Змеиная паутина

Делаю шаг назад.

— Откуда ты его знаешь? — интересуется Беллатрикс.

— Встречался, — отвечаю и вытаскиваю из кармана окровавленную руку. — Пойду схожу за новой порцией зелья — пузырек раздавил от неожиданности, когда он меня узнал.

Беллатрикс одаряет меня презрительным взглядом, но я, быстро наложив Кровоостанавливающее заклятье, уже бегу по ступеням вверх, в кладовую при лаборатории. И на этот раз выбираю правильное Лечебное, заодно глотнув противоядия.

Думал, раздавить пузырек в кармане у меня не получится.

Под внимательным взглядом Беллатрикс вливаю в измученного Венделла Грейнджера порцию лечебного зелья, заодно даю немного Укрепляющего.

— Моя жена, — хрипит мужчина, когда ему становится немного полегче. — Пожалуйста, что с ней?

— Где женщина? — поворачиваюсь к Беллатрикс.

— Женщина? — Беллатрикс фыркает, указывает пальцем в одну из камер. — Да там. Быстро сдулась, но еще не сдохла. Хочешь — развлекись.

Взмахом палочки отпираю решетку, подхожу к Монике Грейнджер. Диагностические…

Ей намного хуже. Она без сознания, едва дышит.

— Ладно, мешать не буду, — ехидный голос Лестрейндж скребет душу, как наждачная бумага. — Если уж тебе понравились эти магглы… Уступаю на время.

Когда дверь в застенки закрывается, привожу Монику Грейнджер в сознание простым Энервейт.

— Нет, не надо! — в глазах ужас, когда она видит меня. — Пожалуйста, прошу… Мы ничего не сделали!

— Тихо, Моника, — успокаивающим тоном произношу. — Все хорошо. Это я, Виктор. Виктор Крам.

— Пожалуйста! — женщина все еще меня не узнает, но я заученным движением вливаю ей в рот лечебное зелье и зажимаю нос, чтобы она сглотнула. Следом вливаю еще порцию Укрепляющего.

— Виктор? — в глазах появляется понимание, когда зелья начинают действовать.

— Да, это я, — киваю.

— Вы… один из них? Из этих палачей, да? — шепотом, в котором нет ничего, кроме безнадежности, спрашивает миссис Грейнджер.

— Я Целитель, — говорю, понимая, насколько мои слова звучат жалко. — Я помогу вам.

— Спасибо… — вдруг улыбается женщина. — Я верю вам.

Снимаю цепь с мистера Грейнджера, простым Мобиликорпусом переношу его в соседнюю с его женой камеру. Грейнджеры смотрят на меня с неприкрытой надеждой.

— Я… — от осознания, насколько мало я могу сделать для этих людей, физически больно. — Я сделаю все, что могу. Но вам придется подождать и немного потерпеть. Я здесь маленький человек. Когда получится, я выведу вас отсюда и отправлю туда, где вас не найдут.

— А Гермиона, наша девочка… — хрипло произносит мать Гермионы.

— С ней все в порядке, — максимально уверенно отвечаю. — Она в Хогвартсе, а это самое безопасное место в Британии. Ее никто не тронет.

— Спасибо вам, Виктор, — едва слышно говорит Венделл Грейнджер. — Мы вам верим.

Киваю, отхожу от решеток.

Я сделаю все, что смогу.

Днем вывести Грейнджеров нет никакой возможности. По мэнору обязательно кто-нибудь шастает. А они магглы — их надо довести до аппарационной комнаты и аппарировать по одному — парную аппарацию я осилю, а вот на тройную сил не хватит. А как их довести, если они даже на ногах не держатся? У Венделла сломаны все пальцы на ногах и правая рука, а у Моники — щиколотка на левой ноге. Двоих Мобиликорпусом я не подниму — только по одному.

И на это времени минимум пятнадцать минут. Но это нереально — слишком много народу.

Проще сделать это ночью. Но этой ночью несколько «троек» уходят в рейд, и всю ночь в Малфой-мэноре нет спокойного промежутка времени.

Утром мне удается принести Грейнджерам еды — бутылку молока и четыре сэндвича. За едой приходится отлучиться в город, но для меня одного это не представляет трудностей. Еду покупаю в простом маггловском магазинчике рядом с «Дырявым Котлом» — магическая еда может иметь нежелательные последствия.

— Спасибо, Виктор! — благодарят меня Грейнджеры, когда я отдаю им по два сэндвича и по трансфигурированной кружке с горячим молоком, подогретым простым Бойлио, а так же по флакону Лечебного и Укрепляющего. Костерост давать не рискую, поскольку он тоже не всегда подходит простым магглам.

Киваю, не в силах ответить голосом.

Я обязательно выведу их отсюда.

Днем мне приходится варить зелья, и я благодарю всех богов, что Снейпа нет в мэноре, иначе мне бы не удалось пополнить запасы того яда, который я иногда использую… вместо Лечебного.

Но лечебное зелье я тоже варю, как и Укрепляющее, Обезболивающее и еще несколько других.

В обед приношу Грейнджерам мясного супа-пюре, хлеба и молока. Суп-пюре я требую у Динки якобы для себя, а хлеб и молоко снова приношу из маггловского магазина.

Грейнджеры опять благодарят меня, а я стараюсь как можно быстрее уйти из подземелья — мне невыносимо стыдно смотреть им в глаза.

А после обеда, когда я, провонявший насквозь испарениями из котлов, моюсь в душе, до меня доносятся крики боли. Сперва я не обращаю на них внимания, поскольку уже привык к ним: Лестрейнджи — да и не только они — регулярно издеваются над магглами, но спустя некоторое время меня пронзает, как иглой — в подземельях Грейнджеры.