Тёмная сторона луны

У него и раньше порой возникало ощущение, что в том есть что-то от оборотня, а теперь же оно иррационально переросло в уверенность.

— Лжёте, — сказал Причард. — Но я всё равно найду ответ. Для суда это не важно — но я сам знать хочу.

— Я тоже, — очень тихо отозвался Скабиор.

Он и сам не понимал, зачем продолжает этот разговор и зачем вообще ещё живёт. Всё, чего ему хотелось — это умереть, сейчас, немедленно, на месте. Говорят, что некоторые индийцы умеют собственным усилием останавливать своё сердцебиение — жаль, что ему это неподвластно. Умереть, не быть — и лучше б не сейчас, а раньше. Например, вчера. Лучше бы его вчера убили — потому что даже если бы он умер прямо тут, сейчас, это ничего уже бы не исправило. Всё, что он создал за несколько последних лет — этот фонд, «Лес», дом, семья — он всё уничтожил этой ночью, и пусть Хель скормит его своим псам, если он знал ответ на вопрос Причарда.

— Значит, я ответа не услышу, — констатировал последний и скомандовал: — Встать! Возвращайтесь в камеру. Кстати, — он осклабился. — Вас там ждут, — Причард подвёл его к двери и, распахнув её перед Скабиором, сказал стоящим за нею Долишам: — Мы идём в камеру — но по дороге можете задать свои вопросы.

Это было уже слишком — Скабиор прикрыл глаза и отвернулся, низко опустив голову, однако продолжал затылком ощущать взгляд Арвида, в котором смешались сожаление, недоумение, недоверие и надежда.

Та, которой никогда не суждено было сбыться.

Глава 3

— Я не верю, — сказал Арвид наконец.

Они обедали втроём — он сам подошёл в столовой к сидящим за одним из дальних столиков Причарду и Фоссет и спросил позволения подсесть к ним, и они не отказали. Некоторое время ели молча — а потом Долиш не выдержал.

— Во что именно? — буркнул Причард.

— Я была там, Арвид, — очень мягко проговорила Фоссет. — Это я его взяла. И не выпускала ни на миг. Никто не смог бы осуществить подмену.

— Ну что ты несёшь? — разозлился Причард. — С ним работали легиллименты — трижды! И вердикт один: он к этому готовился. Тщательно и много дней. Он хотел этого и всё спланировал — всё, кроме того, что ты там окажешься, — он мотнул головой в сторону Фоссет.

— Но это глупо, — упрямо сказал Арвид. — В этом смысла нет!

— Крышу сорвало — какой тут смысл? — отрезал Причард. — Он же оборотень — может, с ними подобное случается!

— Грэм! — Фоссет с силой пнула его под столом, но он и сам уже сообразил, насколько неуместной вышла реплика, и добавил: — По крайней мере, с некоторыми. Мы не так уж много о них знаем. Ты живёшь с ним — и что, ничего не замечал? — с напором спросил он Долиша.

— Замечал, — помолчав, неохотно признал тот. — Но это… Нам казалось, что он просто устал, вот и злится из-за всяких мелочей — но что, если…

— …это был симптом болезни, — перебил его Причард. — Я велел взять его кровь — её изучили тоже. Нет там ничего — даже алкоголя.

— Алкоголя быть не может, — тихо сказал Арвид. — Оборотни никогда не пьют перед трансформацией. И вообще ничего подобного не употребляют.

— Значит, лучшим вариантом было бы безумие — пусть временное, — подытожил Причард.

— Ну, — вздохнув, сказала Фоссет, — ещё его могли, к примеру, шантажировать. Внуком или дочерью…

— Я сказал же: мы проверили его память на много дней назад! — сказал с досадой Причард. — Не было там никакого шантажа — но даже если так, боюсь, что приговор бы это вряд ли изменило.

— Шантаж… — негромко повторил Арвид — и задумался.

— Грэм, — негромко проговорила Фоссет. — Может быть, проверить ещё дальше?

— Мы до предыдущего полнолуния дошли, — Причард дёрнул углом рта. — В целом, кажется, я понимаю, что случилось. Его просто все достали — и в особенности отдел по контролю за соблюдением Статута: их четыре раза вызывали за последний месяц в этот «Яблоневый лес», Винд с ними объяснялся. Вот и надоело.

— Но ведь это же не объяснение! — горячо и быстро сказал Арвид. — Надоело — это же не значит, что нужно идти и убивать людей! А вот шантажировать его могли и раньше — просто…

— Долиш, — Причард бесшумно, но весомо опустил ладони на стол. — Я тебя прекрасно понимаю — и даже, где-то, восхищаюсь такой преданностью. Но не стоит изобретать сложности там, где их нет и не было. Всё, на самом деле, просто: человек сорвался. Всё — тут нет двойного дна. Мне и вправду жаль, что он твой родственник, и мне жаль твою жену — но что случилось, то случилось. Если ты попросишь, думаю, что Кут тебя на пару дней отпустит: я не слишком в этом разбираюсь, но мне кажется, что твоей беременной жене потребуется чья-нибудь поддержка.

— Ей потребуется разобраться, что случилось, — сжал губы Долиш. — Ты не станешь разбираться — ты ведь всё уже решил, я верно понимаю?

— Слушай, — Причард глубоко вздохнул и заговорил сочувственно и мягко.