Фандом: Гарри Поттер. Прочитав этот фанфик, вы узнаете, что Люциус Малфой не так холоден и высокомерен, как кажется, что Гарри Поттер не так уж счастлив в жизни, спланированной Дамблдором, что Северус Снейп на самом деле не любит одиночество, что не стоит забывать — дементоры не всегда охраняли Азкабан.
Добавить в моё избранное
350 мин, 48 сек 5204
Он и в первый раз обратил внимание, как она поправила себя, но списал на то, что ей еще тяжело говорить и просто не хватило сил произнести слово до конца. Но сейчас прозвучало очень четко «беременный». С целителем, похоже, стоило повременить. С Джинни что-то произошло, и может оказаться, что это не потеря памяти.
Поттер сел в кресло возле кровати, в котором он за этот месяц провел много часов, надеясь, что его жена скоро придет в сознание. Теперь он подождет, чтобы разобраться, что же произошло. Гарри нервничал, даже руки слегка подрагивали. Ему стоило выпить успокаивающее зелье, но вставать, чтобы сходить за ним, не хотелось, а звать домовуху он пока не стал — мало ли что она почувствует рядом с очнувшейся Джинни. Магия у домашних эльфов проявляется не так, как у волшебников. С любыми посещениями пока стоило повременить.
Когда Люциус Малфой в очередной раз вынырнул из забытья, его слегка потряхивало, и мысли никак не хотели выстраиваться в подобие порядка. Играть в потерю памяти ему уже не хотелось. Он решил, что нужно просто рассказать все Поттеру и искать ответы на вопросы — как все это могло произойти с ним, почему с ним и как из всего этого выбраться?
— Поттер?
— Да, я — Поттер. А ты кто? — Гарри встав с кресла, подошел поближе и впился взглядом в лицо своей жены.
— Догадался? Это хорошо. Будет легче разговаривать. Я — Люциус Абраксас Малфой.
Гарри не мог не узнать надменный тон и замораживающие интонации, хорошо известные ему в прошлом. Он расширившимися от ужаса глазами уставился на свою жену и увидел в ней того человека, имя которого не слышал несколько лет, но оно только что отчетливо прозвучало в его доме. Поттеру показалось, что его внутренности сделали кульбит, и никакие тренировки по усовершенствованию самодисциплины не помогли ему сдержаться.
— Этого не может быть! — Гарри вцепился в край кровати, чтобы удержать равновесие. Но так долго приучаемый к дисциплине разум, сделав анализ всего, что произошло после пробуждения Джинни, был склонен поверить в то, чего не принимало сердце. Жизнь в волшебном мире приносит иногда весьма своеобразные сюрпризы.
В глазах Гарри Поттера потемнело, и он, не сдержав обиды, что рвалась изнутри его обманутой ожиданиями спокойной жизни сущности, банально свалился в обморок.
Люциус с трудом повернулся на кровати и посмотрел на упавшего Поттера, который был теперь как бы его мужем. «Приятно сознавать, что не один я теряю сознание от неожиданных новостей, — ехидство так и сочилось в его мыслях. — Надеюсь, мозги он себе не вышиб — осложнения в общении нам не нужны. Ситуация и так бредовая, а решать как из нее вывернуться нужно срочно. Я — беременная баба, скажи кому — описается от смеха. А мне выть хочется, как Фенрир на луну. Мрак!» Он откинулся на подушку и принялся обдумывать, кого можно было бы позвать для помощи в решении загадки. Трудность выбора состояла в том, что у Люциуса не имелось информации об окружающем современном мире. Стоило сначала прояснить ряд вопросов, таких как: какой сейчас год, кто у власти, кто из бывших знакомых Люциуса выжил и не находится в Азкабане, каково положение Поттера в этом мире и, конечно же, интересовали сведения о его собственной семье. Требовалось дождаться, пока Поттер придет в сознание, но это для Люциуса не составит сложности. В последнее время он много ждал, так что привык. Он ждал в Азкабане приговора, он ждал в серых пустошах хоть чего-то, что нарушило бы размеренность существования, он ждал перемен, вглядываясь в мир за прозрачным щитом, найденным на окраине серого города. Он подождет и сейчас.
Поднимаюсь медленно, чтобы не спровоцировать повторение полета на пол, сажусь в кресло и, подняв взгляд, ловлю внимательное рассматривание меня любимого собственной женой. Ну да, как бы женой…
— Интересно? — не сдерживаю злости и цежу слово сквозь зубы. Я понимаю, что тот, кто на меня сейчас смотрит, вряд ли виноват в создавшейся ситуации, но поделать с собой ничего не могу.
— Да, очень интересно, как победитель великого темного мага падает в обморок. Не каждый день нам дарит такое развлечение, — слова льются почти успокаивающе безразлично, в них нет ни издевательства, ни сарказма, и это слегка удивляет.
— Рассказывай, как ты здесь оказался. Насколько я помню, Люциус Малфой получил поцелуй дементора за свои преступления. Так что постарайся хоть чем-нибудь подтвердить, что ты — это он. Если у тебя не получится, то я вызову экзорцистов.
