Несмотря на что, что сейчас в комнате стоит тишина, я могу расслышать шорох листьев за окном. С них по-прежнему продолжает капать вода от совсем недавно прошедшего дождя. Я знаю, они жадно впитывают влагу, несмотря на то, что дождь здесь идет около пяти раз в неделю. Каждый листок и травинка тянутся к его каплям, к воде. Она — их жизнь. О, как бы хотел поменяться местами с этими бессловесными, но такими прекрасными созданиями природы! Однако увы, для меня жизнь заключается в жидкости, что будет малость погуще…
102 мин, 30 сек 12165
Моя месть продолжалась очень долго, больше пятидесяти лет. Иногда я делал перерывы, довольствуясь сохраненными у себя запасами, однако рано или поздно все равно выходил на охоту. В случае когда в округе не было большого количества продажных красоток, я переходил и на других, однако меня все равно влекло именно к тем «дамам под фонарем» только убивая их, я не испытывал слишком сильных мук совести.
Разумеется, я больше и не помышлял о том, чтобы вновь испытать любовь, тем более, настоящую, возвышенную, в которой преобладают именно чувства, а не физические желания. Но однажды все изменилось. Именно тогда, уже в 1881 году, вновь остановившись в Англии, я встретил Ее…
Впервые бросив на Нее мимолетный взгляд, во время посещения выставки картин молодых художников я, уже так долго сторонящийся тесного общения с людьми, вдруг понял, что все, чего мне отныне хочется — это быть ближе к Ней, как можно чаще смотреть на Нее, наблюдать, вдыхать запах роз, которыми она всегда себя окружает и… Ждать. Того самого подходящего момента, когда можно будет… Как бы парадоксально это ни выглядело, уже в первые минуты с того, как я на Нее посмотрел, я понял, что должен буду и с Ней проделать то, что делал с другими, разве что в более смягченном варианте. Именно поэтому я и называю себя монстром, и даже Ее сочувствие и понимание вряд ли что изменят. Ибо я — само отродье Мрака, губитель чистых душ. Молодой навсегда и проклятый навеки.
Примечание к части.
Говоря о Леди Лилит, Кристиан имеет в виду картину прерафаэлитов, а Лукреция Борджиа — знаменитая итальянская распутница и, по слухам, отравительница.
Согласие и клятва (два).
Ланера проспала несколько часов. Когда девушка проснулась, был уже вечер, однако занавешенное тяжелыми шторами окно не давало увидеть изменение времени. Внезапно в комнату вошел Кристиан, в его руке был светильник. Осторожно поставив его на небольшую тумбочку возле кровати, он спросил: «Вам лучше?».
— Да, слабость уже прошла.
— И хорошо. Значит, утром вы сможете принять решение…
Ланера удивилась.
— Какое решение?
— Думаю, вам и самой уже известно.
— Кристиан вновь помрачнел.
— Оно касается вашей дальнейшей жизни.
— То есть, ты хочешь сказать, что…
— Именно так. Другого выхода нет. Я давно убедился, что не смогу вас убить, я понял это еще несколько месяцев назад. В противном случае я никогда этого себе не прощу и точно покончу с собой, выйдя на солнце. Также мне казалось, что, приведя вас к себе домой, я уже не смогу отпустить вас, но все же… Если для вас так будет лучше, то… Я не стану этому препятствовать, не хочу удерживать вас силой, миледи. Я и без того грешен и обречен на вечные муки.
— Подожди, то есть, ты меня отпускаешь? — художница смотрела с недоумением.
— Да. — с этими словами Кристиан отвернулся.
— Если вы пожелаете, то можете уйти после рассвета.
— Но есть ведь и иной путь развития событий…
Кристиан стремительно обернулся.
— Есть. Однако я думаю, что вы никогда не согласитесь на это. Ведь для того, чтобы остаться со мной, вам придется стать тем же существом, каким являюсь я, поскольку союз вампира и человека невозможен, он не будет длиться вечно, и к тому же я в один прекрасный момент просто могу не сдержать жажду… Поэтому… Нет, нет, вы на такое не пойдете: даже самый прекрасный ангел из Рая не способен снизойти до такого самопожертвования, и я не вправе требовать этого от вас, Ланера.
Впервые за все время Кристиан назвал девушку по имени, причем на последнем слове его голос дрогнул. Тронутая этими словами, юная художница спросила: «Но почему ты так уверен, что я откажусь?».
— Почему? Я не наделен способностью читать мысли, однако я очень хорошо чувствую людей. Я наблюдал за вами, пока вы спали, сопоставлял увиденное в реальности с вашим прошлым и… Пришел к выводу, что такая девушка как вы никогда не станет бегать со мной по темным ночным подворотням в поисках очередной жертвы, вы слишком чисты для этого.
— Значит, по-вашему, я не способна на убийство?
— Этого я не могу утверждать, поскольку даже новообращенный бывший монах не в силах совладеть со своей жаждой. Если он и не будет убивать людей, то переключится на птиц, мелких зверьков и прочих низших тварей. Однако долго это не продлится, и он все равно рано или поздно нападет на человека, подобно тигру-людоеду. Нас терзает зависимость от крови, которая во много раз хуже, нежели у тех, кто испытывает пристрастие к алкоголю или наркотическим веществам. Ни один вампир за всю историю еще не смог полностью покончить со своими потребностями, будь он в прежней жизни хоть образцом добродетелей. И я — прямое тому подтверждение.
