Фандом: Гарри Поттер. Они созданы друг для друга. Ну неужели никто не видит этого, кроме меня? Ну ничего, от судьбы им не отвертеться. Начинаю Проект «Скорпороза»!
Добавить в моё избранное
121 мин, 5 сек 1209
Увидела много того, что никогда не хотела бы видеть: Монро без штанов, Колби, танцующую танец дикарей, Поттера, воткнувшего под ремень штанов перо и кукарекающего, Лонгботтом, поющую песни Уорбек, Макдермот, пытающуюся стоять на голове. Сказала много того, что не хотела бы говорить: что у меня нет романа с Малфоем, что я терпеть не могу Кимми Монтагю, и, нет, я никогда не видела Малфоя без штанов, отвалите. Сделала то, чего не хотела бы делать: принесла им диванную подушку из слизеринской гостиной, орала «Гриффиндор рулит!» в главном холле (надо убить Поттера), сообщила им пароль в слизеринскую гостиную (один из трех. А они не сказали:«все пароли», — верно?)
Но самое веселое было, когда дело доходило до Уизли. Это было умопомрачительное зрелище. Как я поняла, Уизли предупредила Поттера и Лонгботтом о крестовом походе Мак, и теперь каждый раз, когда дело доходило до Уизли, они оба старались опередить Дженнифер, чем доводили ее просто до бешенства. Мы узнали, что любимый кузен Уизли — Луи (успел Поттер), что ее любимый цветок — георгин (успела Лонгботтом), она встала в середину гостиной и три раза повернулась вокруг своей оси, повторяя «Шоколадные лягушки, шоколадные лягушки», и вообще, если остальным доставалось, то стараниями Поттера и Лонгботтом Уизли страдала так же тяжко, как червяк в яблоке. И она уже думала было, что пронесло, но, чтобы там не говорили, гриффиндорцы не настолько уж и тупые и даже и на них иногда находит озарение.
То есть, когда до Роуз опять дошла очередь, и Поттер начинает:
— Я вызываю тебя, Роуз…
Колби вдруг как заорет, что это нечестно, что они с Элис дают ей только легкие задания, хватит, и пусть вызов сделает кто-то другой.
И пока Поттер и Лонгботтом препирались с Колби и Монро по этому поводу, Мак вскакивает и вопит:
— Я вызываю тебя, Роуз Уизли, в обед в день святого Валентина поцеловать в губы слизеринца, которого ты ненавидишь больше всего!
Все так и сели.
— Че… Че… — начинает Поттер. — Че…
— Го? — заканчивает за него Монро.
— Я вызываю Роуз Уизли в обед в день святого Валентина поцеловать в губы слизеринца, которого она ненавидит больше всего! — гордо говорит Мак и садится.
В тот вечер я возвращаюсь в свою гостиную с синяком на мягком месте: я так хохотала, что села мимо стула.
До дня святого Валентина оставалось три дня, и эти три дня я провела, перебирая аргументы pro и contra того, чтобы рассказать Малфою о предстоящем.
Аргументы «за»:
А) Малфой просто умрет, если Уизли его поцелует.
Б) Малфой отберет у меня сто галеонов (после того, как умрет, после того, как Уизли его поцелует).
В) У приятной мне половины школы (меньшей половины) случится сердечный приступ, если Уизли поцелует Малфоя.
Аргументы «против»:
А) Как представлю физиономию Малфоя (не забыть фотоаппарат).
Б) Как представлю физиономии учителей (сказать Мак не забыть фотоаппарат).
В) Как представлю, с какой физиономией будет идти к нам Уизли (проверить, работает ли фотоаппарат).
Г) У неприятной мне половины школы (большей половины) случится сердечный приступ.
Д) Когда чешется спина — это неприятно.
Так что было решено оставить Малфоя на растерзание волкам. Он меня поймет, в моем случае он поступил бы так же.
Так что обед в день святого Валентина я ждала с огромным нетерпением.
День этот был таким же омерзительным, каким он обычно и бывал — повсюду выли поющие валентинки, хихикали дуры-третьекурсницы, краснели болваны-третьекурсники, лизались влюбленные парочки.
По счастью, в нашей части стола такая была только одна, но зато нас всех от них тошнило за пятерых.
— Глядя на это, я понимаю сущность целибата, — говорит Малфой, когда видит, как Монтегю и Гастингс кормят друг друга с ложечки. — Не принимаю, конечно, но понимаю.
— Я тоже начинаю жалеть о том, что когда-то случилась сексуальная революция, — признается Куин, когда видит, как Гастингс вытирает Монтагю губы салфеткой, а потом целует в нос. — И оцените, что это сказала Забини.
— Это просто тошнотворно, — говорю я, когда Монтагю ест с тарелки Гастингса. — И заметьте, что мне настолько противно, что я даже не нахожу таких сочных метафор, как у вас. А ведь это я.
