Настойчивый стук вырвал Анри из власти сна. Капитан гвардии открыл глаза и осмотрелся. В комнате царил полумрак, разгоняемый лишь слабоватым светом полной луны. Капитан слабо зарычал и помотал головой, отгоняя остатки сна. Стук повторился. Кто-то продолжал нагло ломиться в спальню мессира Анри Де Волта несмотря на то, что на дворе стояла кромешная ночь.
378 мин, 19 сек 18851
Рядом с судом расположился двухэтажный замок инквизиторов, с несколькими круглыми башенками по углам и четырехскатной черепичной крышей. Башенки, как и стены, были разрушены, а красные полотнища сорваны с ворот. В красиво уложенной черепице крыши зияли дыры — очевидно, это здание громили разозленные инквизиторами колдуны и алхимики. Но мертвяки на стенах не висели. Значит, жрецы Вигхарда успели унести ноги до всей этой заварушки.
Напротив замка инквизиторов высокой башней высилась Королевская Библиотека Призана, пробивая острым шпилем крыши серое небо. Самое большое хранилище знаний во всем Баланжире. На удивление, это здание громить не стали, и теперь библиотека нетронутой возвышалась среди развалин, резко выделяясь на всей площади. И бунтовщики, и наемники «Оскала Мертвеца» не стали даже разбивать большие арочные окна башни, не говоря уж о грабеже или поджоге. Толи все они чтили ценные книги, толи Фигаро Росси настрого запретил громить библиотеку. Либо все торопились попасть во дворец Молота, который расположился по соседству с библиотекой.
А вот сам дворец Молота. Некогда самое величественное и богатое здание Баланжира, теперь представляло собой жалкое зрелище. Огромные окна первого этажа были выворочены вместе с рамами. Сами куски рам, украшенные затейливо вырезанными на них героями прошлого, теперь валялись в грязи грудой бесполезных досок. Мозаичное стекло рассыпалось по мостовой, жалобно хрустя под подошвами сапог при каждом шаге. На почерневших от копоти стенах сиротливо зияли белые пятна — очевидно, некогда здесь были фигурки, серебряные, а возможно, и позолоченные. Теперь они отсутствовали, став добычей какого-то жадного до добычи мародера. Двери, с изображенным на них фамильным гербом короля — массивным молотом, скрещенным с зазубренным топором, были разбиты в щепки. Половина створки болталась на дверной петле, скрипя и раскачиваясь при каждом порыве ветра. Сам щит с фамильным гербом сорван с ворот и валялся на вершине лестницы, красуясь глубокой трещиной. Лестница залита кровью. В паре мест на широких ступенях были наспех сооружены баррикады, которые зияли большими брешами. И многочисленными трупами, которые скорчились за защитным сооружением. В отличие от баррикад в городе, эти защищала гвардия короля.
«Последний оплот», — с мрачной усмешкой подумал Анри, поднимаясь по лестнице и всматриваясь в искаженные лица мертвецов.
У ворот, ведущих во дворец, сидел, прислонившись спиной к стене, один из бойцов в разорванном мундире «Мечей». Он тяжело дышал, хрипя и отплевываясь кровью. Мундир был щедро залит бурой кровью.
— Ты еще жив? — с усмешкой спросил Ватрикс, тронув умирающего за плечо. Тот устало поднял глаза, и попытался было что — то сказать, но изо рта потекла темная кровь. «Меч» лишь закашлялся и кивнул.
— Где Фигаро Росси? — спросил Анри, присев рядом с умиравшим.
— В… Тронном Зале, — тяжело дыша, пробормотал боец, уставившись на Анри.
— А ты тут как живым остался? — полюбопытствовал гусар.
— Жив? — насмешливо пробулькал «меч». — Я вот-вот помру. Мертвяки. У ворот. Живые. Те, кто вчера погиб при штурме. Их… очень много. Я… почти выбрался из города. А они напали. Идут сюда. Их много. Скоро и вам и новому королю тоже придет конец.
«Меч» усмехнулся, роняя на мраморные ступени темную кровь. Вскоре грудь раненого начала вздыматься все реже, тише. Пока не замерла на вдохе. Голова меча бессильно повисла на груди.
— Отмучался, — Анри закрыл остекленевшие глаза мертвеца. — Мертвецы…
— Скоро будут здесь, — закончил за него гусар. — Стоит поторопиться.
Словно подтверждая слова Ватрикса, за углом раздался до боли знакомый рев и хрипение мертвяков, который Анри уже стал забывать за время путешествия по западной части Баланжира, где мертвяки не оживали. Пока не оживали. С той же стороны раздались крики помощи и вопли боли.
— Мертвяки гонят всех от ворот, — вскрикнула Мари. — Пора в здание.
