Зеркало отражало ужасную, неприглядную правду. Хоть в профиль, хоть в анфас, хоть обтяни майкой до сорванного дыхания… Нет, а если прижать? Нет, тогда больно.
127 мин, 27 сек 9001
Кто-то написал: «Ты шутишь?»
— Нет, я не шучу. Снаружи находятся как минимум два человека, один из которых, Юрий Александрович Пицетов, он же Командор, вооружен. Не идите сюда в одиночку! Сейчас я покажу, почему.
Она отвернула камеру от себя, пошла вперед, на полдороге сообразила сказать:
— Мышка, не смотри, пожалуйста. Сейчас будет довольно страшно.
Она прошла коридор, направив камеру направо и налево, потом вошла в дверь, подошла к ближайшему ящику.
— Вы даже не представляете, как это пахнет, — сказала она тихо, задержала дыхание, и открыла крышку.
Сообразив, что видно должно быть плохо, она еще подсветила фонариком, потом очень осторожно толкнула голову, поворачивая к камере распухшее лицо.
Закрыла крышку. Ее начинала бить дрожь. Повернув смартфон, она увидела еще несколько сердечек и сообщений «что происходит?», «Привет!», «Ты в порядке?», «Это шутка?»
— Я не в порядке, — ответила Львушка, гнусавя, стараясь дышать не очень глубоко. — Простите, тут ужасно воняет. Я не знаю ее фамилии, ее зовут Лидия, она всегда жила тут недалеко, под мостом. Напоминаю, если вы меня видите, звоните в полицию, мы тоже звоним, но трубку не берут или сразу бросают. Мы не можем выйти, снаружи нас ждут.
«Кто вас ждет?» — спросил кто-то.
Львушка решила показать дверь изнутри, вышла в коридор — смотреть на еще одно мертвое тело она пока была не готова. Ее трясло, смартфон дрожал в руке.
Она была достаточно близко, когда заметила пролезший в щель двери кончик отвертки.
— Они пытаются взломать дверь, — проговорила Львушка с удивившим ее саму спокойствием. — Один из них — тот, кого мы всегда считали вожатым и называли Командором. Это он устроил весь этот кошмар у нас прямо под ногами. Юрий Александрович Пицетов. Там не только тело Лиды, есть другие подростки, живые тоже есть, и нам всем очень страшно. Нужен врач, очень-очень нужен, и полицейские. Это не шутка и не выдумки, не попытка розыгрыша, и дверь уже пытаются взломать. Мы сейчас попробуем чем-нибудь подпереть, чтобы ее не открыли.
Она положила смартфон в нагрудный карман так, чтобы камера продолжала снимать, огляделась в поисках хоть какой-нибудь доски. Именно в этот момент в дверь грохнуло со страшной силой, и по лицу и груди прилетело острой крошкой. Львушка шарахнулась назад, упала, смотря снизу вверх и упираясь в дверь ногой.
— Кто там засел? — раздался голос Альтаира.
— Эти шалавы, Львушка с сестрой. Ломай дверь.
— Она железная!
— Ломай. Оба сядем, если они дозвонятся в полицию. Я схожу за ломом, но там старые ржавые петли, попробуй выбить.
По лицу медленно текла кровь. Львушка боялась вздохнуть. Снова послышался удар, за ним еще один… Она отползла, не поднимаясь, и спряталась за угол. Вынула смартфон: заднюю стенку погнуло и поцарапало каменной крошкой, стекло от удара о пуговицу покрыла густая сеть трещин, но основная камера уцелела.
— Я вижу, что передача еще идет, но не вижу, что вы пишете. Слушайте, давайте я расскажу все по порядку. Я сама была в этом отряде, мы ловили звездные сигналы, мы думали, что они на самом деле со звезд. Но это вранье. Не знаю, кто набивал первые сигналы морзянкой, но я сейчас покажу последнего оператора.
Кажется, всплывали еще сердечки, комментарии; видно было плохо, и Львушка не присматривалась. Она распахнула второй ящик, и подсветила черное иссохшее лицо.
— Его звали Валентин, но за красные щеки его все называли Вишней. Он был моим другом. Я думаю, — она открыла соседний ящик, показывая лопаты, — я думаю, остальные исчезнувшие дети где-то в округе, закопаны. Если нас не успеют спасти, знайте, что Николай Варенцев, прозвище Альтаир — тоже соучастник, он ломает дверь, вы слышали его голос. Слышите? — она замолчала, чтобы аудитория разобрала глухие удары. — Это он. Для новоприсоединившихся: меня зовут Львушка, я в беде, позвоните в полицию, координаты расшарены, я нахожусь по ним. Звоните куда угодно, нам нужна помощь, мы сами окажемся в этих ящиках, если они доберутся до нас раньше!
Она говорила, не останавливаясь, и постоянно напоминала — один вооружен, звоните в полицию, звоните врачам, кому угодно, это старое бомбоубежище под летним штабом «Звездных Юнг», очень срочно, это не розыгрыш — и снова, снова и снова, по кругу. Где-то на третьем повторении к ней подошла Джилька и ахнула; Львушка даже не сразу поняла, в чем дело. Только когда та рванулась осматривать голову и стирать кровь с лица платком, отмахнулась, мол, не страшно, только за угол к двери не ходи.
— Мышка говорит, Пицетов движется прочь от штаба.
— Он кричал, что пойдет за ломом, там Альтаир ломает дверь. Нам надо ее подпереть чем-нибудь тяжелым.
— Сиди здесь, я сделаю, — Джилька сжала ее плечи. — Сиди, хорошо? За пацаном смотри.
