Фандом: Гарри Поттер. Один проиграл последнюю битву и потерял всех, кто был дорог. У второго попытка поговорить с любимой женщиной закончилась скандалом «с отягчающими». Оба заснули с мыслью «Да пропади все пропадом!» Проснулись…«Все, как заказывали, господа! Пропало!»
260 мин, 30 сек 11364
— Господин не мог сделать лучшего выбора! Они прекрасны внешне, бесшумно летают, что снижает возможность попадания вашей почты в нежелательные руки, легко переносят применение к ним магии, а главное — это один из немногих видов, умеющих находить адресата, даже если его точное место жительства неизвестно! Удивительный, необычайный вид, был очень популярен лет тридцать назад. Сейчас, к сожалению, в моду входят полярные совы… все мы знаем, почему, — усмехнулся он. — Они тоже неплохи, но в наших краях слишком привлекают внимание. Можете выбрать птицу, — в руках у Родольфуса оказался толстый каталог, — и ее доставят из питомника через пару дней. Если же сова нужна вам срочно…
— Не срочно, — прервал его Родольфус. — А можно доставить ее в определенный день? Понимаете, это подарок. Ко дню рождения.
— Более подходящего подарка невозможно придумать! — чуть не задохнулся от радости лавочник. Он продолжал тарахтеть и нахваливать умение дорогого покупателя выбирать лучшее — все время, пока тот листал шершавые, пахнущие навозом страницы. Наконец, остановился на совсем молодой, золотисто-коричневой сове. Стоила та (да и все остальные сипухи) куда дороже, чем обычные совы. Определенно, старуха Лонгботтом в свое время баловала сына. А вот внука — нет.
Робардс подошел к столику в «Дырявом котле» ровно в десять. Выглядел«коллега» еще хуже, чем в прошлый раз. Конечно, сразу вспомнилась Алиса, вынужденная совмещать две должности. Как она сейчас? Если, конечно, она еще жива.
«Нет, хватит думать о всякой ерунде! С ней все в порядке!»
— Значит, решили сменить имя, мистер Лес… Лендерс? Что ж… может, оно и правильно… — покачал головой Робардс.
На этом разговоры «о погоде» закончились, и он перешел к делу:
— Отнес я ваш «древний рецепт» ребятам из Отдела Тайн. Посмотрели, проверили компоненты на совместимость. Нормально.
— Значит…
— Да погодите вы. Они его заодно приготовили, из научного интереса. А что там, полдня работы. Ну, и проверили «на доступном биологическом материале», как это у них называется.
Родольфус молчал, ожидая, что Робардс сам доложит о результатах эксперимента. И он не стал тянуть:
— Все три крысы, которые выпили это зелье, сдохли. Людям, по понятным причинам, его давать не стали.
Родольфус поперхнулся пивом. Помотал головой:
— Это еще ни о чем не говорит. Ликантропное тоже смертельно для всех, кроме оборотней.
— Все-то вы знаете, — усмехнулся Робардс. — Ну что, все равно хотите эту дрянь пить?
— А у меня нет выбора.
Робардс перегнулся через стол, заговорил свистящим шепотом:
— У всех он есть! И всегда! Дался вам именно этот способ, а? Занесло сюда, так сидели бы, не дергались! Или нашли что-нибудь проверенное! Так нет, на подвиги потянуло. Да вы просто псих, ясно?
— Ясно. — И ведь не возразишь. Большей глупости, чем пить неизвестное зелье, кажется, вообще не существует. Даже с неизвестными заклинаниями проще.
— Вот и она такая же была, — погрустнел вдруг Робардс. — Алиса, — добавил, хоть его никто не спрашивал.
От этого «была» в глазах потемнело. Родольфус сжал кулаки, заговорил, тяжело роняя каждое слово:
— Она не была, она и есть такая. И я к ней вернусь. Обязательно.
Родольфус думал, что зелье будет варить он, а Гермиона — только помогать, подстраховывать и нарезать ингредиенты. Но уже через пять минут выяснилось, что «представлять, как» и«делать» — несколько разные вещи, а отсутствие практики в течение многих лет — это серьезно. После того, как слишком быстро нагретая основа свернулась и почернела, роли поменялись. Теперь он крошил всякую гадость, прислушиваясь к тихим указаниям.
— Значит, вы сварили оборотное зелье на втором курсе?
Она застенчиво улыбнулась.
— Но оно же не входит в обязательную школьную программу? Разве что на седьмом изучают на дополнительных занятиях.
— Вы изучали?
— Да, — от воспоминания потеплело на душе: — Хотел стать аврором. Правильно говорят: бойтесь своих желаний.
— Но почему?
— После захвата министерства Лорд поставил меня во главе аврората. Такое вот исполнение детской мечты.
Гермиона взглянула в книгу, поставила галочку возле выполненного пункта плана.
— Сейчас растираем рог громамонта. Только надо очень осторожно измельчать, он взрывается, — и снова улыбнулась, теперь — будто, как и он, вспомнив о чем-то.
Зелье оказалось золотистым, а пахло странно — как прибитая первыми дождевыми каплями пыль. Родольфус поднес кубок к губам.
— Думаете, это разумно? — голос у Гермионы дрожал.
