со случаями этого расстройства, а многие другие его за всю свою жизнь не видели. Чем же можно объяснить эти феномены? Не тем ли, что только те американские психиатры склонны видеть этот диагноз, кто в него изначально верит?
А настоящий расцвет этой веры пришелся в Америке на период с 1976 по 1996 годы. К примеру, за период, в который уже велась достаточно серьезная медицинская документация, в Америке с 1880 года по 1976 было зафиксировано менее 200 случаев раздвоения личности. А уже в 80–90 годы 20 столетия их насчитывалось около 40 000. Это что же выходит, пандемия? Причем, которая локализуется исключительно на территории США?
Замечена и еще одна «странность» — от года к году количество личностей, которые«открываются» в субъекте, все возрастает. И если в начале 20 века субъект демонстрировал одну-две дополнительные личности, то уже к концу 90-х годов объявляли даже не о десятках, а о сотнях.
На сегодняшний день в мировой сети можно найти множество сайтов, где люди, утверждающие, что больны диссоциативным расстройством, создают свои сообщества и ведут переписку. Они даже сленг свой изобрели и пытаются давать друг другу советы. То есть создается ощущение, что это не психическое расстройство, а нечто вирусное. О них пишут книги, снимают странные ролики и художественные картины, а людей таких в реальной жизни где-то нет. Может быть, именно в эту минуту они все находятся на приеме у психиатра?
Подобные истории в 80-х-90-х годах прошлого столетия происходили с завидной регулярностью. Большая их часть приходилась на США, ибо именно в этой стране первой поднялась массовая истерия о детском насилии и сатанизме. Фактически, у многих несостоявшихся личностей появилась возможность свою никчемность оправдать насилием в детстве. Родители же детей получили шанс на волне этой паники подзаработать.
Стоит отметить и тот факт, что в каждом судебном процессе, где обвинителями выступали дети, всегда в большом количестве присутствовали психиатры и психологи. И каждый раз, вынося свой якобы профессиональный вердикт, они подтверждали, что дети таки подвергались насилию, таким образом, множа и укрепляя ложь и оговор невинных людей.
Так давайте зададимся вопросом: можно ли без проверки и подтверждения верить любому заявлению о насилии в детстве? А именно к этому призывают сторонники диссоциативного расстройства. Человек-существо слабое. Мы часто перекладываем вину за свои ошибки и просчеты на кого-то другого, мы не «постоим за ценой» если сможем подзаработать на чужой глупости или неосторожности. А более всего мы подвержены лжи и алчности.
Предположим, мы принимаем неподтвержденное заявление человека, что у него, дескать, диссоциативное расстройство, потому что в детстве над ним измывались. Тогда почему не пойти дальше и не начать оправдывать маньяка, замучившего с десяток детей, если он нам расскажет историю, что его папа в детстве ремнем колотил?
Если мы беремся принимать просто на веру «восстановленные психиатрами воспоминания» тогда давайте начнем верить в рассказы людей о похищениях инопланетянами, о левитации и чудовищах, прятавшихся в нашем детстве под кроватью.
Вторым аргументом скептиков, отвергающих само существование диссоциативного расстройства, является его географическое распространение, локализация и появление большого количества больных в определенные годы.
Эти доказательства являются довольно весомыми, ибо статистика подтверждает, что основное количество людей, демонстрирующих признаки диссоциативного расстройства, сосредоточено исключительно в Соединенных Штатах Америки. В некоторых странах оно встречается достаточно редко, а в других и вовсе неведомо. Да и в самой Америке одни психиатры постоянно сталкиваются со случаями этого расстройства, а многие другие его за всю свою жизнь не видели. Чем же можно объяснить эти феномены? Не тем ли, что только те американские психиатры склонны видеть этот диагноз, кто в него изначально верит?
А настоящий расцвет этой веры пришелся в Америке на период с 1976 по 1996 годы. К примеру, за период, в который уже велась достаточно серьезная медицинская документация, в Америке с 1880 года по 1976 было зафиксировано менее 200 случаев раздвоения личности. А уже в 80–90 годы 20 столетия их насчитывалось около 40 000. Это что же выходит, пандемия? Причем, которая локализуется исключительно на территории США?
Замечена и еще одна «странность» — от года к году количество личностей, которые«открываются» в субъекте, все возрастает. И если в начале 20 века субъект демонстрировал одну-две дополнительные личности, то уже к концу 90-х годов объявляли даже не о десятках, а о сотнях.
На сегодняшний день в мировой сети можно найти множество сайтов, где люди, утверждающие, что больны диссоциативным расстройством, создают свои сообщества и ведут переписку. Они даже сленг свой изобрели и пытаются давать друг другу советы. То есть создается ощущение, что это не психическое расстройство, а нечто вирусное. О них пишут книги, снимают странные ролики и художественные картины, а людей таких в реальной жизни где-то нет. Может быть, именно в эту минуту они все находятся на приеме у психиатра?
Страница 20 из 20