Один за другим, отряд метнулся к выбитым дверям, оказавшись в просторном холле, со скомканной красной дорожкой и перевернутыми разбитыми лавками, на которых ждали королевской аудиенции просившие Огромные картины в позолоченных рамах, с изображениями славных деяний Молотов, а возможно и их предшественников Хольгвардов «Свирепых», теперь валялись среди хлама. Многие картины были помечены грязными следами чьих — то сапог — видимо о королевских персон кто — то тщательно вытер ноги. На красной дорожке лежало несколько трупов.
Напротив замка инквизиторов высокой башней высилась Королевская Библиотека Призана, пробивая острым шпилем крыши серое небо. Самое большое хранилище знаний во всем Баланжире. На удивление, это здание громить не стали, и теперь библиотека нетронутой возвышалась среди развалин, резко выделяясь на всей площади. И бунтовщики, и наемники «Оскала Мертвеца» не стали даже разбивать большие арочные окна башни, не говоря уж о грабеже или поджоге. Толи все они чтили ценные книги, толи Фигаро Росси настрого запретил громить библиотеку. Либо все торопились попасть во дворец Молота, который расположился по соседству с библиотекой.
А вот сам дворец Молота. Некогда самое величественное и богатое здание Баланжира, теперь представляло собой жалкое зрелище. Огромные окна первого этажа были выворочены вместе с рамами. Сами куски рам, украшенные затейливо вырезанными на них героями прошлого, теперь валялись в грязи грудой бесполезных досок. Мозаичное стекло рассыпалось по мостовой, жалобно хрустя под подошвами сапог при каждом шаге. На почерневших от копоти стенах сиротливо зияли белые пятна — очевидно, некогда здесь были фигурки, серебряные, а возможно, и позолоченные. Теперь они отсутствовали, став добычей какого-то жадного до добычи мародера. Двери, с изображенным на них фамильным гербом короля — массивным молотом, скрещенным с зазубренным топором, были разбиты в щепки. Половина створки болталась на дверной петле, скрипя и раскачиваясь при каждом порыве ветра. Сам щит с фамильным гербом сорван с ворот и валялся на вершине лестницы, красуясь глубокой трещиной. Лестница залита кровью. В паре мест на широких ступенях были наспех сооружены баррикады, которые зияли большими брешами. И многочисленными трупами, которые скорчились за защитным сооружением. В отличие от баррикад в городе, эти защищала гвардия короля.
«Последний оплот», — с мрачной усмешкой подумал Анри, поднимаясь по лестнице и всматриваясь в искаженные лица мертвецов.
У ворот, ведущих во дворец, сидел, прислонившись спиной к стене, один из бойцов в разорванном мундире «Мечей». Он тяжело дышал, хрипя и отплевываясь кровью. Мундир был щедро залит бурой кровью.
— Ты еще жив? — с усмешкой спросил Ватрикс, тронув умирающего за плечо. Тот устало поднял глаза, и попытался было что — то сказать, но изо рта потекла темная кровь. «Меч» лишь закашлялся и кивнул.
— Где Фигаро Росси? — спросил Анри, присев рядом с умиравшим.
— В… Тронном Зале, — тяжело дыша, пробормотал боец, уставившись на Анри.
— А ты тут как живым остался? — полюбопытствовал гусар.
— Жив? — насмешливо пробулькал «меч». — Я вот-вот помру. Мертвяки. У ворот. Живые. Те, кто вчера погиб при штурме. Их… очень много. Я… почти выбрался из города. А они напали. Идут сюда. Их много. Скоро и вам и новому королю тоже придет конец.
«Меч» усмехнулся, роняя на мраморные ступени темную кровь. Вскоре грудь раненого начала вздыматься все реже, тише. Пока не замерла на вдохе. Голова меча бессильно повисла на груди.
— Отмучался, — Анри закрыл остекленевшие глаза мертвеца. — Мертвецы…
— Скоро будут здесь, — закончил за него гусар. — Стоит поторопиться.
Словно подтверждая слова Ватрикса, за углом раздался до боли знакомый рев и хрипение мертвяков, который Анри уже стал забывать за время путешествия по западной части Баланжира, где мертвяки не оживали. Пока не оживали. С той же стороны раздались крики помощи и вопли боли.
— Мертвяки гонят всех от ворот, — вскрикнула Мари. — Пора в здание.
Один за другим, отряд метнулся к выбитым дверям, оказавшись в просторном холле, со скомканной красной дорожкой и перевернутыми разбитыми лавками, на которых ждали королевской аудиенции просившие Огромные картины в позолоченных рамах, с изображениями славных деяний Молотов, а возможно и их предшественников Хольгвардов «Свирепых», теперь валялись среди хлама. Многие картины были помечены грязными следами чьих — то сапог — видимо о королевских персон кто — то тщательно вытер ноги. На красной дорожке лежало несколько трупов.
Страница 104 из 107
