Сентябрьский ветер, словно неокрепший подросток, еще не ставший мужчиной, но, тем не менее, уже давно перешагнувшим порог детства становился все холоднее, а его порывы возвещали о наступлении холодов и прихода настоящей осени. Лето с его знойным солнцем и длительными светлыми вечерами осталось далеко позади. Стоял двадцать восьмой вечер сентября…
— Не вини себя. — Прошептала она ему на ухо так, что услышал лишь он. — Ты ни в чем не виновен.
К Олегу подошли остальные, встав возле него сзади. Горстка людей, сумевших выжить в кромешном аду, беспомощно стояли и смотрели, как горит их родной дом. Теперь у них не осталось ничего, ни дома, ни документов, ни друзей, ни чувств, лишь чёрствые сердца.
— Что дальше? — Чуть дрожащий голос Ивана был очень тих.
— Я не знаю. — так же тихо ответил Николай и сел рядом с Олегом.
Все остальные стали подсаживаться к ним. Чувство обреченности наполняло их с каждой секундой, но тем не менее они не ощущали тревоги. Их лишили всего, чего только было можно, теперь им было уже нечего бояться.
За спинами людей послышался рев автомобильных моторов. Три машины цвета хаки мчались к ним по полю, разрывая землю огромными колесами. На их крышах были установлены гигантские прожекторы, освещающие дорогу, а за ними, высунувшись из люка стояли солдаты с автоматами. Их лица были закрыты сплошными масками с встроенными противогазами.
Автомобили резко затормозили в метре от людей, осыпав их землей и травой. Но они этого словно не заметили. Они, как и прежде неподвижно сидели и смотрели на пламя, озаряющее ночную тьму.
— Всех в машины! — Закричал кто-то из солдат.
Военные, словно бездомных, бешеных собак затолкали людей в свободный автомобиль и закрыли за ними дверь. Сопротивления никто не оказал. На удивление солдат, все прошло тихо и гладко, и через минуту автомобили мчали на огромной скорости в обратном направлении, оставляя после себя только черные борозды земли.
Послесловие
Наступило утро. Солнечные лучи озарили разрушенное село Носово, от которого осталось лишь огромное выжженное пятно, ставшее мертвой пустыней.Еще где-то на окраине догорали обломки домов и тлели деревья. Уцелела только дальняя от села часть леса — единственный свидетель, случившийся катастрофы.
Казалось, здесь нет больше ничего живого, ни растений, ни животных, мертво все, но в глубине уцелевшего леса раздался душераздирающий крик мертвеца.