Жизнь после смерти… или прав ли доктор Моуди?
34 мин, 59 сек 13348
Здесь с Роузом можно поспорить. Ведь случаи припоминания прежней жизни большей частью происходят не в христианской среде, а там, где господствуют индуизм или буддизм. То есть получается, что дьявол тратит силы на совращение с пути истинного тех… кого и совращать не надо — они и так не верят в Христа, являясь с точки зрения христианства язычниками. Получается полная бессмыслица.
«Даже оккультисты, — пишет далее Роуз, — в общем благожелательно настроенные к идее перевоплощения, соглашаются, что» доказательства«перевоплощения можно трактовать по-разному. Один американский популяризатор оккультных идей полагает, что» большинство зарегистрированных случаев, свидетельствующих о перевоплощении, вполне могли бы быть случаями одержимости«. Согласно этим оккультистам,» одержимость«имеет место, когда» мертвый«овладевает живым телом, личность и самая индивидуальность последнего представляются изменившимися, создавая тем впечатление, что на него действуют какие-то стороны» предыдущей жизни«.»
Разделяя христианский и спиритический опыт загробного существования, Роуз говорит о том, что спириты общаются не с действительным небом, а с воздушной частью нашего мира, «астральной плоскостью» падших духов. Сообщения оккультистов получают широкую известность, поскольку, угождая современному скепсису и рационализму, служат подтверждением нехристианского взгляда на жизнь после смерти.«У исследователей» посмертного«опыта, — констатирует Роуз, имея в виду и наблюдения естествоиспытателей, — снова и снова можно видеть более или менее очевидную связь с оккультными идеями и практикой. Мы можем здесь определить понятие» оккультный«(буквально означает: то, что спрятано) как относящееся к любому запрещенному Божиим откровением общению людей с невидимыми духами и силами (см. Левит. 19:31; 20:6 и т. д…»
Этого общения могут искать сами люди (как на спиритических сеансах) или же они могут провоцироваться падшими духами (когда они спонтанно являются к людям). Противоположностью «оккультному» является термин«духовный»(или«религиозный»), который относится к разрешенным Богом контактам с Богом и его ангелами и святыми«.»
Вот как Л. Н. Толстой повествует об агонии Ивана Ильича: «Вдруг какая-то сила толкнула его в грудь, в бок, еще сильнее сдавило ему дыхание, он провалился в дыру, и там, в конце дыры засветилось что-то. С ним сделалось то, что бывало с ним в вагоне железной дороги, когда думаешь, что едешь вперёд, а едешь назад, и вдруг узнаешь настоящее направление». И чуть далее: «В это самое время Иван Ильич провалился, увидал свет, и ему открылось, что жизнь его была не то, что надо, но что это можно еще поправить». Наконец, самый финал: «И вдруг ему стало ясно, что то, что томило его и не выходило, что вдруг все выходит сразу, и с двух сторон, с десяти сторон, со всех сторон. Жалко их (родных.), надо сделать, чтоб им не больно было. Избавить их и самому избавиться от их страданий.» Как хорошо и как просто«, — подумал он.» А боль? — спросил он себя. — Ее куда? Ну-ка, где ты, боль?«Он стал прислушиваться.» Да, вот она. Ну что ж, пускай боль«.» А смерть? Где она?«Он искал своего прежнего привычного страха смерти и не находил его. Где она? Какая смерть? Страха никакого не было, потому что и смерти не было. Вместо смерти был свет. — Так вот что! — вдруг вслух проговорил он. — Какая радость! Для него все это произошло в одно мгновение, и значение этого мгновения уже не изменялось. Для присутствующих же агония его продолжалась еще два часа. В груди его клокотало что-то: изможденное тело еще вздрагивало. Потом реже и реже стали клокотанье и хрипенье. — Кончено! — сказал кто-то над ним. Он услыхал эти слова и повторил их в своей душе.» Кончена смерть, — сказал он себе. — Ее нет больше«. Невероятно большое число совпадений этого рассказа в современных описаний ОВС наводят на мысль о том, что Толстому самому довелось пережить подобное состояние или же слышать рассказы людей, вернувшихся с» того света«(например, во время военной кампании в Севастополе). Слишком смелое заявление. Сомнения остаются даже в самых бесспорных случаях, а все, что связано с загробным существованием, отнюдь не бесспорно.»
