Фандом: Самая плохая ведьма. Когда Констанс Хардбрум читала письмо, в котором говорилось о прибытии в школу Хекети Метлы, она не могла и вообразить те события, которые за этим последуют…
116 мин, 39 сек 9519
— Я не верю, — ответила Грейс. — Я говорила с Кэтрин всего два часа назад!
— Смерть не предупреждает, когда прийти, мисс Старлайт, — сказала Хекети, доставая из кармана письмо. — Ее ударила молния.
Грейс схватила белый конверт и развернув его, посмотрела на сургучную печать гильдии ведьм.
— Я все еще не верю вам, — сказала она, глядя на Хекети. Затем девушка вытащила сложенный втрое листок и развернув его, принялась читать.
«Последняя воля и свидетельство» — было написано красными чернилами.
— Это не может быть правдой, — все еще не верила Грейс.
— Вы можете отрицать это сколько угодно, но факт остается фактом. Констанс не имеет законного опекуна, и теперь о ней буду заботиться я.
— Зачем вам это? — спросила Грейс, держа в руке письмо. — Вы не являетесь членом гильдии и родственницей… Так зачем вам это?
— Гильдия уведомила меня. Я и Кэтрин были довольно близкими подругами.
— Забавно, что я никогда не слышала от нее о вас.
— Я полагаю, что она просто не сочла нужным упомянуть об этом! — в голосе Хекети слышалась досада. — Но по ее воле Констанс должна перейти под мою опеку и отправиться в ведьмовской техникум.
Грейс быстро пробежала глазами письмо, ища подтверждение слов посетительницы. Дом, деньги и все остальное имущество перешло к Констанс. Сама же Констанс…
«Моя последняя, и самая важная воля касается моей дочери, Констанс Кэтрин Хардбрум, которую я оставляю на попечение Хекети Метлы — директрисы ведьмовского техникума».
— Так вы хотите взять Констанс с собой?
— Да, — кивнула Хекети. — Так хотела бы Кэтрин.
Грейс посмотрела на письмо, еще раз перечитала его, а потом смяв, бросила в огонь. Хекети попыталась выхватить его из камина, но лишь обожгла пальцы.
— Как вы смеете отрицать последнюю волю Кэтрин?!
— Это завещание писала не она! — закричала Грейс. — Если Констанс и должна с кем-то остаться, то со мной!
— Вот как? — угрожающе начала мистрис Метла, вскидывая руки. — Я боюсь, что не могу позволить этому случиться!
Мисс Хардбрум посмотрела на лестницу и увидела маленькую Конни, сидящую на лестнице и прислушивающуюся к беседе в комнате. Она вела себя очень тихо, чтобы не привлекать ненужного внимания, а по ее щекам катились горькие слезы. Сейчас Констанс испытывала сильное желание подойти к этой девочке и заставить ее отвернуться, чтобы не видеть того, что сейчас произойдет.
Хекети ударила Грейс потоком магии, но та ловко отбила его, отправив обратно. Хекети быстро уклонилась от летящего в нее луча, который разбил окно прямо за ней. Выпрямившись, она послала целый шквал атак в сторону девушки, которая упала на пол, выставив вперед руки, чтобы смягчить падение.
— Констанс должна пойти со мной.
— Я не позволю этому случиться! — ответила Грейс, поднимаясь на ноги. — Она заслуживает лучшего!
Еще одна атака отправила ее в полет через всю комнату и ударила о стену. Со стены упала картина в застекленной раме, и разбившись, порезала девушке руку.
— Констанс и так будет хорошо. Ведьмовской техникум является одним из лучших учебных заведений в мире! Вы должны доверять мне и позволить последней воле Кэтрин исполниться!
— Я не знаю вас! — крикнула Грейс, не обращая внимания на пульсирующую боль в порезанной руке и капающую на пол кровь. — Я не знаю вас, и вы не знаете Кэтрин!
— Кэтрин Элизабет Равенвинг, родилась девятого сентября тысяча девятьсот сорок девятого года. В тысяча девятьсот шестьдесят девятом году вышла замуж за Майкла Дэвида Хардбрум. Четыре года спустя в январе Кэтрин родила дочь — Констанс Хардбрум. Майкл умер в тысяча девятьсот восемьдесят четвертом году, покончив жизнь самоубийством. Через две недели после этого Кэтрин наняла вас, чтобы помогать ей управляться с делами дома.
— Вы могли узнать об этом откуда угодно! — отрезала Грейс.
— Любимым цветом Кэтрин был фиолетовый, ее любимый цветок — лаванда. Они с Майклом даже поженились на лавандовом поле. Кэтрин винила себя в смерти мужа и делилась этими вещами только со мной. Я думаю, что достаточно знаю о Кэтрин и о ее желаниях! А теперь приведите мне Констанс!
— Нет, — ответила Грейс, хотя в ее глазах плескался страх. — Констанс! Беги!
Сидящая на лестнице Конни вскочила на ноги и бросилась в свою комнату. Грейс последовала за ней. Мистрис Метла не сдвинулась с места. Она лишь тяжело вздохнула и закатила глаза. Почему все должно быть так сложно?
Конни вбежала в свою комнату и дождавшись Грейс, захлопнула дверь. Вместе, они придвинули к ней тяжелую тумбочку. Констанс видела, как Грейс дрожит, но все равно говорит ей, что все будет хорошо и что она непременно что-нибудь придумает.
— Все будет в порядке, Конни. Мы справимся с этим.
— Вы должны называть ее полным именем, — раздался голос, а затем мистрис Метла появилась в комнате, дав понять, что все их усилия по закрытию двери были напрасными. — Констанс, дитя мое, подойди ко мне! — Она протянула девочке руку, но Конни показалось, что она объята пламенем.
