Фандом: Гарри Поттер. Жарким летним вечером оборотень нападает на загородный спа-салон, устраивая там форменную резню. Оборотень арестован, дело раскрыто — впереди суд и вечный Азкабан. Всё просто. Вроде бы.
Добавить в моё избранное
782 мин, 47 сек 19037
— Твоё дело — ты и…
— Оно твоё, — возразил Поттер. — Я не собираюсь забирать его. Читать буду — и попрошу тебя держать меня в курсе. И попрошу о помощи.
— Какой? — обречённо спросил Причард.
— Нужно время потянуть — отсрочить суд, насколько можно. Чтобы разобраться, что случилось, нужно…
— …время, — Причард поморщился, словно раскусил случайно горошину перца. — Гарри, я тебе серьёзно говорю — не в чем разбираться. Я всё сделал, что возможно.
— А давай поспорим, — предложил вдруг Поттер. — Выигравший исполняет просьбу проигравшего. Любую.
— В смысле, проигравший, — с усмешкой поправил его Причард.
— Нет, выигравший, — Поттер хитро и задорно улыбнулся. — Чтоб обидно не было. Ну, законную, конечно, и не приносящую вреда кому-нибудь разумному.
— Это бред какой-то, — проговорил Причард озадаченно. — Смысл выигрывать?
— Я не хочу ссориться с тобой, — сказал Гарри. — Потому что знаю — ты один из лучших. Просто в этом случае ты обвиняемого не знаешь — а я знаю. И я понимаю, что преступление противоречит личности. Понимаешь, если бы он, скажем, скрылся, забрав деньги фонда — я, пожалуй бы, поверил. Или если бы пришиб кого-то в драке — пусть бы и не пьяной — тоже. Или прятал бы в «Лесу» каких-нибудь бандитов. Но он никогда никого не обращал и не убивал подобным образом нарочно. А тут даже нету повода. Да и к магглам он относится нормально — лучше многих. Школьница и ты, ты понимаешь?
— Да что ты уговариваешь-то меня? — фыркнул Причард. — Ты начальник — всё равно же сделаешь, как хочешь. Я распоряжусь, чтоб его доставили в допросную.
— Не стоит, — Гарри качнул головой. — Я позже к нему в камеру зайду.
Он и вправду сделал это — вечером. Скабиор лежал на койке, уткнувшись лицом в стену, и не шевельнулся ни в ответ на лязг открываемой решётки, ни не голос Поттера. Тот подошёл ближе и, наколдовав себе стул, сел. Помолчал немного, а потом сказал:
— Да, всё против вас. Но я не верю, что всё так, как выглядит.
Скабиор молчал, и Поттер, подождав его ответа, заговорил снова:
— Я смотрел воспоминания и прочёл все протоколы. Расскажите, что вы помните. Подробно.
— Не хочу, — глухо отозвался Скабиор.
— Вы подумайте о том, что если с вами всё же что-то сделали — то же самое ведь могут сделать и с другим. Или, — Поттер сделал паузу, — с другой.
Он опять умолк — на сей раз надолго. Скабиор не шевелился и тоже не говорил ни слова, но Поттер видел, как постепенно его тело становится всё более напряжённым и слышал, как меняется его дыхание.
И ждал.
— Да не делали со мною ничего! — вдруг взорвался Скабиор, резко разворачиваясь и садясь на койке. Его бледное, заросшее щетиной лицо искажалось яростью и болью. — Я всё помню, — отчеканил он с нешуточной ненавистью. — Абсолютно всё! Как они меня бесили, эти магглы, как я всё это придумал и спланировал. Я всё это сделал сам! Вам ясно?
— Да, — спокойно кивнул Поттер. — И нет. Мы же ведь не магглы, Кристиан. То, что легиллименты ничего не обнаружили, не обязательно значит, что ничего и не было. Они могли просто не найти — если, например, не знали, что искать.
— Что, у вас вдруг разучились находить следы Империо? — горько и язвительно спросил Скабиор.
— Это ведь могло быть не Империо. И не Конфундус, — Поттер так по-прежнему и глядел куда-то в сторону, словно рассуждая сам с собой. — Заклинаний много — и не все из них известны даже нам. Завтра с вами поработают люди из Отдела Тайн — может быть, они увидят что-то. Вы не против?
— Да там нечего искать! — с упрямой тоской ответил Скабиор.
— Ну пусть нечего, — не стал спорить Поттер. — Значит, ничего и не найдут. Вы согласитесь?
— Как хотите, — Скабиор махнул рукой и устало откинулся на стену. — Зачем только.
— У вас есть враги, — ответил Поттер. — И их много. Те же гоблины — вы не думаете же, что они про вас забыли? А у них ведь своя магия — и мы о ней почти что ничего не знаем.
— Гоблины? — переспросил Скабиор, и впервые в его голосе прозвучало что-то вроде интереса.
— Гоблины, — повторил Поттер. — А ещё есть люди, что наверняка не рады что деятельности фонда, что «Лесу», что вообще тому, вы всё ещё живы и свободны.
— Но я правда помню это, — тяжело проговорил Скабиор.
— А с чего всё началось? — спросил Поттер ненавязчиво.
— Да достали ваши министерские проверками, — скривился Скабиор. — Раз пять, наверное, в «Лес» являлись — видите ли, мы внимание магглов привлекаем. Потом одного из ребят за колдовство при магглах задержали — я и психанул. И всё, — он мрачно усмехнулся и умолк, болезненно скривившись.
