Океан вспыхнул — как будто в зеленой комнате включили свет. Под водой, точно пар, который осенним утром выдыхает море, зашевелилось и поплыло вверх белое свечение. Из какой-то потайной впадины стали вырываться пузырьки воздуха.
12 мин, 58 сек 19042
— Пусть играет, — ответила женщина в черном купальнике, через плечо поглядывая на море.
Было три часа. Солнце сверкало.
Он встал, весь мокрый от пота.
— Пойду купаться, — сказал он.
— Может, принесешь мне сначала хот-дог?
— Лучше подожди, пока я искупаюсь.
— Ну пожалуйста.
— Женщина надула губы.
— Я хочу сейчас.
— Как ты любишь?
— Да. Три штуки.
— Три? Ого, ничего себе — пропал аппетит! — сказал он и побежал в закусочную.
Женщина подождала, когда он уйдет. Затем выключила радио. Долго лежала и прислушивалась. Тишина. Она пристально всматривалась в море, пока от солнечных бликов не закололо глаза.
Море успокоилось. Лишь легкая рябь дробила свет на миллиарды крохотных солнц.
Снова и снова женщина щурилась на волны и хмуро отводила глаза.
Мужчина прибежал назад.
— Какой горячий песок — чуть пятки не обжег!
— Он бросился на одеяло.
— Налетай!
Она придвинула к себе все три хот-дога, взяла один и не спеша принялась есть. Покончив с ним, передала мужчине остальные:
— Доешь, пожалуйста. Я немного пожадничала. Он молча расправился с хот-догами.
— В следующий раз, — сказал мужчина, дожевывая, — не проси больше, чем сможешь осилить. Только добро переводить.
— Тебе, наверное, пить хочется, — сказала она, отвинчивая крышку термоса.
— Допей лимонад.
— Спасибо.
— Он допил. Затем довольно потер руки и сказал:
— Ну, теперь в воду.
— Он озабоченно взглянул на блестящее море.
— Подожди-ка, — воскликнула женщина, как будто только что вспомнила, — не купишь ли мне сначала флакон масла для загара? А то у меня все кончилось.
— А разве у тебя в сумочке не осталось?
— Ни капли.
— Могла бы сказать, когда я ходил за хот-догами, — проворчал мужчина.
— Ну ладно.
Он побежал, подпрыгивая на ходу.
Когда он скрылся из виду, женщина достала из сумочки наполовину полный флакон масла, отвинтила колпачок и аккуратно вылила все в песок. При этом она поглядывала на море и улыбалась. Затем поднялась и подошла к кромке воды, пристально всматриваясь в едва заметную рябь.
«Ты его не получишь, — думала она.»
— Не знаю, кто ты или что, но он мой, и я его тебе не отдам. Я не понимаю, что происходит — и не берусь понять. Знаю только, что сегодня в семь мы сядем в поезд. И завтра нас здесь уже не будет. Так что оставайся и жди… Океан, море — или как там тебя… Делай, что хочешь… со мной тебе все равно не справиться«.»
Подняла камешек и швырнула его в море.
— Вот тебе! — крикнула она. Мужчина стоял рядом.
— Ой!
— Женщина отпрянула.
— Что это с тобой? Стоишь тут, бормочешь.
— Правда?
— Она сама удивилась.
— А где же масло для загара? Намажь мне, пожалуйста, спину.
Он налил в ладонь густую желтую жидкость и принялся втирать ее в золотистую кожу женщины. Время от времени она хитро поглядывала на море, кивала и словно приговаривала: «Ну что, видишь? То-то!».
Она мурлыкала, словно кошка.
— Все.
— Мужчина отдал ей флакон. Он уже наполовину зашел в воду, когда она пронзительно крикнула:
— Куда ты! Вернись!
Мужчина обернулся так, как будто она была чужой.
— Ну что там еще?
— Да ведь ты только что ел хот-доги и пил лимонад — тебе нельзя сейчас в воду, судороги сведут!