Львушка глянула в угол, где под одеялом слабо шевелился Сапсан, и кивнула. Пусть там и сидит, пусть верит, что кошмар скоро кончится. Сама она не была так уверена.
— Нет, я не шучу. Снаружи находятся как минимум два человека, один из которых, Юрий Александрович Пицетов, он же Командор, вооружен. Не идите сюда в одиночку! Сейчас я покажу, почему.
Она отвернула камеру от себя, пошла вперед, на полдороге сообразила сказать:
— Мышка, не смотри, пожалуйста. Сейчас будет довольно страшно.
Она прошла коридор, направив камеру направо и налево, потом вошла в дверь, подошла к ближайшему ящику.
— Вы даже не представляете, как это пахнет, — сказала она тихо, задержала дыхание, и открыла крышку.
Сообразив, что видно должно быть плохо, она еще подсветила фонариком, потом очень осторожно толкнула голову, поворачивая к камере распухшее лицо.
Закрыла крышку. Ее начинала бить дрожь. Повернув смартфон, она увидела еще несколько сердечек и сообщений «что происходит?», «Привет!», «Ты в порядке?», «Это шутка?»
— Я не в порядке, — ответила Львушка, гнусавя, стараясь дышать не очень глубоко. — Простите, тут ужасно воняет. Я не знаю ее фамилии, ее зовут Лидия, она всегда жила тут недалеко, под мостом. Напоминаю, если вы меня видите, звоните в полицию, мы тоже звоним, но трубку не берут или сразу бросают. Мы не можем выйти, снаружи нас ждут.
«Кто вас ждет?» — спросил кто-то.
Львушка решила показать дверь изнутри, вышла в коридор — смотреть на еще одно мертвое тело она пока была не готова. Ее трясло, смартфон дрожал в руке.
Она была достаточно близко, когда заметила пролезший в щель двери кончик отвертки.
— Они пытаются взломать дверь, — проговорила Львушка с удивившим ее саму спокойствием. — Один из них — тот, кого мы всегда считали вожатым и называли Командором. Это он устроил весь этот кошмар у нас прямо под ногами. Юрий Александрович Пицетов. Там не только тело Лиды, есть другие подростки, живые тоже есть, и нам всем очень страшно. Нужен врач, очень-очень нужен, и полицейские. Это не шутка и не выдумки, не попытка розыгрыша, и дверь уже пытаются взломать. Мы сейчас попробуем чем-нибудь подпереть, чтобы ее не открыли.
Она положила смартфон в нагрудный карман так, чтобы камера продолжала снимать, огляделась в поисках хоть какой-нибудь доски. Именно в этот момент в дверь грохнуло со страшной силой, и по лицу и груди прилетело острой крошкой. Львушка шарахнулась назад, упала, смотря снизу вверх и упираясь в дверь ногой.
— Кто там засел? — раздался голос Альтаира.
— Эти шалавы, Львушка с сестрой. Ломай дверь.
— Она железная!
— Ломай. Оба сядем, если они дозвонятся в полицию. Я схожу за ломом, но там старые ржавые петли, попробуй выбить.
По лицу медленно текла кровь. Львушка боялась вздохнуть. Снова послышался удар, за ним еще один… Она отползла, не поднимаясь, и спряталась за угол. Вынула смартфон: заднюю стенку погнуло и поцарапало каменной крошкой, стекло от удара о пуговицу покрыла густая сеть трещин, но основная камера уцелела.
— Я вижу, что передача еще идет, но не вижу, что вы пишете. Слушайте, давайте я расскажу все по порядку. Я сама была в этом отряде, мы ловили звездные сигналы, мы думали, что они на самом деле со звезд. Но это вранье. Не знаю, кто набивал первые сигналы морзянкой, но я сейчас покажу последнего оператора.
Кажется, всплывали еще сердечки, комментарии; видно было плохо, и Львушка не присматривалась. Она распахнула второй ящик, и подсветила черное иссохшее лицо.
— Его звали Валентин, но за красные щеки его все называли Вишней. Он был моим другом. Я думаю, — она открыла соседний ящик, показывая лопаты, — я думаю, остальные исчезнувшие дети где-то в округе, закопаны. Если нас не успеют спасти, знайте, что Николай Варенцев, прозвище Альтаир — тоже соучастник, он ломает дверь, вы слышали его голос. Слышите? — она замолчала, чтобы аудитория разобрала глухие удары. — Это он. Для новоприсоединившихся: меня зовут Львушка, я в беде, позвоните в полицию, координаты расшарены, я нахожусь по ним. Звоните куда угодно, нам нужна помощь, мы сами окажемся в этих ящиках, если они доберутся до нас раньше!
Она говорила, не останавливаясь, и постоянно напоминала — один вооружен, звоните в полицию, звоните врачам, кому угодно, это старое бомбоубежище под летним штабом «Звездных Юнг», очень срочно, это не розыгрыш — и снова, снова и снова, по кругу. Где-то на третьем повторении к ней подошла Джилька и ахнула; Львушка даже не сразу поняла, в чем дело. Только когда та рванулась осматривать голову и стирать кровь с лица платком, отмахнулась, мол, не страшно, только за угол к двери не ходи.
— Мышка говорит, Пицетов движется прочь от штаба.
— Он кричал, что пойдет за ломом, там Альтаир ломает дверь. Нам надо ее подпереть чем-нибудь тяжелым.
— Сиди здесь, я сделаю, — Джилька сжала ее плечи. — Сиди, хорошо? За пацаном смотри.
Львушка глянула в угол, где под одеялом слабо шевелился Сапсан, и кивнула. Пусть там и сидит, пусть верит, что кошмар скоро кончится. Сама она не была так уверена.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 31 из 35
