Загадка сумрачного парка

— Вот, ребят, похоже шанс выбраться. — Чуть весело произнёс Михаил и повернувшись к ним, правой рукой, указал на ведущую куда-то в туман, «лестницу» из торчащих кирпичей.

— А где, Катя? — Не увидев её среди собравшихся, запаниковал Михаил.

— Катя! — Закричал он.

Поначалу девушки, а вслед и парни, присоединились к нему.

Ответа не было. И позабыв об осторожности, выкрикивая её имя, они отошли от безопасной стены. И лишь какое-то время спустя осознали, что каждый из них, в этой мгле, один.

Уже месяц, как Ульянов, учинил переворот. У каждого из городов последней империи, власть была своя. Но объединяло их одно, грабежи. Вот и известную нам усадьбу, собрались грабить. При чём несколько разных банд, одновременно, ну или почти. Когда бездумные анархисты, всей бандой вошли с главных дверей (не оставив ни кого на шухире), и уже потихоньку начали грабить, в те же двери ворвались, днём ранее, захватившие город красные:

— Прекратить разграбление! — Гаркнул на анархистов человек в кожаном пальто. — Усадьба и её имущество принадлежит народу!

— Вот, мы его и забираем. — Спокойно произнёс, вышедший из-за угла, мужчина чуть за тридцать, в чёрной с серым мехом дублёнке и папахе того же цвета.

— Да как ты смеешь! Знаешь кто перед тобой? — В чрезмерном самомнении произнёс плащ.

В этот момент, грабёж остановился. Что красные, что анархисты, внимательно наблюдали за своими лидерами.

— Перед тобой, батька, вольных анархистов Ростова, Александр Мехнов. — Это произнёс, вышедший из-за того же угла морячок. С кривой улыбкой, и наганом в руке.

— А я, — он усмехнулся — его личный адъютант, Данька Морячок.

Плащ так и не успел назваться, где-то на втором этаже, послышался звон разбившегося стекла. Встрепенулись все.

— Это ещё что! — Спросил Мехнов, своего адъютанта.

— А чёрт его знает, наших на верху нет.

На ступеньках мраморной лестницы, появился здоровый мужик в армейской шинели. В руках, он держал американский много ствольный пулемёт. Следом за ним, появились ещё двое, в бушлатах с винтовками.

Кто-то из стоящих в низу, почувствовав не ладное, рванул в открытую дверь. А сразу за этим, последовала пулемётная очередь и фраза от здоровяка:

— У, у, у черти!

Очередь скосила человека в плаще, и ещё нескольких его людей. Те что с винтовками, зацепили Даньку и пару анархистов.

Мехнов, подхватив адъютанта, упал за перевёрнутый кем-то стол. И как раз вовремя, в этой не разберихе, на лестнице прогремел взрыв и сопутствующие ему звуки бьющегося (снова), стекла.

Пыль, осела. Не много контуженные анархисты, выбрались из укрытия.

— Твою ж мать! — Присвистнув сказал Данька.

И было из-за чего. Помимо разрушенной лестницы и в хлам разбитого окна, пол холла, был завален трупами. И у многих из них, не хватало частей тела. Впрочем, они имелись в других частях помещения. Не только на полу. Стены и потолок, были в ошмётках не когда людей. А над их головами, мерно покачивалась громоздкая люстра. И кажется, на ней, было что-то лишнее. С чего капала кровь.

— Надо валить от сюда! — Сообщил здравую мысль, Морячок.

Не успев сделать и пары шагов, им пришлось снова ретироваться в «убежище». В дом вбежали несколько солдат, с красными звёздами на шапках похожих на богатырские шлемы (впрочем, изначально они и назывались богатырками).

Тот что вбежал первым, красноречиво матюкнулся. И заметив человека в плаще (верней то что от него осталось), подошёл к нему:

— Говорил я вам, не суйтесь! — Припав перед останками на колено, снял «шапку», он.

— Я уже говорил, но повторюсь, — тихо произнёс Данька — валить, надо.

Не согласиться, Мехнов не мог. В его голове родился, экспромт. Вернее, не слишком хороший план:

— Так, Данька, я прикрою, а ты беги в развороченное окно. Я следом.

Мехнов, труса не праздновал, но всё же, умирать не хотел.

— Беги! — Сказал он, а сам, высунувшись из укрытия стал вести беспорядочную стрельбу.

Данька бегал шустро, как только он исчез в окне, Мехнов, рванул за ним. При этом, успел кого-то из недругов ранить.

Вот он, уже у окна. Мгновение и прыжок. Но, пуля дура, а дуракам, как известно везёт. В общем, к адъютанту он попал. Вернее, упал плашмя, добавив к дырке в ключице, разбитый подбородок.

Теперь помогать пришла очередь Даньки. Оба раненные, кое-как, поднялись.

— Боюсь, нам не спастись. — В голосе атамана, звучала обречённость.

— Не батька, вырвемся.

Уже близко слышались голоса красных. Данька, осмотрелся. Спасительная дверь, была сразу за колодцем. Подхватив атамана, он успел спрятаться за ним. Как раз в тот момент, когда пуля, просвистела над левым ухом, чутка, его задев.

— Твари! — Стерев с него кровь, произнёс адъютант.

— Эй, вы сдавайтесь. — Послышалось им.

— Ну, атаман, теперь твоя очередь. Вон дверь приоткрыта. Беги туда.

Не надеясь, ни на что хорошее, они крепко сжали ладони друг друга, и атаман, последовал совету Даньки.

Меньше минуты прошло, и они уже за дверью. Погоня, запаздывала ровно на столько же. Вот они уже в низу. Снова дверь. А краснота, постреливая в них, осторожно спускается.