Суммируя идеи «оккультизма», сопряженные с другими еретическими для христианина учениями о жизни после смерти, Роуз выделяет пять постулатов, которые исповедуют заблудившиеся в лабиринте эклектической мистики: 1) смерти бояться не следует; 2) не будет ни суда, ни ада; 3) смерть не есть единственный и окончательный опыт, как описывает ее христианское учение, а скорее всего лишь безболезненный переход к «более высокому состоянию сознания»; 4) цель земной жизни и жизни после смерти — это не вечное спасение своей души, а неограниченный процесс «роста» в«любви», и «понимании», и «самореализации»; 5) «посмертные» и«внетелесные» опыты сами по себе являются подготовкой к жизни после смерти…
«Даже оккультисты, — пишет далее Роуз, — в общем благожелательно настроенные к идее перевоплощения, соглашаются, что» доказательства«перевоплощения можно трактовать по-разному. Один американский популяризатор оккультных идей полагает, что» большинство зарегистрированных случаев, свидетельствующих о перевоплощении, вполне могли бы быть случаями одержимости«. Согласно этим оккультистам,» одержимость«имеет место, когда» мертвый«овладевает живым телом, личность и самая индивидуальность последнего представляются изменившимися, создавая тем впечатление, что на него действуют какие-то стороны» предыдущей жизни«.»
Разделяя христианский и спиритический опыт загробного существования, Роуз говорит о том, что спириты общаются не с действительным небом, а с воздушной частью нашего мира, «астральной плоскостью» падших духов. Сообщения оккультистов получают широкую известность, поскольку, угождая современному скепсису и рационализму, служат подтверждением нехристианского взгляда на жизнь после смерти.«У исследователей» посмертного«опыта, — констатирует Роуз, имея в виду и наблюдения естествоиспытателей, — снова и снова можно видеть более или менее очевидную связь с оккультными идеями и практикой. Мы можем здесь определить понятие» оккультный«(буквально означает: то, что спрятано) как относящееся к любому запрещенному Божиим откровением общению людей с невидимыми духами и силами (см. Левит. 19:31; 20:6 и т. д…»
Этого общения могут искать сами люди (как на спиритических сеансах) или же они могут провоцироваться падшими духами (когда они спонтанно являются к людям). Противоположностью «оккультному» является термин«духовный»(или«религиозный»), который относится к разрешенным Богом контактам с Богом и его ангелами и святыми«.»
Вот как Л. Н. Толстой повествует об агонии Ивана Ильича: «Вдруг какая-то сила толкнула его в грудь, в бок, еще сильнее сдавило ему дыхание, он провалился в дыру, и там, в конце дыры засветилось что-то. С ним сделалось то, что бывало с ним в вагоне железной дороги, когда думаешь, что едешь вперёд, а едешь назад, и вдруг узнаешь настоящее направление». И чуть далее: «В это самое время Иван Ильич провалился, увидал свет, и ему открылось, что жизнь его была не то, что надо, но что это можно еще поправить». Наконец, самый финал: «И вдруг ему стало ясно, что то, что томило его и не выходило, что вдруг все выходит сразу, и с двух сторон, с десяти сторон, со всех сторон. Жалко их (родных.), надо сделать, чтоб им не больно было. Избавить их и самому избавиться от их страданий.» Как хорошо и как просто«, — подумал он.» А боль? — спросил он себя. — Ее куда? Ну-ка, где ты, боль?«Он стал прислушиваться.» Да, вот она. Ну что ж, пускай боль«.» А смерть? Где она?«Он искал своего прежнего привычного страха смерти и не находил его. Где она? Какая смерть? Страха никакого не было, потому что и смерти не было. Вместо смерти был свет. — Так вот что! — вдруг вслух проговорил он. — Какая радость! Для него все это произошло в одно мгновение, и значение этого мгновения уже не изменялось. Для присутствующих же агония его продолжалась еще два часа. В груди его клокотало что-то: изможденное тело еще вздрагивало. Потом реже и реже стали клокотанье и хрипенье. — Кончено! — сказал кто-то над ним. Он услыхал эти слова и повторил их в своей душе.» Кончена смерть, — сказал он себе. — Ее нет больше«. Невероятно большое число совпадений этого рассказа в современных описаний ОВС наводят на мысль о том, что Толстому самому довелось пережить подобное состояние или же слышать рассказы людей, вернувшихся с» того света«(например, во время военной кампании в Севастополе). Слишком смелое заявление. Сомнения остаются даже в самых бесспорных случаях, а все, что связано с загробным существованием, отнюдь не бесспорно.»
Суммируя идеи «оккультизма», сопряженные с другими еретическими для христианина учениями о жизни после смерти, Роуз выделяет пять постулатов, которые исповедуют заблудившиеся в лабиринте эклектической мистики: 1) смерти бояться не следует; 2) не будет ни суда, ни ада; 3) смерть не есть единственный и окончательный опыт, как описывает ее христианское учение, а скорее всего лишь безболезненный переход к «более высокому состоянию сознания»; 4) цель земной жизни и жизни после смерти — это не вечное спасение своей души, а неограниченный процесс «роста» в«любви», и «понимании», и «самореализации»; 5) «посмертные» и«внетелесные» опыты сами по себе являются подготовкой к жизни после смерти…
Страница 7 из 11
