Тёмная сторона луны

С моей стороны, пожалуй, было бы самонадеянно считать, что, выбирая между нами, вы остановитесь на мне.

— Это всё равно не помогло бы, — Гарри тоже улыбнулся. — Я ведь прошлое не изменю — мы уже дружны, и это не отменишь. И потом, он знает, как его искали — и, боюсь, что это тоже не слишком его радует.

— Ну зачем вы рассказали? — удивлённо упрекнул его Малфой. — Это же невыносимо — знать, что ты обязан жизнью тем, кого всю жизнь ненавидел и с кем вот только сейчас бился. Хорошо, конечно, что секрет раскрыл Уолли, а не я, и уж тем более не Руди — но, я думаю, для Блэка много даже этого.

— Не хочу я ему лгать, — тихо сказал Гарри. — Даже если мы с ним не помиримся, Сириус не заслужил такого.

— Вы умеете любить, — мягко улыбнулся Люциус.

— Он тоже, — резковато сказал Гарри.

— Он… — Малфой задумался. — Несомненно, — чуть встряхнувшись, через несколько секунд сказал он. — Но я не могу отделаться от мысли, что он делает это так… по-детски, — он вздохнул и улыбнулся. — Он напоминает мне немного Драко лет в четырнадцать — когда всё ещё было превосходно и казалось, что так будет вечно. С ним в то время тоже сложно было договариваться — он ведь тоже Блэк, пусть и наполовину.

— Сириусу не четырнадцать, — прохладно возразил Гарри. — И мне не нравятся подобные сравнения.

— Я не провожу параллелей, — ни капли не обиделся Малфой. — Всё, что я хотел сказать — что я могу представить ваше положение. С той лишь разницей, что я прекрасно понимал, что это просто подростковые капризы и на самом деле Драко вправду любит нас.

— Дело не в любви, а в непринятии, — сказал Гарри. — Знаете, я же ведь об этом думал — о том, что будет, если всё получится, и как Сириус воспримет нынешнюю жизнь. И я понимал, что ему будет сложно. Но от этого не легче. Потому что, честно говоря, я не вижу, как из этой ситуации выходить.

Глава 5

Появление Главного Аврора в аврорате в понедельник утром вызвало весьма неоднозначную реакцию. Большинство авроров поглядывали на Арвида Долиша со смесью удивления и уважения, однако некоторые хмурились, а кое-кто и позволял себе бросать ему в спину не самые приятные комментарии. Причард же почти взбесился — впрочем, он как раз ни слова не сказал ни одному из Долишей, высказав всё лично Поттеру.

— Я так понимаю, дело у меня ты забираешь? — спросил он с порога, едва закрыв за собой дверь кабинета главного аврора и не дав себе труд даже поздороваться.

— Сядь, пожалуйста, — попросил тот. — Для начала я хочу его увидеть, это дело.

— Прошу вас, господин главный аврор, — Причард с подчёркнутой аккуратностью положил ему на стол папку. — Я могу идти работать?

— Да сядь ты! — рявкнул Гарри. — Грэм, в чём дело? Ничего я у тебя не забираю — но прочесть хочу. Позволишь?

— А могу не дать? — Причард, глядя так же возмущённо, всё же сел.

— Слушай, — Поттер положил ладони на папку. — Ты же знал, что меня вызовут. Найдут — так или иначе. И знал, что я мимо не пройду — кто бы дело ни расследовал. И то, что Кут отдал его тебе, я могу только приветствовать.

— Я тебе не барышня — обойдусь без комплиментов, — скривился Причард. — Да я просто понимаю, что сейчас начнётся: ты же носом землю будешь рыть, чтобы доказать, что Винд не виноват.

— А так может быть? — спокойно спросил Поттер.

— Да не может! — снова взвился Причард. — Его взяла Фоссет — прямо там, на месте. И не выпускала, так сказать, из рук. Обратился он в камере у нас с ней на глазах. Я к нему отправил трёх легиллиментов — разных школ. Он виновен, понимаешь? Да он и сам же помнит, как планировал всё это!

— Я хочу поговорить с ним, — сказал Поттер. — И всё это прочитать, — он легонько постучал пальцами по папке.

— То есть мне ты всё-таки не веришь, — констатировал Причард.

— Верю, — вздохнул Поттер. — Грэм, послушай. Ты прекрасный следователь — один из самых лучших, что я знаю. Более того — я понимаю, что ради младшего из Долишей ты проверил всё раз десять. Но ещё я знаю Винда — и я знаю, что так быть не может.

— Если я ещё раз это от кого-нибудь услышу — наложу Силенцио, — буркнул Причард. — Такое, что ни в каком Мунго не снимут. Навсегда. Тебя что, люди никогда не удивляли?

— Тут другое, — терпеливо сказал Поттер. — Понимаешь, это то же самое, как если бы тебя обвинили в изнасиловании школьницы. Со всеми доказательствами и свидетельствами. Ну или Фоссет, например, во взяточничестве.

Причард глубоко вздохнул и на некоторое время замолчал. Потом сказал:

— Я всё проверил. Действительно проверил. Отдельно просил легиллиментов искать любые следы ментального воздействия. На Империо его несколько раз проверяли. Нет там ничего, ты понимаешь?

— Должно быть, — твёрдо сказал Поттер. — Я поговорю с невыразимцами — пусть они посмотрят.

— Пусть, — пожал плечами Причард.