— Конни, не надо!
— Констанс, если ты возьмешь меня за руку, я обещаю, что Грейс не пострадает.
— Смерть не предупреждает, когда прийти, мисс Старлайт, — сказала Хекети, доставая из кармана письмо. — Ее ударила молния.
Грейс схватила белый конверт и развернув его, посмотрела на сургучную печать гильдии ведьм.
— Я все еще не верю вам, — сказала она, глядя на Хекети. Затем девушка вытащила сложенный втрое листок и развернув его, принялась читать.
«Последняя воля и свидетельство» — было написано красными чернилами.
— Это не может быть правдой, — все еще не верила Грейс.
— Вы можете отрицать это сколько угодно, но факт остается фактом. Констанс не имеет законного опекуна, и теперь о ней буду заботиться я.
— Зачем вам это? — спросила Грейс, держа в руке письмо. — Вы не являетесь членом гильдии и родственницей… Так зачем вам это?
— Гильдия уведомила меня. Я и Кэтрин были довольно близкими подругами.
— Забавно, что я никогда не слышала от нее о вас.
— Я полагаю, что она просто не сочла нужным упомянуть об этом! — в голосе Хекети слышалась досада. — Но по ее воле Констанс должна перейти под мою опеку и отправиться в ведьмовской техникум.
Грейс быстро пробежала глазами письмо, ища подтверждение слов посетительницы. Дом, деньги и все остальное имущество перешло к Констанс. Сама же Констанс…
«Моя последняя, и самая важная воля касается моей дочери, Констанс Кэтрин Хардбрум, которую я оставляю на попечение Хекети Метлы — директрисы ведьмовского техникума».
— Так вы хотите взять Констанс с собой?
— Да, — кивнула Хекети. — Так хотела бы Кэтрин.
Грейс посмотрела на письмо, еще раз перечитала его, а потом смяв, бросила в огонь. Хекети попыталась выхватить его из камина, но лишь обожгла пальцы.
— Как вы смеете отрицать последнюю волю Кэтрин?!
— Это завещание писала не она! — закричала Грейс. — Если Констанс и должна с кем-то остаться, то со мной!
— Вот как? — угрожающе начала мистрис Метла, вскидывая руки. — Я боюсь, что не могу позволить этому случиться!
Мисс Хардбрум посмотрела на лестницу и увидела маленькую Конни, сидящую на лестнице и прислушивающуюся к беседе в комнате. Она вела себя очень тихо, чтобы не привлекать ненужного внимания, а по ее щекам катились горькие слезы. Сейчас Констанс испытывала сильное желание подойти к этой девочке и заставить ее отвернуться, чтобы не видеть того, что сейчас произойдет.
Хекети ударила Грейс потоком магии, но та ловко отбила его, отправив обратно. Хекети быстро уклонилась от летящего в нее луча, который разбил окно прямо за ней. Выпрямившись, она послала целый шквал атак в сторону девушки, которая упала на пол, выставив вперед руки, чтобы смягчить падение.
— Констанс должна пойти со мной.
— Я не позволю этому случиться! — ответила Грейс, поднимаясь на ноги. — Она заслуживает лучшего!
Еще одна атака отправила ее в полет через всю комнату и ударила о стену. Со стены упала картина в застекленной раме, и разбившись, порезала девушке руку.
— Констанс и так будет хорошо. Ведьмовской техникум является одним из лучших учебных заведений в мире! Вы должны доверять мне и позволить последней воле Кэтрин исполниться!
— Я не знаю вас! — крикнула Грейс, не обращая внимания на пульсирующую боль в порезанной руке и капающую на пол кровь. — Я не знаю вас, и вы не знаете Кэтрин!
— Кэтрин Элизабет Равенвинг, родилась девятого сентября тысяча девятьсот сорок девятого года. В тысяча девятьсот шестьдесят девятом году вышла замуж за Майкла Дэвида Хардбрум. Четыре года спустя в январе Кэтрин родила дочь — Констанс Хардбрум. Майкл умер в тысяча девятьсот восемьдесят четвертом году, покончив жизнь самоубийством. Через две недели после этого Кэтрин наняла вас, чтобы помогать ей управляться с делами дома.
— Вы могли узнать об этом откуда угодно! — отрезала Грейс.
— Любимым цветом Кэтрин был фиолетовый, ее любимый цветок — лаванда. Они с Майклом даже поженились на лавандовом поле. Кэтрин винила себя в смерти мужа и делилась этими вещами только со мной. Я думаю, что достаточно знаю о Кэтрин и о ее желаниях! А теперь приведите мне Констанс!
— Нет, — ответила Грейс, хотя в ее глазах плескался страх. — Констанс! Беги!
Сидящая на лестнице Конни вскочила на ноги и бросилась в свою комнату. Грейс последовала за ней. Мистрис Метла не сдвинулась с места. Она лишь тяжело вздохнула и закатила глаза. Почему все должно быть так сложно?
Конни вбежала в свою комнату и дождавшись Грейс, захлопнула дверь. Вместе, они придвинули к ней тяжелую тумбочку. Констанс видела, как Грейс дрожит, но все равно говорит ей, что все будет хорошо и что она непременно что-нибудь придумает.
— Все будет в порядке, Конни. Мы справимся с этим.
— Вы должны называть ее полным именем, — раздался голос, а затем мистрис Метла появилась в комнате, дав понять, что все их усилия по закрытию двери были напрасными. — Констанс, дитя мое, подойди ко мне! — Она протянула девочке руку, но Конни показалось, что она объята пламенем.
— Конни, не надо!
— Констанс, если ты возьмешь меня за руку, я обещаю, что Грейс не пострадает.
Страница 25 из 33
