Завтра будет чума

— Федя, опусти нож, — вскрикнула Катя.

Я удивленно обернулся на него, тот стоял наготове, подняв довольно большой кухонный нож.

— Пусть сначала она опустит топор, — спокойно сказал он.

Хоть у кого-то в этом доме ещё есть мозги, подумал я.

Ирка сразу бросила топор и подняла руки, все ладони и кисти были у неё по локоть в крови.

— Я не укушена, — дрожащим голосом сказала она. — Я не опасна, клянусь.

Катерина в нерешительности сделала шаг к ней.

— Иринка, — прошептала она. — Что с тобой случилось?

— Катя, — резко сказал я. — Веди Иру в ванну, приготовь ей полотенце, потом осмотри её тело. Возьми нож у Феди, если чего…

— Что? — вскинулась сестра. — Убить её?!

Грубо меня оттолкнув, она подошла к Ире и, подхватив её, повела в наш дом. Я подошел к нашим воротам; серое металлическое покрытие было в свежих следах крови. Дверь была заперта на магнитный замок.

— Надо вызвать… — начал было Федя.

— Полицию? — насмешливо спросил я. — Давай попробуем! Мы со вчерашнего дня не можем им дозвониться. Если уж наша обычная соседка вся в крови в пять утра оказалась на окраине Выборга, представь, что твориться в городе! И сколько вызовов пытаются сделать люди ежечасно.

До меня самого дошел весь смысл слов. Что если угроза более глобальней, чем мы думаем?

— А здесь? — спросил он. — Здесь же мы в безопасности?

— Ворота металлические, — пожал плечами я, — как и забор. Если только, кто-то не принесет лестницу, чтобы перелезть.

— Нужно купить будет продукты, — медленно сказал он, явно обдумывая дальнейший план действий. — Если произойдет массовая истерия, первым наперво объявятся мародеры.

— Пошли в дом, нужно все обсудить, — махнул я рукой.

Войдя в гостиную, мы услышали плеск воды в ванне и успокаивающе щебетание моей сестры.

— Вы раньше встречались?

Невольно я закатил глаза.

— Это было, наверное, года два назад, а длилось меньше недели. Летом часто бывает здесь скучно по вечерам.

Федор усмехнулся, соглашаясь.

— Она уехала в Москву, поступила в медицинский колледж…

— Так она врач?

— Если бы, — фыркнул я. — Дерматолог. Пойдем глянем, что есть перекусить. А то от сестры не дождешься.

Мы вместе с Федором прошли на кухню. Я первым делом открыл старенький холодильник и, вытащив пару йогуртов, протянул Федору.

— А где ваши родители? — спросил он, беря из рук ложку.

Я напрягся.

— Сейчас, наверное, в Барселоне. Мы выходили на связь позавчера, они собирались поехать на экскурсию.

— Я думаю, так далеко зараза не добралась, — попытался меня успокоить Федя.

— Ты думаешь, что сейчас это происходит по все стране? И Калининград и Владивосток? Это довольно далеко, — протянул я. — Даже до Испании ближе.

— Моя мама сейчас в командировке, в Ямало-Ненецком округе, — сказал Федя, отложив банку с йогуртом. — Я не идеалист и допускаю, что дела и там могут быть не лучше. Но надежда всегда есть.

Мы немного помолчали.

— Херня вся эта надежда! — вдруг сказал я. — Если эпидемия добралась и до моих родителей, то они уже укрепились и все с ними хорошо. И с твоими тоже все отлично. Твой отец майор в отставке, твоя мама наверняка тоже не лыком шита.

Федор улыбнулся.

— Пожалуй, ты прав.

На кухню вошла Катерина и я поддался вперед, ожидая новостей.

— Все с ней хорошо, — вздохнула она, сердито на нас посмотрев. — Она не укушена.

— Где она? — хором спросили мы.

— Да здесь я, — отозвалась Ирка и вошла к нам на кухню, одетая в джинсы и кофту Катьки. Хоть шмотки её пригодились.

— Чья это была кровь?

Она вздрогнула, но ответила:

— Это кровь моей Бетси.

Федя вопросительно на меня посмотрел.

— Это её собака, — отмахнулся я. — Продолжай.

— Она взбесилась и напала на меня, — она покачала головой и я заметил в её глазах слезы. — Я как раз спала, как меня разбудили крики бабушки. Я вскочила, побежала в её комнату, но не успела. Бетси прогрызла ей горло. Мы как раз делали ремонт в доме, поэтому рядом были инструменты, я схватила топор и ударила её, тогда я попыталась попасть ей в голову, но промахнулась и почти перерубила ей лапы, — Ира вздохнула и я увидел, как слезы заструились по её щекам. — Она даже не взвизгнула и продолжила идти на меня. Тогда я ударила её по голове, потом побежала к бабушке, но она уже не дышала. А потом я выбежала из дома и направилась к вам, я даже не надеялась, что вы будете здесь.

Мы замолчали. Ирка всхлипнула и заплакала.

— Надо вызвать полицию или скорую, — воскликнула она.

— А где все твои? — вкрадчиво спросил я.

— Да какая разница? — сквозь слезы сказала Ира. — Они ещё вчера вечером уехали в город за стройматериалами. Я им даже не звонила. Да и что я им скажу? Как я скажу отцу, что его маму загрызла наша собака, которая даже кошек боится.

Я посмотрел на сестру и слегка кивнул в сторону Иры. Мой намек она совсем не поняла. Катерина подошла к ней и обняла за плечи.

— Ириша, ты только не волнуйся, — тихо начала сестра. — В общем, мы приехали в Выборг, только потому, что в Питере сейчас небезопасно.

— Я тебя не понимаю, — Ира вытерла ладонью слезы. — Как это небезопасно.