Запах роз после дождя

— Не пытайся со мной бороться, я гораздо опытнее и сильнее, хотя ты тоже не слаб. Но по-прежнему поддаешься чувствам, которых нам испытывать не положено, сентиментальность для низших, для людей, а мы — мы стоим на иной высоте. Видишь ли, мы в некотором роде контролируем число тех жалких и бесполезных созданий, дабы они окончательно не возомнили, что весь мир находится в их власти. И нам не следует им сочувствовать. Никому. В том числе этой глупенькой сестричке, оказавшейся здесь весьма кстати… (растягивая слова) О, я видел, как ты с ней расправился, это было весьма красиво, она даже не успела закричать… Ты выпил у нее практически всю кровь сразу, до того, как ее сердце навеки замолкло. Не каждые поначалу это могут.

Я молчал, обхватив голову руками. Вампир продолжал говорить.

— Не терзайся из-за своих естественных потребностей, Кристиан, не унижайся никогда до такой степени перед людьми. Ты еще поймешь это, поймешь, насколько лучше быть таким, какой ты сейчас, нежели тем, кем ты был. А сейчас нам необходимо уходить, лично я не намерен объясняться с полицией по поводу произошедшего: я вообще планировал сегодня же уехать отсюда. И… Я хотел бы взять тебя с собой.

Никогда не забуду, как он на меня посмотрел в тот момент. Его глаза были уже не насмешливыми, а настолько выразительными и выжидающими, что невозможно было оторвать от них взгляд. Поняв, что другого выхода у меня все равно нет, я, мысленно проклиная собственную бесхарактерность, подал ему руку. Дороги назад уже не было. Ее и не могло быть.

Примечание к части.

Слово «тварь» здесь не оскорбительное, оно синоним слова«создание».

Объяснение (два).

— Вот так я и стал тем, кем являюсь поныне. — завершил свою исповедь Кристиан.

— Мое решение сделаться вампиром было добровольным, однако я не мог и представить, какие меня будут ждать последствия. Мне лишь хотелось жить, продолжать заниматься музыкой вместо того чтобы умереть на двадцать первом году жизни. Но я не думал, что после моего превращения мне уже будет не до музыки… По крайней мере, в первое время это было так: меня интересовали лишь люди и их кровь, а ужасная жажда регулярно возвращалась спустя всего лишь несколько часов, хотя я всегда сдерживался до последнего. Зато потом… Я совершенно терял над собой контроль.

Юноша вновь прервался и тяжело вздохнул. Ланера заметила, как кончики его пальцев начали немного подрагивать. Придвинувшись ближе, девушка снова спросила, как он себя чувствует, она уже начала искренне сочувствовать и беспокоиться за Кристиана.

— Со мной все нормально, просто когда я начинаю возвращаться к тем воспоминаниям… Вы заметили, что я иногда вздыхаю: на самом деле мне уже необязательно это делать, это получается само собой, по привычке. Ведь я еще довольно молод для вампира, мне всего лишь восемьдесят два года… Тем, другим было значительно больше…

На несколько секунд Кристиана замолчал, глядя куда то в стену, после чего продолжил.

— Понимаю, мои слова для вас звучат странно, поскольку по идее я уже должен быть глубоким стариком, а выгляжу по-прежнему так, как в последний дни своей человеческой жизни. Но за шестьдесят два года я привык к этому. Впрочем, моя внешность меня не так уж сильно волнует.

— Отчего же, внешне вы весьма привлекательны. — внезапно вмешалась Ланера. В тот же миг девушка покраснела.

— Простите, я сказала лишнее и…

— Не стоит. Возможно, я действительно красив, но лишь снаружи. Одному Богу известно, насколько изуродована моя душа. Ведь та сестра милосердия была далеко не единственной моей жертвой, за эти годы я убил около сотни людей. Правда, большая их часть также не обладала чистой душой… Поверьте, я знаю это, потому что обладаю способностью видеть жизнь человека, когда пью его кровь. В такие моменты я словно сам ее проживаю, раз за разом. С той сиделкой было иначе, поскольку это произошло впервые, а уже потом… Это сложно описать словами, миледи, то ощущение может сравниться с действием наркотического вещества, когда человек видит всевозможные галлюцинации, но в моем случае все они — реальны.

— А для чего вы пили мою кровь? Зачем вам было видеть мою жизнь?

Кристиан повернулся и посмотрел Ланере в глаза. Было видно, что он начинает нервничать.

— Мне было необходимо это увидеть, было необходимо убедиться… В том, что вы действительно такая, какой показались мне в первый раз. Ведь вы так прелестны… Особенно в моменты задумчивости и печали. Возможно, я не уделял прежде этому столько внимания, но мне и тогда уже казалось, что ваша улыбка, которой вы порой одариваете окружающих — не более чем маска. И, увидев вашу жизнь, я понял, что так и есть: вы не беззаботная бабочка, порхающая от цветка к цветку, вы сами все равно что роза без шипов, такая же хрупкая и ранимая. И ваша душа — отражение той, что была прежде моей. Потому вы меня и притягивали с самой первой секунды. Однако… Нам нельзя быть вместе, поскольку вы… Вы настоящий ангел, а я… Я хуже Демона из Ада. И это уже не изменить.