Мы настолько отвлеклись завораживающим в своей кошмарности зрелищем, что я почти упускаю тот момент, когда пунцовая от смущения Уизли встает из-за своего стола и идет к нам. Очень решительно идет. Настолько решительно, что Малфой оглядывается на меня, о чем-то догадывается, делает движение встать из-за стола и сбежать, делает движение залезть под стол, но в итоге замирает и смотрит на Уизли, как кролик на удава.
Уизли приближается твердым строевым шагом и останавливается против нас. Она настолько красная, что от нее можно прикуривать. Стоит тут, мнется пару секунд, а потом…
Но самое веселое было, когда дело доходило до Уизли. Это было умопомрачительное зрелище. Как я поняла, Уизли предупредила Поттера и Лонгботтом о крестовом походе Мак, и теперь каждый раз, когда дело доходило до Уизли, они оба старались опередить Дженнифер, чем доводили ее просто до бешенства. Мы узнали, что любимый кузен Уизли — Луи (успел Поттер), что ее любимый цветок — георгин (успела Лонгботтом), она встала в середину гостиной и три раза повернулась вокруг своей оси, повторяя «Шоколадные лягушки, шоколадные лягушки», и вообще, если остальным доставалось, то стараниями Поттера и Лонгботтом Уизли страдала так же тяжко, как червяк в яблоке. И она уже думала было, что пронесло, но, чтобы там не говорили, гриффиндорцы не настолько уж и тупые и даже и на них иногда находит озарение.
То есть, когда до Роуз опять дошла очередь, и Поттер начинает:
— Я вызываю тебя, Роуз…
Колби вдруг как заорет, что это нечестно, что они с Элис дают ей только легкие задания, хватит, и пусть вызов сделает кто-то другой.
И пока Поттер и Лонгботтом препирались с Колби и Монро по этому поводу, Мак вскакивает и вопит:
— Я вызываю тебя, Роуз Уизли, в обед в день святого Валентина поцеловать в губы слизеринца, которого ты ненавидишь больше всего!
Все так и сели.
— Че… Че… — начинает Поттер. — Че…
— Го? — заканчивает за него Монро.
— Я вызываю Роуз Уизли в обед в день святого Валентина поцеловать в губы слизеринца, которого она ненавидит больше всего! — гордо говорит Мак и садится.
В тот вечер я возвращаюсь в свою гостиную с синяком на мягком месте: я так хохотала, что села мимо стула.
До дня святого Валентина оставалось три дня, и эти три дня я провела, перебирая аргументы pro и contra того, чтобы рассказать Малфою о предстоящем.
Аргументы «за»:
А) Малфой просто умрет, если Уизли его поцелует.
Б) Малфой отберет у меня сто галеонов (после того, как умрет, после того, как Уизли его поцелует).
В) У приятной мне половины школы (меньшей половины) случится сердечный приступ, если Уизли поцелует Малфоя.
Аргументы «против»:
А) Как представлю физиономию Малфоя (не забыть фотоаппарат).
Б) Как представлю физиономии учителей (сказать Мак не забыть фотоаппарат).
В) Как представлю, с какой физиономией будет идти к нам Уизли (проверить, работает ли фотоаппарат).
Г) У неприятной мне половины школы (большей половины) случится сердечный приступ.
Д) Когда чешется спина — это неприятно.
Так что было решено оставить Малфоя на растерзание волкам. Он меня поймет, в моем случае он поступил бы так же.
Так что обед в день святого Валентина я ждала с огромным нетерпением.
День этот был таким же омерзительным, каким он обычно и бывал — повсюду выли поющие валентинки, хихикали дуры-третьекурсницы, краснели болваны-третьекурсники, лизались влюбленные парочки.
По счастью, в нашей части стола такая была только одна, но зато нас всех от них тошнило за пятерых.
— Глядя на это, я понимаю сущность целибата, — говорит Малфой, когда видит, как Монтегю и Гастингс кормят друг друга с ложечки. — Не принимаю, конечно, но понимаю.
— Я тоже начинаю жалеть о том, что когда-то случилась сексуальная революция, — признается Куин, когда видит, как Гастингс вытирает Монтагю губы салфеткой, а потом целует в нос. — И оцените, что это сказала Забини.
— Это просто тошнотворно, — говорю я, когда Монтагю ест с тарелки Гастингса. — И заметьте, что мне настолько противно, что я даже не нахожу таких сочных метафор, как у вас. А ведь это я.
Мы настолько отвлеклись завораживающим в своей кошмарности зрелищем, что я почти упускаю тот момент, когда пунцовая от смущения Уизли встает из-за своего стола и идет к нам. Очень решительно идет. Настолько решительно, что Малфой оглядывается на меня, о чем-то догадывается, делает движение встать из-за стола и сбежать, делает движение залезть под стол, но в итоге замирает и смотрит на Уизли, как кролик на удава.
Уизли приближается твердым строевым шагом и останавливается против нас. Она настолько красная, что от нее можно прикуривать. Стоит тут, мнется пару секунд, а потом…
Страница 24 из 34
