Фандом: Самая плохая ведьма. Спустя три месяца после событий из Золота пробуждения, академия Кэкл столкнулась с неизвестным недугом. Студенты и преподаватели заболевают, и у них очень мало времени, чтобы спасти свою жизнь, пока не стало слишком поздно. Смогут ли они выжить?
79 мин, 17 сек 15365
— Это серьезно, — ответила директриса. — Но мисс Хардбрум и остальные непременно с этим справятся. Ужин будет подан через полчаса. Спасибо вам, девочки.
Энид отжала полотенце, наблюдая, как капли падают в таз с водой, создавая легкую рябь. Это вызвало у нее невеселые мысли о том, что скоро она и сама падет жертвой этой болезни, которая распространяется так быстро. Если бы мисс Хардбрум не нашла причину и не изолировала всех инфицированных, наверняка уже вся школа была бы заражена. Но, к счастью, учительница успела вовремя. С одной стороны Энид радовалась, что все еще не заболела, а с другой стороны была страшно напугана предстоящей перспективой. С момента своего последнего срыва она успела обрести кое-какой контроль над своими эмоциями и подумать над словами мисс Хардбрум. Она надеялась, что Фенелла и Гризельда смогут сделать нужное зелье, дать его им, и все будет в порядке. Но потом в голову приходили мысли о том, что же будет в ближайшие несколько часов. Сейчас мисс Бэт и мисс Дрилл ухаживали за Мод, а мисс Хардбрум сидела рядом с Милдред, но что произойдет, когда болезнь начнет проявляться и у них? Что будет, если она окажется последней, кого коснется вирус? Что ей делать, если все, кроме нее умрут?
Энид тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и положила на лоб Милдред холодный компресс. Сейчас не нужно было думать о плохом или жалеть себя. Сейчас она должна была делать то, чему всегда учила их мисс Хардбрум — хотя конечный результат приготовленного зелья очень важен, один неверный шаг в процессе приготовления может все испортить.
Мисс Хардбрум сидела на своей кровати, читая книгу, которую она нашла на полке, в дальнем углу. Энид спросила, что она читает, но в этот момент Констанс снова зевнула, прикрыв ладонью рот, и поняла, что чтобы не уснуть, ей необходимо принять зелье бодрствования.
Мисс Бэт испуганно смотрела на уставшую заместительницу директрисы, которая несколько раз моргнула, чтобы сосредоточиться на написанном, и поняла, что болезнь сразила и такое олицетворение силы, как Констанс. На лбу мисс Хардбрум выступили бисеринки пота, и она, стараясь, чтобы этого никто не заметил, вытирала их носовым платком. Она сидела прямо, демонстрируя уверенность и самообладание даже в такой ситуации. Давина не могла не восхитится ее мужеством, но в то же время спрашивала себя, как долго она сможет еще продержаться.
Вдруг лежащая на кровати Милдред начала извиваться и махать руками, будто бы от кого-то защищаясь. Три учительницы посмотрели на Энид.
— Что ты сделала? — спросила мисс Хардбрум, но Энид отступила назад, отрицательно покачав головой, давая понять, что она тут не при чем. Мисс Дрилл схватила Милдред за руки и прижала их к телу, чтобы девочка ненароком не покалечила себя.
— Милдред, все хорошо, — сказала она. — Никто тебя не обидит.
Взглянув девочке в лицо, мисс Бэт заметила, что ее глаза двигаются под веками.
— Я думаю, что она спит.
— Вы правы, — согласилась Констанс, опуская руки на плечи Милдред и прикрыв глаза, направила заряд магии в тело ученицы.
— Мисс Хардбрум? — с сомнением произнесла Имоджен, но тут почувствовала, что Милдред начинает расслабляться. — Что бы вы ни сделали, это работает!
Постояв над девочкой еще около десяти секунд, мисс Хардбрум разорвала связь и сделав пару шагов, ухватилась за стену, почувствовав внезапную тяжесть. Заметив это, к ней подошла мисс Бэт.
— С вами все в порядке?
— Да, — соврала Констанс, хотя ее тело горело словно в огне. В той ситуации, в которой они оказались, уже ничего не могло быть «в порядке». Вопрос коллеги застал Констанс врасплох. Они с мисс Бэт никогда не общались с глазу на глаз и придерживались противоположных жизненных позиций, но сейчас, в их затруднительном положении, им необходимо было действовать как одна команда.
— Что вы сделали? — спросила Имоджен, нарушая молчание.
Констанс сделала глубокий вдох и расправила плечи.
— Я использовала успокаивающее заклинание, при помощи моей магии изгнав кошмары из ее разума. Боюсь, что это все, что я могу. — Глаза Энид широко раскрылись. Неужели Х-Б больше ничего не могла сделать? — Яд Золотой росинки блокирует естественные каналы, через которые магия проходит сквозь тело, — пояснила Констанс, едва подавив стон.
— Я думаю, что это подорвало ваши силы, — заметила Давина.
— Нет, я в порядке. Инфицированный организм перекрывает потоки магии, чтобы освободиться от яда, а магия, не находя выхода, медленно ведет борьбу с инфекцией. Вот почему… — Констанс замолчала и покачнулась. Ее глаза медленно закрылись. Давина бросилась вперед, чтобы поддержать коллегу, но та отстранилась, и признав поражение, направилась к своей кровати. Имоджен взяла из рук Энид мокрое полотенце и принялась протирать лицо Милдред, чувствуя, как выравнивается ее дыхание, как вдруг все они услышали грохот.