Он усмехнулся:
— Бабушкины сказки.
— Все равно возвращайся на песок и подожди часок, понял? Не хватало только, чтобы ты утонул.
— О Господи… — проворчал он.
— Давай-давай — на берег.
— Женщина снова улеглась на одеяле, и он послушно присоединился к ней — продолжая оглядываться на море.
Три часа. Четыре.
В десять минут пятого погода изменилась. Лежа на песке, женщина в черном купальнике заметила это, и у нее отлегло от сердца. С трех часов на небе стали появляться тучки. Теперь откуда-то из бухты неожиданно хлынул туман. Похолодало. Внезапно подул ветер. Небо на глазах затягивало серыми тучами.
— Кажется, будет дождь, — сказала она.
— Похоже, тебя это радует, — заметил мужчина.
— Последний наш день, а ты радуешься тучам.
— По радио передавали, — доверительно сообщила женщина, — что сегодня во второй половине дня — и завтра тоже — пройдут ливни. Может быть, нам уехать прямо сегодня?
— Давай останемся — вдруг прояснится. Хочется хоть один денек покупаться, — сказал он.
— До сегодняшнего дня я еще ни разу не заходил в воду.
— Зато мы от души наговорились и наелись — незаметно как время и пролетело.
— Угу, — ответил он, разглядывая свои ладони. Пушистыми длинными лентами на песок ложился туман.
— Ой! — вскрикнула женщина.
— Мне на нос упала капля!
— Она глупо захихикала. Глаза ее снова молодо заблестели. Она почти ликовала.
— Дождик-дождик, лей-лей!
— Чему ты так радуешься? Вот чудачка…
— Помоги-ка мне свернуть одеяла. Надо скорее бежать!
Мужчина принялся медленно и задумчиво складывать одеяла.
— Вот черт, даже напоследок не искупался. Пойду хотя бы слегка окунусь.
— Он улыбнулся ей.
— Я мигом!
— Стой.
— Она побледнела.
— Еще простудишься, а мне потом за тобой ухаживать!
— Ну хорошо, хорошо.
— Он отвернулся от моря.
Заморосило.
Они шагали к отелю. Женщина шла впереди, что-то негромко напевая.
Было три часа. Солнце сверкало.
Он встал, весь мокрый от пота.
— Пойду купаться, — сказал он.
— Может, принесешь мне сначала хот-дог?
— Лучше подожди, пока я искупаюсь.
— Ну пожалуйста.
— Женщина надула губы.
— Я хочу сейчас.
— Как ты любишь?
— Да. Три штуки.
— Три? Ого, ничего себе — пропал аппетит! — сказал он и побежал в закусочную.
Женщина подождала, когда он уйдет. Затем выключила радио. Долго лежала и прислушивалась. Тишина. Она пристально всматривалась в море, пока от солнечных бликов не закололо глаза.
Море успокоилось. Лишь легкая рябь дробила свет на миллиарды крохотных солнц.
Снова и снова женщина щурилась на волны и хмуро отводила глаза.
Мужчина прибежал назад.
— Какой горячий песок — чуть пятки не обжег!
— Он бросился на одеяло.
— Налетай!
Она придвинула к себе все три хот-дога, взяла один и не спеша принялась есть. Покончив с ним, передала мужчине остальные:
— Доешь, пожалуйста. Я немного пожадничала. Он молча расправился с хот-догами.
— В следующий раз, — сказал мужчина, дожевывая, — не проси больше, чем сможешь осилить. Только добро переводить.
— Тебе, наверное, пить хочется, — сказала она, отвинчивая крышку термоса.
— Допей лимонад.
— Спасибо.
— Он допил. Затем довольно потер руки и сказал:
— Ну, теперь в воду.
— Он озабоченно взглянул на блестящее море.
— Подожди-ка, — воскликнула женщина, как будто только что вспомнила, — не купишь ли мне сначала флакон масла для загара? А то у меня все кончилось.
— А разве у тебя в сумочке не осталось?
— Ни капли.
