Несмотря на что, что сейчас в комнате стоит тишина, я могу расслышать шорох листьев за окном. С них по-прежнему продолжает капать вода от совсем недавно прошедшего дождя. Я знаю, они жадно впитывают влагу, несмотря на то, что дождь здесь идет около пяти раз в неделю. Каждый листок и травинка тянутся к его каплям, к воде. Она — их жизнь. О, как бы хотел поменяться местами с этими бессловесными, но такими прекрасными созданиями природы! Однако увы, для меня жизнь заключается в жидкости, что будет малость погуще…
102 мин, 30 сек 12166
— Да. Испытываю, причем неимоверно. Это продолжается с того самого момента, как я впервые вас удивил. Вы — тот идеал, о котором я мечтал еще с отрочества, вы — та самая, что так похожа на мою мать и одновременно с тем отличается от нее, поскольку более сильна душой… И я уже никогда не смогу вас забыть или испытывать к вам равнодушие, поскольку… Я люблю вас. И не хочу терять. Однако принуждать вас я ни к чему не стану, я и без того причинил вам определенный вред, пускай и небольшой. Поэтому… Вам будет лучше уйти.
Кристиан встал и отошел к окну, где замер, словно мраморное изваяние. «Боже, сколько еще будет длиться эта мучительнейшая пытка: будь я человеком, то мое сердце бы уже не выдержало… Скорее бы настало утро, чтобы я вновь мог оказаться в одиночестве, которое скроет мою боль и тоску».
Юноша не сразу заметил, что любимая снова стоит рядом с ним, положив руку ему на плечо.
— А если я сама не хочу уходить? — вопрос прозвучал довольно заманчивым тоном.
— Но я вам объяснил, что из себя представляет жизнь Проклятых…
— Однако я не сотворю много зла, если моим наставником станет кто-то вроде тебя, ты научишь меня сдерживаться… Поверь, ты хороший учитель, Кристиан, и у тебя много опыта. И если ты действительно меня любишь, то зачем же мне тебя мучить? Ты и без того настрадался… А вместе мы сможем преодолеть все трудности. И не стоит вновь говорить о моей святости: мое решение не является самопожертвованием, я делаю это по собственному желанию, поскольку поняла, что лишь ты один меня можешь понять так, как никто другой в мире. Я знаю, что тебе нравятся мои картины, за которые люди мне обычно платили гроши; нравится, как рисую в своем саду, что другие считают чем-то вроде помешательства; нравится, когда я читаю по ночам… (приблизив к нему свое лицо) И поэтому я прошу тебя, сделай меня подобной себе, чтобы нас уже ничто не могло разлучить: ни болезнь, ни старость, ни воздействие извне. Это все, чего я хочу.
Видя, что ее слов недостаточно, девушка нежно коснулась рукой лица Кристиана, отчего тот закрыл глаза. На губах вампира проступила улыбка, уже не хищническая, а настоящая, искренняя и трогательная. Забывая, что не нуждается в этом, Кристиан глубоко выдохнул, после чего привлек Ланеру ближе к себе, гладя ее волосы.
— Если ты действительно этого хочешь и согласна… Я сделаю это с наступлением полуночи. — глаза юноши светились от предвкушения.
— Только… Постарайся не причинить мне сильную боль, пускай это случится не так, как с твоими жертвами.
То, как должно это случится, Ланера прошептала Кристиану уже на ухо, немного краснея. Музыкант и сам лукаво улыбнулся, кивая головой в знак согласия. Внезапно художница вспомнила о своей кухарке и горничной.
— А что же будет с ними, когда они узнают, что я исчезла?
— О, в этом нет ничего сложного: я еще вчера отправил им письмо, где говорилось, что ты отправилась в Ирландию навестить дальних родственников, к нему было прикреплено официальное заверение, чтобы не вызвать подозрений. Так что эта проблема полностью решена. (тише) Если бы все на свете было также просто…
Ланера вновь обняла любимого и произнесла: «Спасибо…».
— Не за что. А теперь — готовься, осталось меньше двух часов до наступления нового дня, который станет первым в твоей вечной жизни…
Уголки рта девушки в очередной раз поднялись.
Ланера лежала на кровати, машинально проводя рукой по ткани своего платья и глядя на узорчатый потолок. Время пролетело незаметно, и уже совсем скоро все должно было свершиться. Девушка ждала этого момента, когда все начнется… Она не чувствовала страха, только напряжение и нервное возбуждение, все ощущения в те минуты были заострившимися до предела. Прислушиваясь к каждому малейшему звуку, Ланера думала о Кристиане. Несмотря на то, что они знали друг друга всего сутки, она была готова отдать ему всю себя: и душой, и телом. Потому что Кристиан действительно был ее собственным отражением, девушка поняла это еще во время его исповеди: с незнакомым человеком никто бы не был столь откровенен, даже вампир, которому нечего терять и бояться. Наконец дверь бесшумно открылась, и на пороге возник уже знакомый силуэт.
— Я готова. — проговорила Ланера, не узнавая собственного голоса. Пальцы ее рук слегка подрагивали, а лицо делалось то белым как снег, то красным, словно пион. По телу также пробегали мурашки, но она не обращала на это внимание.
Уже сняв с себя верхнюю одежду, Кристиан сел рядом с ней, нежно проведя рукой по лицу возлюбленной.
— Так ты любишь меня? — выдохнула девушка.