— Мисс Хардбрум! — ахнула Давина, вместе с Энид бросаясь вперед.
Энид отжала полотенце, наблюдая, как капли падают в таз с водой, создавая легкую рябь. Это вызвало у нее невеселые мысли о том, что скоро она и сама падет жертвой этой болезни, которая распространяется так быстро. Если бы мисс Хардбрум не нашла причину и не изолировала всех инфицированных, наверняка уже вся школа была бы заражена. Но, к счастью, учительница успела вовремя. С одной стороны Энид радовалась, что все еще не заболела, а с другой стороны была страшно напугана предстоящей перспективой. С момента своего последнего срыва она успела обрести кое-какой контроль над своими эмоциями и подумать над словами мисс Хардбрум. Она надеялась, что Фенелла и Гризельда смогут сделать нужное зелье, дать его им, и все будет в порядке. Но потом в голову приходили мысли о том, что же будет в ближайшие несколько часов. Сейчас мисс Бэт и мисс Дрилл ухаживали за Мод, а мисс Хардбрум сидела рядом с Милдред, но что произойдет, когда болезнь начнет проявляться и у них? Что будет, если она окажется последней, кого коснется вирус? Что ей делать, если все, кроме нее умрут?
Энид тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и положила на лоб Милдред холодный компресс. Сейчас не нужно было думать о плохом или жалеть себя. Сейчас она должна была делать то, чему всегда учила их мисс Хардбрум — хотя конечный результат приготовленного зелья очень важен, один неверный шаг в процессе приготовления может все испортить.
Мисс Хардбрум сидела на своей кровати, читая книгу, которую она нашла на полке, в дальнем углу. Энид спросила, что она читает, но в этот момент Констанс снова зевнула, прикрыв ладонью рот, и поняла, что чтобы не уснуть, ей необходимо принять зелье бодрствования.
Мисс Бэт испуганно смотрела на уставшую заместительницу директрисы, которая несколько раз моргнула, чтобы сосредоточиться на написанном, и поняла, что болезнь сразила и такое олицетворение силы, как Констанс. На лбу мисс Хардбрум выступили бисеринки пота, и она, стараясь, чтобы этого никто не заметил, вытирала их носовым платком. Она сидела прямо, демонстрируя уверенность и самообладание даже в такой ситуации. Давина не могла не восхитится ее мужеством, но в то же время спрашивала себя, как долго она сможет еще продержаться.
Вдруг лежащая на кровати Милдред начала извиваться и махать руками, будто бы от кого-то защищаясь. Три учительницы посмотрели на Энид.
— Что ты сделала? — спросила мисс Хардбрум, но Энид отступила назад, отрицательно покачав головой, давая понять, что она тут не при чем. Мисс Дрилл схватила Милдред за руки и прижала их к телу, чтобы девочка ненароком не покалечила себя.
— Милдред, все хорошо, — сказала она. — Никто тебя не обидит.
Взглянув девочке в лицо, мисс Бэт заметила, что ее глаза двигаются под веками.
— Я думаю, что она спит.
— Вы правы, — согласилась Констанс, опуская руки на плечи Милдред и прикрыв глаза, направила заряд магии в тело ученицы.
— Мисс Хардбрум? — с сомнением произнесла Имоджен, но тут почувствовала, что Милдред начинает расслабляться. — Что бы вы ни сделали, это работает!
Постояв над девочкой еще около десяти секунд, мисс Хардбрум разорвала связь и сделав пару шагов, ухватилась за стену, почувствовав внезапную тяжесть. Заметив это, к ней подошла мисс Бэт.
— С вами все в порядке?
— Да, — соврала Констанс, хотя ее тело горело словно в огне. В той ситуации, в которой они оказались, уже ничего не могло быть «в порядке». Вопрос коллеги застал Констанс врасплох. Они с мисс Бэт никогда не общались с глазу на глаз и придерживались противоположных жизненных позиций, но сейчас, в их затруднительном положении, им необходимо было действовать как одна команда.
— Что вы сделали? — спросила Имоджен, нарушая молчание.
Констанс сделала глубокий вдох и расправила плечи.
— Я использовала успокаивающее заклинание, при помощи моей магии изгнав кошмары из ее разума. Боюсь, что это все, что я могу. — Глаза Энид широко раскрылись. Неужели Х-Б больше ничего не могла сделать? — Яд Золотой росинки блокирует естественные каналы, через которые магия проходит сквозь тело, — пояснила Констанс, едва подавив стон.
— Я думаю, что это подорвало ваши силы, — заметила Давина.
— Нет, я в порядке. Инфицированный организм перекрывает потоки магии, чтобы освободиться от яда, а магия, не находя выхода, медленно ведет борьбу с инфекцией. Вот почему… — Констанс замолчала и покачнулась. Ее глаза медленно закрылись. Давина бросилась вперед, чтобы поддержать коллегу, но та отстранилась, и признав поражение, направилась к своей кровати. Имоджен взяла из рук Энид мокрое полотенце и принялась протирать лицо Милдред, чувствуя, как выравнивается ее дыхание, как вдруг все они услышали грохот.
— Мисс Хардбрум! — ахнула Давина, вместе с Энид бросаясь вперед.
Страница 14 из 22
