В ноябре 1972 года в Чили по просьбе правительства Сальвадора Альенде прибыла комплексная советская экспедиция. Нашим специалистам предстояло оценить масштабы разрухи и определить, какие из шахт целесообразней восстанавливать в первую очередь, городке Чигуана Николай Попов и Ефим Чубарин вместе с чилийскими горняками обследовали разработки, ранее принадлежавшие концерну «Ормит».
4 мин, 1 сек 7046
Состояние шахт оказалось плачевным, требовались большие вложения при сомнительной отдаче. Горняки искренне переживали: закрытые шахты плодили нищету и преступность. Один из старых шахтеров вспомнил о забытом месторождении меди в сорока километрах к северу от Чигуаны и попросил, скорее от отчаяния, осмотреть и его — вдруг оно окажется перспективным. В 1945 году на шахте случилась крупная авария, свыше ста горняков погибли. С окончанием войны спрос на медь сократился, в промышленности наступил спад, и шахту не восстановили. Но меди там, утверждал шахтер, было очень много. Место пользовалось дурной славой. Тогда, в сорок пятом году, тела погибших оставили под землей: поиск тел, по мнению хозяев, был слишком дорогостоящей затеей. Родственники горняков, нищие индейцы, ничего не могли сделать для своих близких, лишь прокляли хозяев.
А в шахте и близ нее с той поры стали появляться чудовища — огромные змеи с человеческими головами.
слухи не напугали наших специалистов, и они решили осмотреть 1 шахту. Двадцать километров одолели на старом джипе, а далее пришлось пересесть на мулов — дорога разрушилась, а частью и вовсе исчезла, на ее месте росли густые кустарники и деревья. Мулов одолжили крестьяне из крохотной деревеньки. Один из крестьян, в ранней юности работавший на шахте, вызвался быть проводником. Вход в шахту был едва заметен за буйной растительностью, природа брала свое, отвоевывая утерянные позиции. Сорванные ворота изрядно под гнили, причем впечатление создавалось такое, что срывали их изнутри. Из ворот вел след, и странный след — словно гигантская змея выползала из недр горы. Попов и Чубарин прошли несколько десятков метров и обнаружили непонятный ход, уходивший под углом в тридцать градусов вниз. Ход имел полтора метра в поперечнике, волнообразная поверхность его напоминала стиральную доску. Именно отсюда нечто выползало наружу. И это «нечто» было внушительных размеров. Крестьянин-проводник начал извиняться — он не знал, что рудник облюбовал Лунный Змей. Оказывается, у чилийских горняков есть легенда, будто в заброшенные выработки приходят обитатели неба. Там, на небе, пустота и потому большая нужда в металлах. Никто не видел от небесных рудокопов ни зла, ни добра, но старые люди советуют держаться от них в стороне. крестьянин отогнал мулов подальше и стал просить, чтобы все покинули это место. Даже илийские шахтеры, прибывшие вместе с Поповым и Чубариным, не вполне еще свободные от предрассудков, предложили уйти, чтобы вернуться потом с отрядом мощной техники, лучше — бронированной. Но наши специалисты решили спуститься в шахту -по крайней мере на ближайшие горизонты, и разведать, куда все-таки ведет странный ход. Оказалось, что края хода достаточно прочно удерживают сцепление с обувью и, несмотря на крутизну, по нему вполне можно передвигаться. Спустя восемьдесят метров (отсчет велся по страховочной веревке) ход стал горизонтальным и перешел в большую выработку, которая привела горняков в восторг медными жилами. Жилы тянулись на сотни и сотни метров, и разработка их окупила бы все поставки СССРрежиму Альенде. По жилы уже разрабатывали, причем разрабатывали исклю-Iчительно высокотехнологическим методом — пустая порода оставалась нетронутой. Да и культура разработок была на высочайшем уровне. Никаких обвалов, никакого мусора, шахта походила скорее на первоклассно укрепленный ход в генеральском подземном убежище. Немного дальше Попов и Чубарин увидели слитки меди. Формой и размером они более всего напоминали страусиные яйца, собранные в кучки по 40-50 штук, и кучки располагались друг от друга на расстоянии 25-30 шагов. Еще дальше они увидели и то, что откладывало медные яйца. Это была змея, или, как потом решили, змееподобный механизм-комбайн, мечта горняка. В диаметре около метра и протяженностью пять-шесть метров, змея эта припадала к медной жиле и буквально высасывала дендриты из стен тоннеля.
А в шахте и близ нее с той поры стали появляться чудовища — огромные змеи с человеческими головами.
слухи не напугали наших специалистов, и они решили осмотреть 1 шахту. Двадцать километров одолели на старом джипе, а далее пришлось пересесть на мулов — дорога разрушилась, а частью и вовсе исчезла, на ее месте росли густые кустарники и деревья. Мулов одолжили крестьяне из крохотной деревеньки. Один из крестьян, в ранней юности работавший на шахте, вызвался быть проводником. Вход в шахту был едва заметен за буйной растительностью, природа брала свое, отвоевывая утерянные позиции. Сорванные ворота изрядно под гнили, причем впечатление создавалось такое, что срывали их изнутри. Из ворот вел след, и странный след — словно гигантская змея выползала из недр горы. Попов и Чубарин прошли несколько десятков метров и обнаружили непонятный ход, уходивший под углом в тридцать градусов вниз. Ход имел полтора метра в поперечнике, волнообразная поверхность его напоминала стиральную доску. Именно отсюда нечто выползало наружу. И это «нечто» было внушительных размеров. Крестьянин-проводник начал извиняться — он не знал, что рудник облюбовал Лунный Змей. Оказывается, у чилийских горняков есть легенда, будто в заброшенные выработки приходят обитатели неба. Там, на небе, пустота и потому большая нужда в металлах. Никто не видел от небесных рудокопов ни зла, ни добра, но старые люди советуют держаться от них в стороне. крестьянин отогнал мулов подальше и стал просить, чтобы все покинули это место. Даже илийские шахтеры, прибывшие вместе с Поповым и Чубариным, не вполне еще свободные от предрассудков, предложили уйти, чтобы вернуться потом с отрядом мощной техники, лучше — бронированной. Но наши специалисты решили спуститься в шахту -по крайней мере на ближайшие горизонты, и разведать, куда все-таки ведет странный ход. Оказалось, что края хода достаточно прочно удерживают сцепление с обувью и, несмотря на крутизну, по нему вполне можно передвигаться. Спустя восемьдесят метров (отсчет велся по страховочной веревке) ход стал горизонтальным и перешел в большую выработку, которая привела горняков в восторг медными жилами. Жилы тянулись на сотни и сотни метров, и разработка их окупила бы все поставки СССРрежиму Альенде. По жилы уже разрабатывали, причем разрабатывали исклю-Iчительно высокотехнологическим методом — пустая порода оставалась нетронутой. Да и культура разработок была на высочайшем уровне. Никаких обвалов, никакого мусора, шахта походила скорее на первоклассно укрепленный ход в генеральском подземном убежище. Немного дальше Попов и Чубарин увидели слитки меди. Формой и размером они более всего напоминали страусиные яйца, собранные в кучки по 40-50 штук, и кучки располагались друг от друга на расстоянии 25-30 шагов. Еще дальше они увидели и то, что откладывало медные яйца. Это была змея, или, как потом решили, змееподобный механизм-комбайн, мечта горняка. В диаметре около метра и протяженностью пять-шесть метров, змея эта припадала к медной жиле и буквально высасывала дендриты из стен тоннеля.
Страница 1 из 2
