Проект «Скорпороза»

И с тем, что Роуз со Скорпиусом не сработались.

— Сказал, что мы, дескать, как лучшие ученики, должны составить отличную команду. Команда, ну конечно, да Малфой не поймет, что такое команда, если даже это слово вырезать ему на лбу! Заявил, что я не умею резать коренья, Мерлин, что за бред.

— Им надо получить взыскание, — прошептала мне на ухо Лили.

— То есть как? — не поняла я.

— Общее взыскание. Парную отработку. Совместный труд. Ну же, Дженни, шевели мозгами — взыскание! — закатила глаза Лили.

Я поджала губы. Я засомневалась, что совместная чистка коридоров настроит Роуз и Скорпиуса на романтический лад — вот они, потные, грязные, вымотавшиеся, выбившиеся из сил, заканчивают работу, поворачиваются, смотрят друг на друга, у Малфоя мокрая от пота рубашка, прилипшая к телу, нет, он вообще снял рубашку, у Роуз расстегнуто несколько верхних пуговок, по ее шее к груди сползает капелька пота, которую Малфой провожает глазами, и…

— Кхм, — откашлялась я. Кажется, у меня наконец-то заработали гормоны, вот только в каком-то странном направлении… — Ты права, Лили. Им нужно взыскание. Но как?

— Ты правильно нашла, кого спросить, — нехорошо улыбнулась Лили. — Любимую племянницу Джорджа Уизли. И эта племянница сейчас же напишет дяде с просьбой прислать «Универсальный набор хогвартского диверсанта и прогульщика», эксклюзив, только для любимых племянников.

Вечерний разговор

Когда я вечером вхожу в гостиную Слизерина, там как всегда сумрачно, прохладно и, на этот раз, пустынно. И это (вкупе с зеленой отделкой) — единственное отличие нашей гостиной от гостиных других факультетов (я видела фотографии). Неслизеринцы почему-то думают о нашей гостиной как или о Магазинчике Ужасов Доктора Кровавого: цепи, дыба, Железная Дева посередине; либо как о борделе Мадам Марины: сплошной, дескать, гламур, разврат и декаданс. Если бы они гостиную нашу увидели, то страшно бы разочаровались.

Поэтому мы им фотографий не показываем.

Скорпиус сидит за столом в конце комнаты, читает что-то и грызет сахарное перо. Я подхожу, сажусь напротив него, лениво потягиваюсь и говорю:

— Лео.

Он поднимает голову и вопросительно смотрит на меня:

— Прошу прощения?

— Лео, — поясняю я. — Имя для твоего будущего сына. Одновременно и созвездие, и в то же время не звучит так… — я затыкаюсь, пытаясь подобрать правильное слово.

Он выпрямляется и сужает глаза, жестом предлагая мне осмелиться продолжить и ляпнуть, что я хотела.

— Старомодно, — нахожусь я. — Вроде и созвездие, и в то же время не звучит старомодно. Нормальное такое христианское имя, Лео.

Он морщит нос:

— Ты думаешь, я бы назвал своего сына так по-гриффиндорски? Львом? Пфф, — фыркает он и снова склоняется к книге.

— Ну, раз уж матерью твоего сына будет Уизли, то почему бы и нет?

Скорпиус стонет и швыряет в меня огрызком сахарного пера.

— Черт! — говорю я, отмахиваясь от липкой гадости. — Я надеялась, ты швырнешь в меня коробкой.

— Купи свою, — отвечает он, доставая себе новое перо. — Можешь ведь себе позволить. Между прочим, на мои. Кстати о которых. Финниган, объясни-ка мне, как я попал в пару к Уизли на зельях?

— Я не знала об этом плане, клянусь Салазаром, — с жаром говорю я, положив одну руку на стол, а другую подняв в воздух. — Кстати о зельях, обязательно было устраивать такой скандал? Я все больше начинаю подозревать, что идеи Макдермот имеют под собой основание.

— Весьма болотистое основание, — рявкнул Малфой, швырнув в меня вторым пером. Целое еще, между прочим. — Что мне вот теперь делать, Финниган?

— Терпеть, — отвечаю я, начиная грызть перо. — Как завещали нам Будда, Христос, Мерлин и прочие уважаемые люди. Смириться, молиться, поститься. Нет, серьезно, Малфой, неужели то, как нарезать коренья — это такое уж большое дело, что из-за этого надо устраивать скандал с битьем посуды?

Скорпиус устало откидывается на спинку стула и отчаянно трет лицо.

— Корни требускулы не нужно резать. Если надавить на них ручкой ножа, они расползаются по волокнам, тогда ткани не будут повреждены и не вытечет лишний сок. Секрет идеального Укрепляющего Зелья, — внезапно спокойно говорит он.

— И почему ты ей это не сказал, вместо того чтобы орать: «Я лучше знаю, безмозглая дура»? — удивилась я, хотя, чему я удивляюсь?

— Потому что я знаю лучше, чем эта безмозглая дура, — резонно заявляет он.

— Логично, — киваю я. — Конечно, логично в параллельной искривленной реальности, но, тем не менее, логично.

Малфой смеется, захлопывает книгу и долго молча меня разглядывает. Я же протягиваю руку и тяну к себе учебник:

— Высшие зелья, хм. Скорпиус, ты в следующий раз все-таки постарайся объяснить Уизли, что ты имеешь в виду. Помни, что Слизнорт обещал вам взыскание.