Дондушень — цветущий маленький городок на севере Молдовы, золотящийся ржаными полями под солнцем, был раем для проживающих в нем одиннадцати тысяч человек до прошлой осени, когда его плодородные земли окропились пролитой кровью.
24 мин, 32 сек 1718
— Но я знал, что я ДОЛЖЕН выжить, потому что если я умру, то кто же отомстит этой грязной церковной крысе за смерть моей матери и сестры! Кто же отомстит ИМ ВСЕМ, десяткам и сотням таких же, как он, подонков, которые истязают своих детей, которые истязают НАС! Кто это сделает, если не МЫ! КТО ЭТО СДЕЛАЕТ ТЕПЕРЬ, ЕСЛИ НЕ ТЫ, АДА!… ни на земле, ни на небе нет такого Бога, который позволит тебе не услышать это… «Листок пятый… 12 сентября 2001 года…» Это было началом первого нового года со дня нашего обручения. Сегодня вновь лил холодный дождь, закрывал весь Дондушень сплошной беспросветной стеной, но о том дне в целом городе больше ничего не напоминало. Снова золотились ржаные колосья на поле, закрыв собою все следы, оставшиеся после пожарища, снова совершались церковные службы, словно проклятые богослужители утром и днем воспевали Христа, а вечером, возвращаясь в свои дома, истязали детей… снова мне было невыносимо, противно и ненавистно терпеть притязания тех ублюдков, что еще осмеливались называть себя моей семьей, и, улучив момент, я выбросилась из того мерзкого дома на улицы, спряталась в сплошном потоке дождя. Я шла медленно, каждое движение давалось мне с трудом: ожог от кипящего кофе, который выплеснул мне в лицо мой брат, просто так, смеха ради, до сих пор приносил боль, но эта физическая боль была ничтожной крупицей по сравнению с болью душевной. Я тщетно пыталась отыскать для себя успокоение уже целый год, но мои поиски всегда заводили меня в тупик. И мне казалось, что этот день не мог стать исключением; меня ни о чем не заставило задуматься даже то, как я решила, видение, образ моего мужа, в черных похоронных одеждах, с кожей, покрытой ожогами, такими же, как и тот, что темнел на моей щеке… — Но я знал, что я ДОЛЖЕН выжить, потому что если я умру, то кто же отомстит этой грязной церковной крысе за смерть моей матери и сестры! Кто же отомстит ИМ ВСЕМ, десяткам и сотням таких же, как он, подонков, которые истязают своих детей, которые истязают НАС! Кто это сделает, если не МЫ! КТО ЭТО СДЕЛАЕТ ТЕПЕРЬ, ЕСЛИ НЕ ТЫ, АДА!… ни на земле, ни на небе нет такого Бога, который позволит тебе не услышать это… сделай же то, что ты ДОЛЖНа сделать, пока еще не слишком поздно, иначе смерть придет за тобой, а не за ними, и твоя клятва на крови будет расторгнута… Это было все, что он успел сказать мне перед тем, как исчезнуть… но я была так слаба, что не смогла понять сразу: это было знамение.
Страница 6 из 9