Поттер сел в кресло возле кровати, в котором он за этот месяц провел много часов, надеясь, что его жена скоро придет в сознание. Теперь он подождет, чтобы разобраться, что же произошло. Гарри нервничал, даже руки слегка подрагивали. Ему стоило выпить успокаивающее зелье, но вставать, чтобы сходить за ним, не хотелось, а звать домовуху он пока не стал — мало ли что она почувствует рядом с очнувшейся Джинни. Магия у домашних эльфов проявляется не так, как у волшебников. С любыми посещениями пока стоило повременить.
Когда Люциус Малфой в очередной раз вынырнул из забытья, его слегка потряхивало, и мысли никак не хотели выстраиваться в подобие порядка. Играть в потерю памяти ему уже не хотелось. Он решил, что нужно просто рассказать все Поттеру и искать ответы на вопросы — как все это могло произойти с ним, почему с ним и как из всего этого выбраться?
— Поттер?
— Да, я — Поттер. А ты кто? — Гарри встав с кресла, подошел поближе и впился взглядом в лицо своей жены.
— Догадался? Это хорошо. Будет легче разговаривать. Я — Люциус Абраксас Малфой.
Гарри не мог не узнать надменный тон и замораживающие интонации, хорошо известные ему в прошлом. Он расширившимися от ужаса глазами уставился на свою жену и увидел в ней того человека, имя которого не слышал несколько лет, но оно только что отчетливо прозвучало в его доме. Поттеру показалось, что его внутренности сделали кульбит, и никакие тренировки по усовершенствованию самодисциплины не помогли ему сдержаться.
— Этого не может быть! — Гарри вцепился в край кровати, чтобы удержать равновесие. Но так долго приучаемый к дисциплине разум, сделав анализ всего, что произошло после пробуждения Джинни, был склонен поверить в то, чего не принимало сердце. Жизнь в волшебном мире приносит иногда весьма своеобразные сюрпризы.
В глазах Гарри Поттера потемнело, и он, не сдержав обиды, что рвалась изнутри его обманутой ожиданиями спокойной жизни сущности, банально свалился в обморок.
Люциус с трудом повернулся на кровати и посмотрел на упавшего Поттера, который был теперь как бы его мужем. «Приятно сознавать, что не один я теряю сознание от неожиданных новостей, — ехидство так и сочилось в его мыслях. — Надеюсь, мозги он себе не вышиб — осложнения в общении нам не нужны. Ситуация и так бредовая, а решать как из нее вывернуться нужно срочно. Я — беременная баба, скажи кому — описается от смеха. А мне выть хочется, как Фенрир на луну. Мрак!» Он откинулся на подушку и принялся обдумывать, кого можно было бы позвать для помощи в решении загадки. Трудность выбора состояла в том, что у Люциуса не имелось информации об окружающем современном мире. Стоило сначала прояснить ряд вопросов, таких как: какой сейчас год, кто у власти, кто из бывших знакомых Люциуса выжил и не находится в Азкабане, каково положение Поттера в этом мире и, конечно же, интересовали сведения о его собственной семье. Требовалось дождаться, пока Поттер придет в сознание, но это для Люциуса не составит сложности. В последнее время он много ждал, так что привык. Он ждал в Азкабане приговора, он ждал в серых пустошах хоть чего-то, что нарушило бы размеренность существования, он ждал перемен, вглядываясь в мир за прозрачным щитом, найденным на окраине серого города. Он подождет и сейчас.
Глава 10. Трудность первых решений. Блэк-хаус. Гарри Поттер
Мерлин, я, кажется, лежу на полу. Ну да, я же запретил домовикам заходить в комнату Джинни без моего разрешения, пока я нахожусь здесь. Вот и докомандовался — лорд Поттер валяется, как пьянчуга в подворотне, а домовики, не чувствуя опасности для жизни хозяина, нарушать его распоряжений не станут. Ладно, отдохнули, подъем и вперед по жизни с улыбкой, даже если от этой улыбки сводит челюсти.Поднимаюсь медленно, чтобы не спровоцировать повторение полета на пол, сажусь в кресло и, подняв взгляд, ловлю внимательное рассматривание меня любимого собственной женой. Ну да, как бы женой…
— Интересно? — не сдерживаю злости и цежу слово сквозь зубы. Я понимаю, что тот, кто на меня сейчас смотрит, вряд ли виноват в создавшейся ситуации, но поделать с собой ничего не могу.
— Да, очень интересно, как победитель великого темного мага падает в обморок. Не каждый день нам дарит такое развлечение, — слова льются почти успокаивающе безразлично, в них нет ни издевательства, ни сарказма, и это слегка удивляет.
— Рассказывай, как ты здесь оказался. Насколько я помню, Люциус Малфой получил поцелуй дементора за свои преступления. Так что постарайся хоть чем-нибудь подтвердить, что ты — это он. Если у тебя не получится, то я вызову экзорцистов.
Страница 28 из 96
