Фандом: Гарри Поттер. Гермионе Грейнджер пришлось назваться женой Северуса Снейпа. Страшнее ничего не может быть? Еще как может, ибо это означает, что она уже попала в группу риска и всё только начинается.
Добавить в моё избранное
187 мин, 3 сек 19957
— Выпить зелье, чтобы вытеснить личность, разбить часы, перемешав камни четырех стихий воедино, оросить кровью, чтобы соединить, и сущность впитает части души… Часы! Вы разобьете часы, камни смешаются…
— Сущность, деточка, сущность, — бормотала старуха, приближаясь к ней. — Ты ведь тоже знаешь, что это и куда эта сучка ее запрятала, да? Ты ведь умненькая человечка? Я взяла под контроль весь замок, но я не чувствую ее! Скажи, и твой щенок останется жив! Даю тебе слово, что он переживет тебя! Слово Нимуэ, Владычицы Озера!
— Не смейте, Грейнджер! — яростно закричал Снейп. — Не смейте!
— Подумай, деточка, — Нимуэ гладила ее по волосам, — ты ж все равно сдохнешь. А сынок твой живой будет. Ведь негоже матери дитя свое пережить. Тяжко это, верь мне.
Она все говорила, говорила, а Гермиона невидящим взглядом уставилась в стену.
— Я… — она сглотнула. — Я скажу.
— Это будет быстро, — тихо сказала Нимуэ. — Как заснешь. Слово такое знаю — секретное.
— Это…
— Нет, Гермиона, нет! — надрывался, Снейп, безуспешно пытаясь выпутаться из заклятья.
— Я смогу? — Гермиона со слезами на глазах посмотрела на Нимуэ. — Я смогу проститься? С сыном? И с Северусом?
— Сможешь, деточка, супружнику-то твоему тоже недолго осталось.
— Конечно, — горько улыбнулась Гермиона, и по щеке ее тихо скатились две слезинки, — ведь возрожденному Мерлину нужно будет тело, в которое можно вселиться.
— Говори уже! — взвыл Эйвери. — Говори, грязнокровка!
— Это Распределяющая шляпа, — опустила голову Гермиона.
Она не осмеливалась посмотреть на Снейпа. Если бы взглядом можно было убивать, то ее хладный труп уже украсил бы собой главный холл Хогвартса. Снейп скрежетал зубами, Гермиона тихо плакала, а Нимуэ тепло улыбалась своим мыслям.
Распределяющую шляпу принесли достаточно быстро. Судя по ворчанию, она находилась в пресквернейшем расположении духа.
— В стародавнее время создали меня
Вчетвером превосходные маги.
И старательно все их заветы храня,
Я лежу, словно стопка бумаги.
Вы, скажите, зачем мой тревожите сон
В неурочное, дикое время?!
Неужели для вас тот не писан закон,
У меня же столь тяжкое бремя!
Я не Шляпа обычная, чтобы вам знать,
А оплот этой школы! Не шутки!
И не смейте руками меня вы хватать!
Не стерплю больше я не минутки! …
— Какой знакомый стиль, Грейнджер, — зло проговорил Снейп.
— Я тоже так сразу и подумала, — совсем поникла Гермиона.
— Ну надо же! — Эйвери с удивлением вертел в руках шляпу. — И ведь никто не догадался, хотя стоило бы!
— Время! — прокаркала Нимуэ.
Она почти нежно взяла в руки шляпу и направилась к Снейпу.
— Подождите! — вскричала Гермиона.
Нимуэ остановилась.
— Вы обещали! Вы обещали, что я смогу с ним проститься!
Старуха махнула рукой и сила, державшая Гермиону, исчезла. Она вдохнула полной грудью и на негнущихся ногах побрела к неподвижно стоявшему Снейпу.
Глаза Гермионы заполнились слезами, и на грудь к профессору она бросилась уже рыдая.
— Северус! — она обнимала его, прижимаясь всем телом. Руки ее шарили по его лицу и груди. — Милый!
— Вы понимаете, что «И пинтой крови молодой ты тело ороси» — это детской кровью, а из детей здесь только Джеймс? — зло прошипел он ей в волосы. — Они убьют его. Он проживет ненамного дольше вас, бестолочь.
— Прости меня! Прости, Северус! — вцепилась Гермиона в его сюртук, сотрясаясь в рыданиях. — Я не думала, что все так обернется! Зато наш мальчик будет жить! — вскричала она и добавила шепотом: — Откройся, карман Северуса Снейпа.
— Что вы несете? Куда вы лезете? — шипел Снейп, пока убивавшаяся Гермиона лихорадочно пыталась нащупать хоть что-то в его кармане. — Просто подумайте о том, что хотите найти…
— О, Северус! Мне так жаль! Я буду любить тебя вечно!
— Заканчивайте там, — в резком голосе Эйвери послышалось недовольство.
— Пусть их, — проскрипела Нимуэ, прижимая к груди полузадушенную Распределяющую шляпу. — Не видишь — любовь у них.
Гермиона еще раз всхлипнула и оторвалась от груди Снейпа.
— Просто вспомните, как вы меня ненавидите, — спокойно сказал Снейп, глядя на нее сверху вниз. — Вспомните то чувство, тот гнев, ярость и боль. Пусть они просто пройдут через вас.
Гермиона отвернулась от него и медленно подняла голову. Взгляд ее встретился с глазами Нимуэ, расширившимися от удивления. Они вскинули руки одновременно и Гермиона четко сказала:
— Авада Кедавра!
