Фандом: Гарри Поттер. Весна в этом году выдалась дождливая. Горизонт был затянут тучами, с моря нещадно дуло, и никакие чары не спасали от пытавшегося проникнуть сквозь каждую щель ветра.
Добавить в моё избранное
15 мин, 58 сек 294
Он выйдет на свободу, но какой ценой? Нищим сквибом-эмигрантом? Стоит ли оно того? У него не пожизненный срок — ни одного убийства на него так и не смогли повесить, — да и дементоров теперь сменили люди-охранники, с которыми можно поболтать, спросить о новостях с воли, выпросить дополнительную порцию на обед… Одним словом, Азкабан не так уж плох. Он отсидел уже половину срока и не умер, вполне возможно, что за хорошее поведение его выпустят и без амнистии раньше положенного.
Но, с другой стороны, он уже сейчас чувствует себя, как старик, страшно представить, что будет через десять лет. Да и конфисковать то, о чём никто не знает, Министерство не могло…
Отбросив сомнения, Амикус решительно потянулся к перу.
— Отлично, — мгновенно среагировал аврор, забирая пергамент. — Теперь обет, и можно отправлять вас в Гринготтс.
Повторяя слова Непреложного обета, Амикус искал лазейку, но тщетно: текст составлял умный и предусмотрительный человек. Тяжко вздохнув, Амикус Кэрроу смирился, что придётся следовать навязанным правилам.
— Флёр, все гоблины заняты, придётся и тебе поработать с клиентами, — заглянув в её кабинет, сообщил работник операционного зала и тут же исчез — раньше, чем она смогла ответить.
Сложив бумаги, с которыми она работала, в аккуратную стопочку, Флёр дисциплинированно отправилась «работать с клиентами».
— Следующий — твой, — буркнул Кригораз, выискивая нужный документ в той самой папке, что забрал у неё с утра.
— Ладно, — немного растерянно согласилась Флёр, уже видя, что к ней направляется невысокий брюнет, которого сопровождает аврор.
— Кэрроу.
— Что?
— Этот — Кэрроу, — неприязненно посмотрев на спутника, представил его аврор.
Фамилия показалась знакомой, но и только. Флёр быстро нашла нужный отчёт и, бросив на него один взгляд, тут же вспомнила всю нужную информацию о содержимом сейфа.
— Вот, ознакомьтесь, — протянула она скреплённые пергаменты клиенту. — Список экспроприируемого имущества на третьей странице. На шестой — перечень вещей, которые банк готов выкупить по ликвидационной стоимости…
— Ожерелье Морриган за сто семнадцать галлеонов?! — изумлённо воскликнул Амикус, случайно выхватив строчку взглядом.
— Сэр, цена учитывает только стоимость материала, а не художественную или историческую ценность. В любом случае, это не предмет для спора, — строго произнесла Флёр. — На последней странице вы найдёте…
— А можно я сам посмотрю? — как-то обречённо спросил Кэрроу и так взглянул на Флёр, что та против воли прониклась сочувствием.
— Разумеется, сэр.
— Спасибо.
Пока Кэрроу читал, то и дело тяжко вздыхая, Флёр рассматривала его. Лет пятидесяти, волосы чуть тронуты сединой, одет в дешёвую мантию — в нём не было ничего отталкивающего или зловещего. Просто немолодой мужчина, имущество которого Министерство приказало конфисковать.
Испугавшись своих мыслей — ещё не хватало сочувствовать Пожирателю смерти! — Флёр решительно поднялась из-за стола.
— Следуйте за мной к сейфу.
Кэрроу покорно поднялся, продолжая чтение на ходу.
— Скажите, мисс…
— Миссис Уизли, — подсказала Флёр.
Амикус споткнулся.
— Уизли?! — Та мгновенно ощерилась, и Амикус поспешил извиниться: — Простите, я ничего такого не имел в виду! Просто вы не рыжая… — поняв, как глупо то, что он говорит, он замолчал, так и не закончив фразу.
Посверлив спутника взглядом, Флёр не увидела ничего, кроме сожаления, и смягчилась.
— Мой муж — Уильям Уизли.
— Не имел чести быть представленным.
Они подошли к тележкам, и разговор пришлось прервать.
По дороге Флёр снова исподтишка разглядывала Кэрроу. В её голове не умещалась мысль, что этот довольно приятный человек может быть Пожирателем смерти. Она сталкивалась с ними лишь пару раз, но зато слышала столько, что невольно прониклась ненавистью. Да и как иначе? Эти люди много лет терроризировали всю страну; пожалуй, в Британии не нашлось бы семейства, так или иначе не пострадавшего от последователей Того-Кого-Нельзя-Называть.
Но ведь это было давно. Кэрроу никого не убивал, иначе его бы не выпустили из Азкабана, а остальные преступления он оплатил годами тюрьмы…
Флёр знала, что не все с ней согласятся, но считала, что люди могут меняться. Конечно же, есть убеждённые преступники, которых исправит только могила, но это скорее исключения. Она верила, что пенитенциарная система — это не только наказание, но и способ исправления. И что, выплатив долг обществу, люди не должны становиться изгоями — ведь это может толкнуть их обратно на кривую дорожку.