— Покажи это в таком случае.
Последовал поцелуй. Сперва еще сдержанный, однако затем более страстный и глубокий. С трудом прервавшись, Ланера одними губами произнесла «Я люблю тебя больше всего на свете» после чего снова припала к Кристиану. Все дальнейшее снова напоминало карусель или некий калейдоскоп, в котором все смешивалось. И Кристиан, и Ланера с трудом осознавали происходящее, полностью отдавшись чувствам. Их обоих захватило нечто необъятное и неизмеримое, то, что они не могли объяснить.
Кристиан встал и отошел к окну, где замер, словно мраморное изваяние. «Боже, сколько еще будет длиться эта мучительнейшая пытка: будь я человеком, то мое сердце бы уже не выдержало… Скорее бы настало утро, чтобы я вновь мог оказаться в одиночестве, которое скроет мою боль и тоску».
Юноша не сразу заметил, что любимая снова стоит рядом с ним, положив руку ему на плечо.
— А если я сама не хочу уходить? — вопрос прозвучал довольно заманчивым тоном.
— Но я вам объяснил, что из себя представляет жизнь Проклятых…
— Однако я не сотворю много зла, если моим наставником станет кто-то вроде тебя, ты научишь меня сдерживаться… Поверь, ты хороший учитель, Кристиан, и у тебя много опыта. И если ты действительно меня любишь, то зачем же мне тебя мучить? Ты и без того настрадался… А вместе мы сможем преодолеть все трудности. И не стоит вновь говорить о моей святости: мое решение не является самопожертвованием, я делаю это по собственному желанию, поскольку поняла, что лишь ты один меня можешь понять так, как никто другой в мире. Я знаю, что тебе нравятся мои картины, за которые люди мне обычно платили гроши; нравится, как рисую в своем саду, что другие считают чем-то вроде помешательства; нравится, когда я читаю по ночам… (приблизив к нему свое лицо) И поэтому я прошу тебя, сделай меня подобной себе, чтобы нас уже ничто не могло разлучить: ни болезнь, ни старость, ни воздействие извне. Это все, чего я хочу.
Видя, что ее слов недостаточно, девушка нежно коснулась рукой лица Кристиана, отчего тот закрыл глаза. На губах вампира проступила улыбка, уже не хищническая, а настоящая, искренняя и трогательная. Забывая, что не нуждается в этом, Кристиан глубоко выдохнул, после чего привлек Ланеру ближе к себе, гладя ее волосы.
— Если ты действительно этого хочешь и согласна… Я сделаю это с наступлением полуночи. — глаза юноши светились от предвкушения.
— Только… Постарайся не причинить мне сильную боль, пускай это случится не так, как с твоими жертвами.
То, как должно это случится, Ланера прошептала Кристиану уже на ухо, немного краснея. Музыкант и сам лукаво улыбнулся, кивая головой в знак согласия. Внезапно художница вспомнила о своей кухарке и горничной.
— А что же будет с ними, когда они узнают, что я исчезла?
— О, в этом нет ничего сложного: я еще вчера отправил им письмо, где говорилось, что ты отправилась в Ирландию навестить дальних родственников, к нему было прикреплено официальное заверение, чтобы не вызвать подозрений. Так что эта проблема полностью решена. (тише) Если бы все на свете было также просто…
Ланера вновь обняла любимого и произнесла: «Спасибо…».
— Не за что. А теперь — готовься, осталось меньше двух часов до наступления нового дня, который станет первым в твоей вечной жизни…
Уголки рта девушки в очередной раз поднялись.
Ланера лежала на кровати, машинально проводя рукой по ткани своего платья и глядя на узорчатый потолок. Время пролетело незаметно, и уже совсем скоро все должно было свершиться. Девушка ждала этого момента, когда все начнется… Она не чувствовала страха, только напряжение и нервное возбуждение, все ощущения в те минуты были заострившимися до предела. Прислушиваясь к каждому малейшему звуку, Ланера думала о Кристиане. Несмотря на то, что они знали друг друга всего сутки, она была готова отдать ему всю себя: и душой, и телом. Потому что Кристиан действительно был ее собственным отражением, девушка поняла это еще во время его исповеди: с незнакомым человеком никто бы не был столь откровенен, даже вампир, которому нечего терять и бояться. Наконец дверь бесшумно открылась, и на пороге возник уже знакомый силуэт.
— Я готова. — проговорила Ланера, не узнавая собственного голоса. Пальцы ее рук слегка подрагивали, а лицо делалось то белым как снег, то красным, словно пион. По телу также пробегали мурашки, но она не обращала на это внимание.
Уже сняв с себя верхнюю одежду, Кристиан сел рядом с ней, нежно проведя рукой по лицу возлюбленной.
— Так ты любишь меня? — выдохнула девушка.
— Покажи это в таком случае.
Последовал поцелуй. Сперва еще сдержанный, однако затем более страстный и глубокий. С трудом прервавшись, Ланера одними губами произнесла «Я люблю тебя больше всего на свете» после чего снова припала к Кристиану. Все дальнейшее снова напоминало карусель или некий калейдоскоп, в котором все смешивалось. И Кристиан, и Ланера с трудом осознавали происходящее, полностью отдавшись чувствам. Их обоих захватило нечто необъятное и неизмеримое, то, что они не могли объяснить.
Страница 23 из 28