— Могла бы сказать, когда я ходил за хот-догами, — проворчал мужчина.
— Ну ладно.
Он побежал, подпрыгивая на ходу.
Когда он скрылся из виду, женщина достала из сумочки наполовину полный флакон масла, отвинтила колпачок и аккуратно вылила все в песок. При этом она поглядывала на море и улыбалась. Затем поднялась и подошла к кромке воды, пристально всматриваясь в едва заметную рябь.
«Ты его не получишь, — думала она.»
— Не знаю, кто ты или что, но он мой, и я его тебе не отдам. Я не понимаю, что происходит — и не берусь понять. Знаю только, что сегодня в семь мы сядем в поезд. И завтра нас здесь уже не будет. Так что оставайся и жди… Океан, море — или как там тебя… Делай, что хочешь… со мной тебе все равно не справиться«.»
Подняла камешек и швырнула его в море.
— Вот тебе! — крикнула она. Мужчина стоял рядом.
— Ой!
— Женщина отпрянула.
— Что это с тобой? Стоишь тут, бормочешь.
— Правда?
— Она сама удивилась.
— А где же масло для загара? Намажь мне, пожалуйста, спину.
Он налил в ладонь густую желтую жидкость и принялся втирать ее в золотистую кожу женщины. Время от времени она хитро поглядывала на море, кивала и словно приговаривала: «Ну что, видишь? То-то!».
Она мурлыкала, словно кошка.
— Все.
— Мужчина отдал ей флакон. Он уже наполовину зашел в воду, когда она пронзительно крикнула:
— Куда ты! Вернись!
Мужчина обернулся так, как будто она была чужой.
— Ну что там еще?
— Да ведь ты только что ел хот-доги и пил лимонад — тебе нельзя сейчас в воду, судороги сведут!
Он усмехнулся:
— Бабушкины сказки.
— Все равно возвращайся на песок и подожди часок, понял? Не хватало только, чтобы ты утонул.
— О Господи… — проворчал он.
— Давай-давай — на берег.
— Женщина снова улеглась на одеяле, и он послушно присоединился к ней — продолжая оглядываться на море.
Три часа. Четыре.
В десять минут пятого погода изменилась. Лежа на песке, женщина в черном купальнике заметила это, и у нее отлегло от сердца. С трех часов на небе стали появляться тучки. Теперь откуда-то из бухты неожиданно хлынул туман. Похолодало. Внезапно подул ветер. Небо на глазах затягивало серыми тучами.
— Кажется, будет дождь, — сказала она.
— Похоже, тебя это радует, — заметил мужчина.
— Последний наш день, а ты радуешься тучам.
— По радио передавали, — доверительно сообщила женщина, — что сегодня во второй половине дня — и завтра тоже — пройдут ливни. Может быть, нам уехать прямо сегодня?
— Давай останемся — вдруг прояснится. Хочется хоть один денек покупаться, — сказал он.
— До сегодняшнего дня я еще ни разу не заходил в воду.
— Зато мы от души наговорились и наелись — незаметно как время и пролетело.
— Угу, — ответил он, разглядывая свои ладони. Пушистыми длинными лентами на песок ложился туман.
— Ой! — вскрикнула женщина.
— Мне на нос упала капля!
— Она глупо захихикала. Глаза ее снова молодо заблестели. Она почти ликовала.
— Дождик-дождик, лей-лей!
— Чему ты так радуешься? Вот чудачка…
— Помоги-ка мне свернуть одеяла. Надо скорее бежать!
Мужчина принялся медленно и задумчиво складывать одеяла.
— Вот черт, даже напоследок не искупался. Пойду хотя бы слегка окунусь.
— Он улыбнулся ей.
— Я мигом!
— Стой.
— Она побледнела.
— Еще простудишься, а мне потом за тобой ухаживать!
— Ну хорошо, хорошо.
— Он отвернулся от моря.
Заморосило.
Они шагали к отелю. Женщина шла впереди, что-то негромко напевая.
Страница 3 из 4
