— Не подпускай к себе людей. Не доверяй человеческим дочерям. Они ночью прильнут, а утром предадут. Ты для них враг. А если полюбишь какую-нибудь из них — убей. Растерзай ее белое тело, сожги, развей пепел над морем. Вырви из сердца. И забудь. Только так сохранишь свою жизнь, и род наш сохранишь… — говорила мать маленькому Элу. Ее желтые глаза вспыхивали при этих словах, и в них читалась непереносимая боль и неизмеримая печаль, а еще страх, от которого холодно и тоскливо, словно в склепе, становилось в их теплом уютном доме. Тогда сердце Эла сжималось от того, что его мать так страдает и так боится.
12 мин, 42 сек 2039
Прошли годы, умерла старая нянька, а Милена выросла в красавицу, какой еще не видел этот край, а если и видел, то давным-давно, еще во времена великой Нанны. Не было в округе парня, который не готов был бы совершить любой подвиг за одну лишь ленту из волос царевны.
Но то непростое было время — драконы, словно взбесились в последние годы. Раньше, бывало, один-два раза по весне нападут на город, сожгут несколько домов, а может унесут какую женщину. А теперь прилетали почти каждую неделю, и днем и среди ночи. Жгли и разоряли селения. Не брали никого с собой, лишь поливали огнем самые высокие крыши. Народ боялся выйти в поле, чтобы сеять, а когда все ж нашлись смельчаки, вспахали и засеяли землю, то, как урожай созрел — проклятые Змеи почти все попалили. Доедали люди последний хлеб и готовились к небывалому голоду. Один был выход — пойти войной на драконов. Только как тут пойдешь, давно закончился зачарованный пепел, и одна только капля мертвой воды осталась в кувшине Нанны. Было еще кое-у-кого оружие, выкованное древними мастерами, то которое могло разить Змеев. Да только на армию не набиралось, а с десятком таких мечей и копий что сделаешь?
И тогда в праздник Нанны вышла дочь царя перед народом, но не стала плясать и петь, как велел обычай, а сказала такие слова:
— Я надену лучший свой наряд, украшу себя золотом и драгоценными каменьями, распущу волосы по ветру и пойду к драконьим пещерам. Стану у входа и попрошу взять меня к себе. Удалось когда-то великой Нанне обмануть Змея — удастся и мне. Будут со мной боги — я добуду для вас зачарованный пепел и мертвую воду, а если нет — погибну за свой народ.
И как не отговаривали ее няньки, подруги, братья, да и сам царь, никак не хотела Милена отступиться от своей затеи. Как сказала — так и сделала. Эл слышал, как поет перед входом в пещеру человеческая дочь. Тонок и нежен ее голос, словно у дивной птицы, прекрасен и манящ ее вид — сияют сапфиры в серьгах, и так же горят глаза небесного цвета, а ветер играет с золотом волос. Она похожа на чудесный цветок, распустившийся в пустыне. «Цветы источают дивный аромат, который волнует меня» — так говорил его брат Хайо«Тэн, но цветок оказался ядовитым, и аромат отравил его.»
И Эл знал — как ни прекрасна с виду человеческая дочь, внутри ее — коварство и предательство. «Уничтожь ее, преврати в пепел! Отомсти за брата!» — говорил себе Эл. И в то же время какой-то другой он возвышал голос и перечил первому:«Как можно убить такую красоту? Она, словно пламя, завораживает, горит лишь мгновение, а потом превратится в дым… Зачем же сокращать это мгновение? Не лучше ли любоваться, пока это возможно?» Может быть, мудрая мать наставила бы сейчас Эла, но она уже давно нашла свой покой под горой Грез. Мало их осталось, вымер драконий народ. Эл, поклявшийся мстить, разорял человеческие селения и, не зная устали, нагонял на людей страх, но рано или поздно, они узнают, что драконьи пещеры почти пусты — и тогда придут воины с волшебными копьями и насадят на них Эла и его братьев, покончив с великом родом драконов навсегда.
И не вытерпел дракон — обратился человеком и вышел к ней.
— Зачем ты пришла?
— Хочу стать твоей невестой, — отвечала девушка.
— А если тебе не нужна невеста, буду жертвой, чтобы ты больше не летал в мой город и не причинял нам зла. Сожги мою плоть, но не тронь посевов, преврати меня в пепел, но не приноси пожаров.
— Жертвы мне не нужны, — отвечал он ей, — а быть драконьей невестою — разве по тебе это? Ты ведь пришла погубить меня. Ищешь воду из Бездонного озера и пепел с горы Грез. Ты как та, что предала моего брата, такое же красивое у тебя лицо и такое же лживое сердце.
Милена испугалась, что план ее раскрыт, и из глаз брызнули слезы.
— Я желаю лишь защитить свой народ, потому что мы погибаем…
— Хорошо, — сказал Эл, — тогда пойдем со мной, человеческая дочь, я отведу тебя к Великому Кругу Камней, и они покажут, что было, что случилось с моим братом, и что твой народ сделал моему.
