Тёмная сторона луны

— Ты мне не поверишь, но вот в данном случае я бы рад был отыскать какое-нибудь оправдание. Тут не только в тебе дело или в Поттере — просто я прикидываю, сколько и каких проблем нам теперь прибудет. К Винду я не чувствую симпатии — но я признаю, что он полезен. Был. И на нём — опять же, признаю — многое держалось. Поэтому у меня три легиллимента работали полдня — и ни один не нашёл ни-че-го. И твой Винд сам признаёт, что он да, хотел всё это сделать, он об этом помнит. Это называется «сорвался», понимаешь? Умопомрачение такое. Я бы даже не настаивал на пожизненном — но там восемь трупов.

— Трупов пока пять, — зачем-то уточнила Фоссет.

— Будет ещё три, — отмахнулся Причард, — этим магглам не помочь. Впрочем, и пяти хватило бы. Так что всех нас ждут горячие не то что дни — недели, — подытожил он и вдруг предложил Долишу: — Может, тебе уйти в отпуск? Я уверен, что тебя отпустят. Вам уехать бы сейчас куда-нибудь с женой… хотя бы до суда.

— Извини, — очень тихо сказал Арвид, поднимаясь. — Но ты пока мне не начальник. Благодарю за разговор и приятного аппетита, — пожелал он им обоим и, забрав поднос с почти нетронутой едой, отлевитировал его к мойке и вышел из столовой.

Причард лишь вздохнул, а Фоссет у него спросила:

— Ты точно всё проверил?

— Вот хоть ты мне нервы не трепли! — разозлился тот. — Нет, я всё придумал и подделал протоколы!

— Да я не про то, — она отмахнулась с таким равнодушным видом, что он фыркнул. — Согласись, что это странно. Всё равно как если бы, не знаю, Снейп вдруг вышел на урок в розовой ночнушке.

— Ты преувеличиваешь, — возразил Причард. — Скорее, Слагхорн в, к примеру, алой мантии. И вот это я уже могу представить. Сандра, — он сплёл пальцы. — Не стоит множить сущности. Иногда убийство — это просто убийство, а не сложный многомудрый план. Хочешь — сама с ним поговори.

— Просто это странно, — упрямо повторила Фоссет. — Ну да ладно — я не буду больше злить тебя пока, — она улыбнулась и подцепила вилкой последний кусок отбивной.

— Мистер Поттер тоже в это верит? — после очень долгого молчания спросила Гвеннит.

Её беременность уже перевалила за полугодовую отметку, и живот хотя и не особенно пока мешал ей двигаться, как прежде, всё же был уже весьма заметен, и сейчас она машинально гладила его одной рукой и беззвучно постукивала пальцами второй по оконной раме, вглядываясь в давно сгустившуюся тьму.

— Его нет сейчас в Британии, — напомнил Арвид. — И с ним не связаться — но он должен вернуться через две недели.

— Это очень долго, — твёрдо возразила Гвеннит. Как ни странно, она не плакала — только губы поджимала так, что они сливались в одну тонкую бескровную линию, да барабанила пальцами то по подлокотнику, то по каминной доске, то по раме. — Через две недели его уже успеют осудить. Нужно отыскать его. Ты знаешь, как?

— Я спросил об этом Ричи Кута, — подал голос Джон. — Не думаю, что он солгал. Он говорит, что, возможно, у министра есть какой-то способ — и, возможно, у семьи. Но мы сделать этого не можем — а требовать этого официально нет повода.

— Семьи, — повторила Гвеннит. — Я не знаю никого из них — но, наверное, мадам Уизли тоже помочь сможет.

— Она в отпуске, — горько сказал Арвид. — И вернётся только в августе.

— То есть через те же две недели, — в отчаянии проговорила Гвеннит.

— Совпадение и вправду странное, — сказал Джон. — Хотя здесь всё странно.

— Причард слушать ничего не хочет, — Арвид подошёл к жене и положил руки ей на плечи. — Я пытался говорить с ним — он твердит, что всё проверил, что легиллименты не обнаружили никакого воздействия, но нашли воспоминания о том, как Кристиан всё это подготавливал.

— Но так быть не может! — голос Гвеннит зазвенел. — Ари, ты же его знаешь — он не мог!

— Не мог, — твёрдо подтвердил тот, прижимая её к себе. — Я знаю, что не мог, Гвен. Я ничего не понимаю.

— Ты с ним говорил? — спросила она с жадностью, ищуще вглядываясь в его глаза.

— Он не хочет говорить ни с кем, — качнул головой Арвид. — Но я его видел… он — физически — в порядке. Но он сам не понимает, как так вышло. Хотя помнит, что, действительно…

Он умолк и крепко обнял Гвеннит — и она уткнулась лицом ему в плечо и замерла так на несколько секунд.

— Значит, нужно отыскать его жену, — сказала она, вдруг резко поднимая голову. — Не может она не иметь возможности связаться с ним. Я ей напишу, — сказала она решительно.

— А если она не станет помогать? — спросил Джон.

— Вот тогда и будем думать, — Гвеннит стёрла слёзы с глаз тыльной стороной ладони, высвободилась из объятий и отправилась писать письмо. Лето, будто знавший, что с его хозяином стряслась беда, и весь день беспокойно бегавший по дому, отправился за ней — и мужчины остались наедине.

— Спасибо, что ты сейчас с нами, — сказал отцу Арвид.