Запыление

Наташа ответила. Звуки снова заглохли. Судья открывал рот, прокурор кивал головой. Наташа выслушала шаблонное предупреждение судьи о даче заведомо ложных показаний. Наташа со всем согласилась, покивала головой. И начала говорить.

— Возможно, эта история могла закончиться без единой капли крови. Без единой слезы. Без этого заседания. Все, что происходит сейчас, есть исход отношений между двумя, всего лишь двумя людьми. От того, как они могли разрешить свою проблему, зависела вся последующая цепь событий. Они не решили этой проблемы, и произошло кровопролитие, самоубийство, суд, шок на всю страну. И все зависело от двух человек…

Убитая, она же моя подруга, была одной из них.

Другим героем этой истории был тот человек, которого она любила. К сожалению, его сейчас нет в живых. Он… — Наташа запнулась. — Он повесился.

Все было предельно просто. Дурак, с которым Аня имела несчастье иметь дело…

— Вот, пожалуйста, от подобных слов воздержитесь, — сказал судья. Наташа быстро закивала.

— Этот человек, не хочу называть его имени, думал, что любит её. Но любовь двадцать первого века уже не отличается чистотой и искренностью. Любовь исчезла. Раньше она была яркая, теперь выгорела как фотография на солнце. И Аня понимала это. Она же… Она свободу любила. И любить по-человечески хотела. Привязалась к одному «романтику». Он, как и надо, цветы ей дарил (что все могут), в кино водил (то же самое), тупые СМС-ки писал. В общем, выполнял все те функции «влюбленного» человека, который внушил себе, что любит свою девушку. Но любви-то нет. Цветы, как я сказала, лишь стоит купить и тупо вручить… Неужели это и была любовь? Нет, это было пользование, привязанность. Но он внушил себе, что любит.

Ей надоели эти гнилые отношения. Ей не нравилось. Она знала, что такое настоящая любовь. Поэтому она решила просто плюнуть своему «Ромео» в зенки, и уйти от него. Скучно было. И девушка она была прямая, решила сделать все сразу. Так и говорила мне:«Наталья, уж лучше я полжизни буду в великих трудах искать настоящего интересного мужчину, пусть даже найду его под старость лет, чем буду всю жизнь проводить рядом с этой серой фигурой. Когда рядом с тобой серая фигура, ты сквозь нее, как сквозь пыльное стекло, видишь мир уродливым и мертвым. Нет, я ухожу от него».

На следующий день она твердо и прямо заявила: «ищи себе другую дурнушку, коих по улице толпы ходят. Мне с тобой неинтересно. Я ухожу». Он не понял. Просто не понял. За все то время, пока они встречались, они ни разу не поссорились. Не конфликтовали. Все было так же, как и у всех: тупо ходили в кино, в кафе, тупо гуляли до полуночи и тупо общались (как и все современные влюбленные). И вдруг, ни с того ни с сего, она уходит! И он, конечно же, и не думает о том, что сам виноват в её уходе. Нет-нет-нет! Он никогда не подумает о своей вине, этот эгоист. Он тут же думает: «она ушла потому, что у нее появился новый поклонник. Возможно, он богаче. Или красивее. Переманил её. Точно так же переманивают собаку: кто покажет ей самую крупную кость, к тому она и побежит. Взяла и кинула, тварь». Так подумал этот человек. А потом взял, да и повесился. Вот просто так. Может, слишком впечатлительный был. Бывают на свете идиоты, которые кончают с собой из-за любви.

Судья снова стукнул молотком.

— Простите… Но, в самом деле, как можно убивать себя из-за несчастной любви? Это же глупо! Это верх тупости! А вот он повесился.

Аня, конечно, такого поворота не ожидала. Она испугалась. Конечно, её вины в этом самоубийстве не было, все дело было в гнилом мировоззрении её бывшего парня. Но Аня чуть тоже с собой не покончила. Сходила в церковь. Исповедовалась. Поставила ему свечу. И все равно… в какую-то апатию ушла. Но о своем уходе не жалела.

А после дружки повесившегося стали названивать ей с угрозами. Медленно сводили её с ума. Доводили до истерики. Грозились расправой. Их целью было доведение Ани до суицида. Но после они решили, что это будет слишком легким наказанием. А вот то, что мы видели несколько минут назад на экране, было бы полноценной местью. Так бы они оторвались по полной… зверюги… Они поймали её тогда, когда она уже купила снотворное. Она хотела убить себя. Но ей не дали уйти легко. Её разодрали на части. Как… как Тузик грелку.

Наташа на какое-то время смолкла, опустила голову. Зал задержал дыхание и не спускал с неё глаз. «Продолжай, люди ждут», — подумала она.

— Была ли в чем-то виновата моя подруга? Нет. Если бы она знала последствия… Если бы она знала чем все это кончится, то она попыталась бы избавиться от своего парня более тактично… но она, простите за слово, просто отшила его. Грубо и радикально. А он взял да вздернулся. Аня такого не ждала. Еще больше её потрясло содержание предсмертной записки: «во всем вините, естественно, мою бывшую девушку, разбившую мое сердце». Бла-бла-бла. Сопли до пола. Простите, ваша честь.