На некоторое время Ланера задумалась, однако после медленно поднялась с кровати и подошла к Кристиану, беря его за руку. На сей раз он не отпрянул.
— Но каким бы ты ни был и чего бы ты ни совершил, ты ведь… Испытываешь ко мне чувства? Верно?
Юноша посмотрел своей избраннице в глаза.
Разумеется, я больше и не помышлял о том, чтобы вновь испытать любовь, тем более, настоящую, возвышенную, в которой преобладают именно чувства, а не физические желания. Но однажды все изменилось. Именно тогда, уже в 1881 году, вновь остановившись в Англии, я встретил Ее…
Впервые бросив на Нее мимолетный взгляд, во время посещения выставки картин молодых художников я, уже так долго сторонящийся тесного общения с людьми, вдруг понял, что все, чего мне отныне хочется — это быть ближе к Ней, как можно чаще смотреть на Нее, наблюдать, вдыхать запах роз, которыми она всегда себя окружает и… Ждать. Того самого подходящего момента, когда можно будет… Как бы парадоксально это ни выглядело, уже в первые минуты с того, как я на Нее посмотрел, я понял, что должен буду и с Ней проделать то, что делал с другими, разве что в более смягченном варианте. Именно поэтому я и называю себя монстром, и даже Ее сочувствие и понимание вряд ли что изменят. Ибо я — само отродье Мрака, губитель чистых душ. Молодой навсегда и проклятый навеки.
Примечание к части.
Говоря о Леди Лилит, Кристиан имеет в виду картину прерафаэлитов, а Лукреция Борджиа — знаменитая итальянская распутница и, по слухам, отравительница.
Согласие и клятва (два).
Ланера проспала несколько часов. Когда девушка проснулась, был уже вечер, однако занавешенное тяжелыми шторами окно не давало увидеть изменение времени. Внезапно в комнату вошел Кристиан, в его руке был светильник. Осторожно поставив его на небольшую тумбочку возле кровати, он спросил: «Вам лучше?».
— Да, слабость уже прошла.
— И хорошо. Значит, утром вы сможете принять решение…
Ланера удивилась.
— Какое решение?
— Думаю, вам и самой уже известно.
— Кристиан вновь помрачнел.
— Оно касается вашей дальнейшей жизни.
— То есть, ты хочешь сказать, что…
— Именно так. Другого выхода нет. Я давно убедился, что не смогу вас убить, я понял это еще несколько месяцев назад. В противном случае я никогда этого себе не прощу и точно покончу с собой, выйдя на солнце. Также мне казалось, что, приведя вас к себе домой, я уже не смогу отпустить вас, но все же… Если для вас так будет лучше, то… Я не стану этому препятствовать, не хочу удерживать вас силой, миледи. Я и без того грешен и обречен на вечные муки.
— Подожди, то есть, ты меня отпускаешь? — художница смотрела с недоумением.
— Да. — с этими словами Кристиан отвернулся.
— Если вы пожелаете, то можете уйти после рассвета.
— Но есть ведь и иной путь развития событий…
Кристиан стремительно обернулся.
— Есть. Однако я думаю, что вы никогда не согласитесь на это. Ведь для того, чтобы остаться со мной, вам придется стать тем же существом, каким являюсь я, поскольку союз вампира и человека невозможен, он не будет длиться вечно, и к тому же я в один прекрасный момент просто могу не сдержать жажду… Поэтому… Нет, нет, вы на такое не пойдете: даже самый прекрасный ангел из Рая не способен снизойти до такого самопожертвования, и я не вправе требовать этого от вас, Ланера.
Впервые за все время Кристиан назвал девушку по имени, причем на последнем слове его голос дрогнул. Тронутая этими словами, юная художница спросила: «Но почему ты так уверен, что я откажусь?».
— Почему? Я не наделен способностью читать мысли, однако я очень хорошо чувствую людей. Я наблюдал за вами, пока вы спали, сопоставлял увиденное в реальности с вашим прошлым и… Пришел к выводу, что такая девушка как вы никогда не станет бегать со мной по темным ночным подворотням в поисках очередной жертвы, вы слишком чисты для этого.
— Значит, по-вашему, я не способна на убийство?
— Этого я не могу утверждать, поскольку даже новообращенный бывший монах не в силах совладеть со своей жаждой. Если он и не будет убивать людей, то переключится на птиц, мелких зверьков и прочих низших тварей. Однако долго это не продлится, и он все равно рано или поздно нападет на человека, подобно тигру-людоеду. Нас терзает зависимость от крови, которая во много раз хуже, нежели у тех, кто испытывает пристрастие к алкоголю или наркотическим веществам. Ни один вампир за всю историю еще не смог полностью покончить со своими потребностями, будь он в прежней жизни хоть образцом добродетелей. И я — прямое тому подтверждение.
На некоторое время Ланера задумалась, однако после медленно поднялась с кровати и подошла к Кристиану, беря его за руку. На сей раз он не отпрянул.
— Но каким бы ты ни был и чего бы ты ни совершил, ты ведь… Испытываешь ко мне чувства? Верно?
Юноша посмотрел своей избраннице в глаза.
Страница 22 из 28