Амикус вошёл в сейф, поминутно оглядываясь на сопровождающих, словно боясь, что его одёрнут. Внутри не было гор золота, все ценности аккуратно размещались в нескольких сундуках.
Но, с другой стороны, он уже сейчас чувствует себя, как старик, страшно представить, что будет через десять лет. Да и конфисковать то, о чём никто не знает, Министерство не могло…
Отбросив сомнения, Амикус решительно потянулся к перу.
— Отлично, — мгновенно среагировал аврор, забирая пергамент. — Теперь обет, и можно отправлять вас в Гринготтс.
Повторяя слова Непреложного обета, Амикус искал лазейку, но тщетно: текст составлял умный и предусмотрительный человек. Тяжко вздохнув, Амикус Кэрроу смирился, что придётся следовать навязанным правилам.
— Флёр, все гоблины заняты, придётся и тебе поработать с клиентами, — заглянув в её кабинет, сообщил работник операционного зала и тут же исчез — раньше, чем она смогла ответить.
Сложив бумаги, с которыми она работала, в аккуратную стопочку, Флёр дисциплинированно отправилась «работать с клиентами».
— Следующий — твой, — буркнул Кригораз, выискивая нужный документ в той самой папке, что забрал у неё с утра.
— Ладно, — немного растерянно согласилась Флёр, уже видя, что к ней направляется невысокий брюнет, которого сопровождает аврор.
— Кэрроу.
— Что?
— Этот — Кэрроу, — неприязненно посмотрев на спутника, представил его аврор.
Фамилия показалась знакомой, но и только. Флёр быстро нашла нужный отчёт и, бросив на него один взгляд, тут же вспомнила всю нужную информацию о содержимом сейфа.
— Вот, ознакомьтесь, — протянула она скреплённые пергаменты клиенту. — Список экспроприируемого имущества на третьей странице. На шестой — перечень вещей, которые банк готов выкупить по ликвидационной стоимости…
— Ожерелье Морриган за сто семнадцать галлеонов?! — изумлённо воскликнул Амикус, случайно выхватив строчку взглядом.
— Сэр, цена учитывает только стоимость материала, а не художественную или историческую ценность. В любом случае, это не предмет для спора, — строго произнесла Флёр. — На последней странице вы найдёте…
— А можно я сам посмотрю? — как-то обречённо спросил Кэрроу и так взглянул на Флёр, что та против воли прониклась сочувствием.
— Разумеется, сэр.
— Спасибо.
Пока Кэрроу читал, то и дело тяжко вздыхая, Флёр рассматривала его. Лет пятидесяти, волосы чуть тронуты сединой, одет в дешёвую мантию — в нём не было ничего отталкивающего или зловещего. Просто немолодой мужчина, имущество которого Министерство приказало конфисковать.
Испугавшись своих мыслей — ещё не хватало сочувствовать Пожирателю смерти! — Флёр решительно поднялась из-за стола.
— Следуйте за мной к сейфу.
Кэрроу покорно поднялся, продолжая чтение на ходу.
— Скажите, мисс…
— Миссис Уизли, — подсказала Флёр.
Амикус споткнулся.
— Уизли?! — Та мгновенно ощерилась, и Амикус поспешил извиниться: — Простите, я ничего такого не имел в виду! Просто вы не рыжая… — поняв, как глупо то, что он говорит, он замолчал, так и не закончив фразу.
Посверлив спутника взглядом, Флёр не увидела ничего, кроме сожаления, и смягчилась.
— Мой муж — Уильям Уизли.
— Не имел чести быть представленным.
Они подошли к тележкам, и разговор пришлось прервать.
По дороге Флёр снова исподтишка разглядывала Кэрроу. В её голове не умещалась мысль, что этот довольно приятный человек может быть Пожирателем смерти. Она сталкивалась с ними лишь пару раз, но зато слышала столько, что невольно прониклась ненавистью. Да и как иначе? Эти люди много лет терроризировали всю страну; пожалуй, в Британии не нашлось бы семейства, так или иначе не пострадавшего от последователей Того-Кого-Нельзя-Называть.
Но ведь это было давно. Кэрроу никого не убивал, иначе его бы не выпустили из Азкабана, а остальные преступления он оплатил годами тюрьмы…
Флёр знала, что не все с ней согласятся, но считала, что люди могут меняться. Конечно же, есть убеждённые преступники, которых исправит только могила, но это скорее исключения. Она верила, что пенитенциарная система — это не только наказание, но и способ исправления. И что, выплатив долг обществу, люди не должны становиться изгоями — ведь это может толкнуть их обратно на кривую дорожку.
Амикус вошёл в сейф, поминутно оглядываясь на сопровождающих, словно боясь, что его одёрнут. Внутри не было гор золота, все ценности аккуратно размещались в нескольких сундуках.
Страница 3 из 5
