Западня

На мой резонный вопрос, как они её поймают, если, по их словам, чтобы меня убить, ей совершенно не требуется физически находиться рядом со мной, достаточно просто загипнотизировать меня на расстоянии, он загадочно ухмыльнулся.

«У нас есть способы диагностировать психическую энергию, также как радиоволны. Но это»…

«Важная государственная тайна», — закончил за него я. Он опять ухмыльнулся и кивнул головой.

— Поэтому нам так важно довести вас до финала. В этом случае, излучение должно быть по-настоящему сильным и четко направленным. Поэтому уж не подведите нас, «раскрутите» её на полную катушку. А из петли вытащим, не переживайте.

По его чрезмерно «потеплевшему» голосу, я сделал обратный вывод. Мне показалось, что все будет как раз наоборот. Меня используют и уберут её руками, вернее, лапками. В самом деле, зачем им лишний свидетель, который«слишком много знает»? Не эта ли участь постигла несчастного Николаева? Я не спрашивал о его судьбе, заранее предвидя, что не получу внятного ответа, но что-то мне подсказывало, что его «убрали». О секретном психическом оружии должны знать только ОНИ, «восставшие из ада» ревнители«государственных интересов».

И поэтому я, рассеянно рассматривая такие мирные, такие оживленные улицы летней Москвы, тщательно продумывал, каким образом самостоятельно выбраться из Западни и убить одним выстрелом двух зайцев: уничтожить это адское зло и оставить моих незваных «спасителей» с носом.

Да, забыл написать ещё вот о чем — естественно, все мои разговоры прослушиваются, мне прикрепили крошечный микрофон с тыльной стороны рубашки.

На том мы и расстались. Меня высадили в незаметном дворе где-то в центре Москвы, вручили ключи от снятой специально для меня спецквартире (было бы идеально, по мнению «терминатора», привести её туда — она вся нашпигована спецтехникой), деньги, и я растворился в потоке людей без лиц, без истории, без жизни…

Что мне теперь было делать? Куда идти?

Я пообедал в том самом летнем кафе на Арбате, где первый раз встретил Диану, но засиживаться там не стал. Решил прогуляться по Бульварному.

Ничего. За весь день — совершенно ничего. Словно эта демоническая женщина каким-то сверхъестественным чутьем распознала засаду и решила не выходить на связь.

Ноги ныли от долгой ходьбы, и я решил вернуться «домой» — на спецквартиру в одном из спальных районов.

Я принял душ, залез под одеяло и включил свой новый, «казенный», ноутбук и оттуда вошел в свою электронную почту.

Надо же! Новое сообщение! И это после трех лет отшельничества! Интересно…

Написал Коля Синицын, мой старый товарищ по университету и сотрудник Института истории древнего мира, мы вместе с ним были на похоронах Леши. Письмо сегодняшнее, понедельник, 2 июня, 12:03.

Все как обычно — как дела? Куда пропал? И т. п.

Но, пробежав глазами словесную «мишуру», я остановился на главном, как всегда сказанном в постскриптуме:

«P.S. Да, кстати, недавно с ребятами вспоминали Лешу и всю эту ужасную историю. Знаешь, реально из головы не выходит. Так вот, буквально сегодня жена позвонила — она по-прежнему в той конторе батрачит — и рассказала, что у них сотрудник на работе покончил жизнь самым ужасным образом. Она про эту нашу историю не знала, я её не просвещал, просто она рассказала, что он повесился на бельевой веревке в ванной, а жена его с горя помешалась — и я сразу подумал про это. Или, может, совпадение? Как думаешь?»

Словно электрический ток ударил меня. С быстротой молнии в голове пронеслась ужасающая мое воображение логическая цепочка: «дизайнерская фирма» на входе, смерть сотрудника и жена — на выходе, а между — «Х» — а, скорее всего, очередное, будь оно не ладно, ателье или целая швейная фабрика!

Сердце сжалось от боли. Надеюсь, жена Коли не сотрудничала с этой подозрительной мастерской? Не встречалась с «костюмершей»? Блин, я ведь даже должность её не помню, ну, кем она там работает. Впрочем, какое это имеет значение?

Я набрал номер Коли.

Он взял трубку сразу:

— Коль, будь здрав! У меня нет времени на объяснения, ты и Надя в огромной опасности. Нет времени на вопросы. Я немедленно еду прямо к тебе домой, на месте все объясню. Идет?

— Да… Ну… — он был ошарашен. — Конечно, приезжай!

Я вызвал такси и уже через минут двадцать был у него.

Коля Синицын жил в старой хрущевке, на Дмитровке. Насколько помню, её все время собирались сносить — ещё когда там жила его бабушка, но так и не снесли. Семья Синицыных, сам, супруга и двое детей, ютились в однушке, год за годом тщетно ожидая переселения.

Коля Синицын — низкорослый, кругленький, в черных очках в толстой оправе, отчего глаза его на широком скуластом лице казались до смешного маленькими, что при наличии круглого картошкой носа придавало ему сходство с маленьким умным поросенком из Оруэлловского «Скотного двора», только без его предприимчивости. Этого качества Синицын был лишен начисто.