Зеленый луч сорвался с кончика ее волшебной палочки и коснулся старухи. Едва ее тело с хрустом, словно мешок с костями, упало на пол, как все вокруг загудело от обрушившихся заклинаний.
— Сущность, деточка, сущность, — бормотала старуха, приближаясь к ней. — Ты ведь тоже знаешь, что это и куда эта сучка ее запрятала, да? Ты ведь умненькая человечка? Я взяла под контроль весь замок, но я не чувствую ее! Скажи, и твой щенок останется жив! Даю тебе слово, что он переживет тебя! Слово Нимуэ, Владычицы Озера!
— Не смейте, Грейнджер! — яростно закричал Снейп. — Не смейте!
— Подумай, деточка, — Нимуэ гладила ее по волосам, — ты ж все равно сдохнешь. А сынок твой живой будет. Ведь негоже матери дитя свое пережить. Тяжко это, верь мне.
Она все говорила, говорила, а Гермиона невидящим взглядом уставилась в стену.
— Я… — она сглотнула. — Я скажу.
— Это будет быстро, — тихо сказала Нимуэ. — Как заснешь. Слово такое знаю — секретное.
— Это…
— Нет, Гермиона, нет! — надрывался, Снейп, безуспешно пытаясь выпутаться из заклятья.
— Я смогу? — Гермиона со слезами на глазах посмотрела на Нимуэ. — Я смогу проститься? С сыном? И с Северусом?
— Сможешь, деточка, супружнику-то твоему тоже недолго осталось.
— Конечно, — горько улыбнулась Гермиона, и по щеке ее тихо скатились две слезинки, — ведь возрожденному Мерлину нужно будет тело, в которое можно вселиться.
— Говори уже! — взвыл Эйвери. — Говори, грязнокровка!
— Это Распределяющая шляпа, — опустила голову Гермиона.
Она не осмеливалась посмотреть на Снейпа. Если бы взглядом можно было убивать, то ее хладный труп уже украсил бы собой главный холл Хогвартса. Снейп скрежетал зубами, Гермиона тихо плакала, а Нимуэ тепло улыбалась своим мыслям.
Распределяющую шляпу принесли достаточно быстро. Судя по ворчанию, она находилась в пресквернейшем расположении духа.
— В стародавнее время создали меня
Вчетвером превосходные маги.
И старательно все их заветы храня,
Я лежу, словно стопка бумаги.
Вы, скажите, зачем мой тревожите сон
В неурочное, дикое время?!
Неужели для вас тот не писан закон,
У меня же столь тяжкое бремя!
Я не Шляпа обычная, чтобы вам знать,
А оплот этой школы! Не шутки!
И не смейте руками меня вы хватать!
Не стерплю больше я не минутки! …
— Какой знакомый стиль, Грейнджер, — зло проговорил Снейп.
— Я тоже так сразу и подумала, — совсем поникла Гермиона.
— Ну надо же! — Эйвери с удивлением вертел в руках шляпу. — И ведь никто не догадался, хотя стоило бы!
— Время! — прокаркала Нимуэ.
Она почти нежно взяла в руки шляпу и направилась к Снейпу.
— Подождите! — вскричала Гермиона.
Нимуэ остановилась.
— Вы обещали! Вы обещали, что я смогу с ним проститься!
Старуха махнула рукой и сила, державшая Гермиону, исчезла. Она вдохнула полной грудью и на негнущихся ногах побрела к неподвижно стоявшему Снейпу.
Глаза Гермионы заполнились слезами, и на грудь к профессору она бросилась уже рыдая.
— Северус! — она обнимала его, прижимаясь всем телом. Руки ее шарили по его лицу и груди. — Милый!
— Вы понимаете, что «И пинтой крови молодой ты тело ороси» — это детской кровью, а из детей здесь только Джеймс? — зло прошипел он ей в волосы. — Они убьют его. Он проживет ненамного дольше вас, бестолочь.
— Прости меня! Прости, Северус! — вцепилась Гермиона в его сюртук, сотрясаясь в рыданиях. — Я не думала, что все так обернется! Зато наш мальчик будет жить! — вскричала она и добавила шепотом: — Откройся, карман Северуса Снейпа.
— Что вы несете? Куда вы лезете? — шипел Снейп, пока убивавшаяся Гермиона лихорадочно пыталась нащупать хоть что-то в его кармане. — Просто подумайте о том, что хотите найти…
— О, Северус! Мне так жаль! Я буду любить тебя вечно!
— Заканчивайте там, — в резком голосе Эйвери послышалось недовольство.
— Пусть их, — проскрипела Нимуэ, прижимая к груди полузадушенную Распределяющую шляпу. — Не видишь — любовь у них.
Гермиона еще раз всхлипнула и оторвалась от груди Снейпа.
— Просто вспомните, как вы меня ненавидите, — спокойно сказал Снейп, глядя на нее сверху вниз. — Вспомните то чувство, тот гнев, ярость и боль. Пусть они просто пройдут через вас.
Гермиона отвернулась от него и медленно подняла голову. Взгляд ее встретился с глазами Нимуэ, расширившимися от удивления. Они вскинули руки одновременно и Гермиона четко сказала:
— Авада Кедавра!
Зеленый луч сорвался с кончика ее волшебной палочки и коснулся старухи. Едва ее тело с хрустом, словно мешок с костями, упало на пол, как все вокруг загудело от обрушившихся заклинаний.
Страница 49 из 55