— Но ведь это же не повод, — мягко возразил Поттер. — Кристиан, я ведь знаю вас. Не сомневаюсь, что всё это вас бесило — и что это могло вылиться в какую-нибудь драку с магглами, к примеру.
— Оно твоё, — возразил Поттер. — Я не собираюсь забирать его. Читать буду — и попрошу тебя держать меня в курсе. И попрошу о помощи.
— Какой? — обречённо спросил Причард.
— Нужно время потянуть — отсрочить суд, насколько можно. Чтобы разобраться, что случилось, нужно…
— …время, — Причард поморщился, словно раскусил случайно горошину перца. — Гарри, я тебе серьёзно говорю — не в чем разбираться. Я всё сделал, что возможно.
— А давай поспорим, — предложил вдруг Поттер. — Выигравший исполняет просьбу проигравшего. Любую.
— В смысле, проигравший, — с усмешкой поправил его Причард.
— Нет, выигравший, — Поттер хитро и задорно улыбнулся. — Чтоб обидно не было. Ну, законную, конечно, и не приносящую вреда кому-нибудь разумному.
— Это бред какой-то, — проговорил Причард озадаченно. — Смысл выигрывать?
— Я не хочу ссориться с тобой, — сказал Гарри. — Потому что знаю — ты один из лучших. Просто в этом случае ты обвиняемого не знаешь — а я знаю. И я понимаю, что преступление противоречит личности. Понимаешь, если бы он, скажем, скрылся, забрав деньги фонда — я, пожалуй бы, поверил. Или если бы пришиб кого-то в драке — пусть бы и не пьяной — тоже. Или прятал бы в «Лесу» каких-нибудь бандитов. Но он никогда никого не обращал и не убивал подобным образом нарочно. А тут даже нету повода. Да и к магглам он относится нормально — лучше многих. Школьница и ты, ты понимаешь?
— Да что ты уговариваешь-то меня? — фыркнул Причард. — Ты начальник — всё равно же сделаешь, как хочешь. Я распоряжусь, чтоб его доставили в допросную.
— Не стоит, — Гарри качнул головой. — Я позже к нему в камеру зайду.
Он и вправду сделал это — вечером. Скабиор лежал на койке, уткнувшись лицом в стену, и не шевельнулся ни в ответ на лязг открываемой решётки, ни не голос Поттера. Тот подошёл ближе и, наколдовав себе стул, сел. Помолчал немного, а потом сказал:
— Да, всё против вас. Но я не верю, что всё так, как выглядит.
Скабиор молчал, и Поттер, подождав его ответа, заговорил снова:
— Я смотрел воспоминания и прочёл все протоколы. Расскажите, что вы помните. Подробно.
— Не хочу, — глухо отозвался Скабиор.
— Вы подумайте о том, что если с вами всё же что-то сделали — то же самое ведь могут сделать и с другим. Или, — Поттер сделал паузу, — с другой.
Он опять умолк — на сей раз надолго. Скабиор не шевелился и тоже не говорил ни слова, но Поттер видел, как постепенно его тело становится всё более напряжённым и слышал, как меняется его дыхание.
И ждал.
— Да не делали со мною ничего! — вдруг взорвался Скабиор, резко разворачиваясь и садясь на койке. Его бледное, заросшее щетиной лицо искажалось яростью и болью. — Я всё помню, — отчеканил он с нешуточной ненавистью. — Абсолютно всё! Как они меня бесили, эти магглы, как я всё это придумал и спланировал. Я всё это сделал сам! Вам ясно?
— Да, — спокойно кивнул Поттер. — И нет. Мы же ведь не магглы, Кристиан. То, что легиллименты ничего не обнаружили, не обязательно значит, что ничего и не было. Они могли просто не найти — если, например, не знали, что искать.
— Что, у вас вдруг разучились находить следы Империо? — горько и язвительно спросил Скабиор.
— Это ведь могло быть не Империо. И не Конфундус, — Поттер так по-прежнему и глядел куда-то в сторону, словно рассуждая сам с собой. — Заклинаний много — и не все из них известны даже нам. Завтра с вами поработают люди из Отдела Тайн — может быть, они увидят что-то. Вы не против?
— Да там нечего искать! — с упрямой тоской ответил Скабиор.
— Ну пусть нечего, — не стал спорить Поттер. — Значит, ничего и не найдут. Вы согласитесь?
— Как хотите, — Скабиор махнул рукой и устало откинулся на стену. — Зачем только.
— У вас есть враги, — ответил Поттер. — И их много. Те же гоблины — вы не думаете же, что они про вас забыли? А у них ведь своя магия — и мы о ней почти что ничего не знаем.
— Гоблины? — переспросил Скабиор, и впервые в его голосе прозвучало что-то вроде интереса.
— Гоблины, — повторил Поттер. — А ещё есть люди, что наверняка не рады что деятельности фонда, что «Лесу», что вообще тому, вы всё ещё живы и свободны.
— Но я правда помню это, — тяжело проговорил Скабиор.
— А с чего всё началось? — спросил Поттер ненавязчиво.
— Да достали ваши министерские проверками, — скривился Скабиор. — Раз пять, наверное, в «Лес» являлись — видите ли, мы внимание магглов привлекаем. Потом одного из ребят за колдовство при магглах задержали — я и психанул. И всё, — он мрачно усмехнулся и умолк, болезненно скривившись.
— Но ведь это же не повод, — мягко возразил Поттер. — Кристиан, я ведь знаю вас. Не сомневаюсь, что всё это вас бесило — и что это могло вылиться в какую-нибудь драку с магглами, к примеру.
Страница 11 из 214