Он не ответил — другого выхода все равно не было. Она подошла к нему, взяла за руку:
— Что ж. Значит… прощайте!
— Спасибо за помощь. И… за все, — трудно было представить себе, что еще минута-другая — и он ее больше не увидит. Но все равно — рука дрожала от нетерпения, и золотистая жидкость в кубке шла рябью. Мерлин, неужели еще немного — и дома? — И еще… возьмите мою палочку, а свою достаньте и держите крепче. На моем месте может оказаться довольно неприятный тип.
— Но как я узнаю?
— Не срочно, — прервал его Родольфус. — А можно доставить ее в определенный день? Понимаете, это подарок. Ко дню рождения.
— Более подходящего подарка невозможно придумать! — чуть не задохнулся от радости лавочник. Он продолжал тарахтеть и нахваливать умение дорогого покупателя выбирать лучшее — все время, пока тот листал шершавые, пахнущие навозом страницы. Наконец, остановился на совсем молодой, золотисто-коричневой сове. Стоила та (да и все остальные сипухи) куда дороже, чем обычные совы. Определенно, старуха Лонгботтом в свое время баловала сына. А вот внука — нет.
Робардс подошел к столику в «Дырявом котле» ровно в десять. Выглядел«коллега» еще хуже, чем в прошлый раз. Конечно, сразу вспомнилась Алиса, вынужденная совмещать две должности. Как она сейчас? Если, конечно, она еще жива.
«Нет, хватит думать о всякой ерунде! С ней все в порядке!»
— Значит, решили сменить имя, мистер Лес… Лендерс? Что ж… может, оно и правильно… — покачал головой Робардс.
На этом разговоры «о погоде» закончились, и он перешел к делу:
— Отнес я ваш «древний рецепт» ребятам из Отдела Тайн. Посмотрели, проверили компоненты на совместимость. Нормально.
— Значит…
— Да погодите вы. Они его заодно приготовили, из научного интереса. А что там, полдня работы. Ну, и проверили «на доступном биологическом материале», как это у них называется.
Родольфус молчал, ожидая, что Робардс сам доложит о результатах эксперимента. И он не стал тянуть:
— Все три крысы, которые выпили это зелье, сдохли. Людям, по понятным причинам, его давать не стали.
Родольфус поперхнулся пивом. Помотал головой:
— Это еще ни о чем не говорит. Ликантропное тоже смертельно для всех, кроме оборотней.
— Все-то вы знаете, — усмехнулся Робардс. — Ну что, все равно хотите эту дрянь пить?
— А у меня нет выбора.
Робардс перегнулся через стол, заговорил свистящим шепотом:
— У всех он есть! И всегда! Дался вам именно этот способ, а? Занесло сюда, так сидели бы, не дергались! Или нашли что-нибудь проверенное! Так нет, на подвиги потянуло. Да вы просто псих, ясно?
— Ясно. — И ведь не возразишь. Большей глупости, чем пить неизвестное зелье, кажется, вообще не существует. Даже с неизвестными заклинаниями проще.
— Вот и она такая же была, — погрустнел вдруг Робардс. — Алиса, — добавил, хоть его никто не спрашивал.
От этого «была» в глазах потемнело. Родольфус сжал кулаки, заговорил, тяжело роняя каждое слово:
— Она не была, она и есть такая. И я к ней вернусь. Обязательно.
Глава 13
Здесь:Родольфус думал, что зелье будет варить он, а Гермиона — только помогать, подстраховывать и нарезать ингредиенты. Но уже через пять минут выяснилось, что «представлять, как» и«делать» — несколько разные вещи, а отсутствие практики в течение многих лет — это серьезно. После того, как слишком быстро нагретая основа свернулась и почернела, роли поменялись. Теперь он крошил всякую гадость, прислушиваясь к тихим указаниям.
— Значит, вы сварили оборотное зелье на втором курсе?
Она застенчиво улыбнулась.
— Но оно же не входит в обязательную школьную программу? Разве что на седьмом изучают на дополнительных занятиях.
— Вы изучали?
— Да, — от воспоминания потеплело на душе: — Хотел стать аврором. Правильно говорят: бойтесь своих желаний.
— Но почему?
— После захвата министерства Лорд поставил меня во главе аврората. Такое вот исполнение детской мечты.
Гермиона взглянула в книгу, поставила галочку возле выполненного пункта плана.
— Сейчас растираем рог громамонта. Только надо очень осторожно измельчать, он взрывается, — и снова улыбнулась, теперь — будто, как и он, вспомнив о чем-то.
Зелье оказалось золотистым, а пахло странно — как прибитая первыми дождевыми каплями пыль. Родольфус поднес кубок к губам.
— Думаете, это разумно? — голос у Гермионы дрожал.
Он не ответил — другого выхода все равно не было. Она подошла к нему, взяла за руку:
— Что ж. Значит… прощайте!
— Спасибо за помощь. И… за все, — трудно было представить себе, что еще минута-другая — и он ее больше не увидит. Но все равно — рука дрожала от нетерпения, и золотистая жидкость в кубке шла рябью. Мерлин, неужели еще немного — и дома? — И еще… возьмите мою палочку, а свою достаньте и держите крепче. На моем месте может оказаться довольно неприятный тип.
— Но как я узнаю?
Страница 49 из 71