Когда Милена увидела прекрасную зеленую долину, какой та была до пришествия людей, парящих в небесах драконов со сверкающей чешуей, лазурные озера и зеленые леса, когда узнала о том, кем на самом деле была великая Нанна, и как она предала, сердце девушки сжалось. О, как же несправедливы были люди! Сколько зла они натворили!
Она горько заплакала и упала на колени перед драконом:
— Прости меня и прости мой народ…
На это Эл сказал ей:
Но то непростое было время — драконы, словно взбесились в последние годы. Раньше, бывало, один-два раза по весне нападут на город, сожгут несколько домов, а может унесут какую женщину. А теперь прилетали почти каждую неделю, и днем и среди ночи. Жгли и разоряли селения. Не брали никого с собой, лишь поливали огнем самые высокие крыши. Народ боялся выйти в поле, чтобы сеять, а когда все ж нашлись смельчаки, вспахали и засеяли землю, то, как урожай созрел — проклятые Змеи почти все попалили. Доедали люди последний хлеб и готовились к небывалому голоду. Один был выход — пойти войной на драконов. Только как тут пойдешь, давно закончился зачарованный пепел, и одна только капля мертвой воды осталась в кувшине Нанны. Было еще кое-у-кого оружие, выкованное древними мастерами, то которое могло разить Змеев. Да только на армию не набиралось, а с десятком таких мечей и копий что сделаешь?
И тогда в праздник Нанны вышла дочь царя перед народом, но не стала плясать и петь, как велел обычай, а сказала такие слова:
— Я надену лучший свой наряд, украшу себя золотом и драгоценными каменьями, распущу волосы по ветру и пойду к драконьим пещерам. Стану у входа и попрошу взять меня к себе. Удалось когда-то великой Нанне обмануть Змея — удастся и мне. Будут со мной боги — я добуду для вас зачарованный пепел и мертвую воду, а если нет — погибну за свой народ.
И как не отговаривали ее няньки, подруги, братья, да и сам царь, никак не хотела Милена отступиться от своей затеи. Как сказала — так и сделала. Эл слышал, как поет перед входом в пещеру человеческая дочь. Тонок и нежен ее голос, словно у дивной птицы, прекрасен и манящ ее вид — сияют сапфиры в серьгах, и так же горят глаза небесного цвета, а ветер играет с золотом волос. Она похожа на чудесный цветок, распустившийся в пустыне. «Цветы источают дивный аромат, который волнует меня» — так говорил его брат Хайо«Тэн, но цветок оказался ядовитым, и аромат отравил его.»
И Эл знал — как ни прекрасна с виду человеческая дочь, внутри ее — коварство и предательство. «Уничтожь ее, преврати в пепел! Отомсти за брата!» — говорил себе Эл. И в то же время какой-то другой он возвышал голос и перечил первому:«Как можно убить такую красоту? Она, словно пламя, завораживает, горит лишь мгновение, а потом превратится в дым… Зачем же сокращать это мгновение? Не лучше ли любоваться, пока это возможно?» Может быть, мудрая мать наставила бы сейчас Эла, но она уже давно нашла свой покой под горой Грез. Мало их осталось, вымер драконий народ. Эл, поклявшийся мстить, разорял человеческие селения и, не зная устали, нагонял на людей страх, но рано или поздно, они узнают, что драконьи пещеры почти пусты — и тогда придут воины с волшебными копьями и насадят на них Эла и его братьев, покончив с великом родом драконов навсегда.
И не вытерпел дракон — обратился человеком и вышел к ней.
— Зачем ты пришла?
— Хочу стать твоей невестой, — отвечала девушка.
— А если тебе не нужна невеста, буду жертвой, чтобы ты больше не летал в мой город и не причинял нам зла. Сожги мою плоть, но не тронь посевов, преврати меня в пепел, но не приноси пожаров.
— Жертвы мне не нужны, — отвечал он ей, — а быть драконьей невестою — разве по тебе это? Ты ведь пришла погубить меня. Ищешь воду из Бездонного озера и пепел с горы Грез. Ты как та, что предала моего брата, такое же красивое у тебя лицо и такое же лживое сердце.
Милена испугалась, что план ее раскрыт, и из глаз брызнули слезы.
— Я желаю лишь защитить свой народ, потому что мы погибаем…
— Хорошо, — сказал Эл, — тогда пойдем со мной, человеческая дочь, я отведу тебя к Великому Кругу Камней, и они покажут, что было, что случилось с моим братом, и что твой народ сделал моему.
Когда Милена увидела прекрасную зеленую долину, какой та была до пришествия людей, парящих в небесах драконов со сверкающей чешуей, лазурные озера и зеленые леса, когда узнала о том, кем на самом деле была великая Нанна, и как она предала, сердце девушки сжалось. О, как же несправедливы были люди! Сколько зла они натворили!
Она горько заплакала и упала на колени перед драконом:
— Прости меня и прости мой народ…
На это Эл сказал ей:
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4
