Фандом: Гарри Поттер. Стой! Кто идет?!
Добавить в моё избранное
326 мин, 28 сек 9599
Одно событие, что я пронес через болезненное школьное время, — любовь-чума. Эпидемия моего организма. Пожирающая и поглощающая меня бесконечно. Я бы хотел включить ее в список пережитого, где-то между потерей крестного и войной, но не могу. В отличие от них, это событие не прошло сквозь меня — оно застряло, остановилось во мне. Есть только осознание ошибок и самокритичные переживания с нотками «если бы». Я не прощу себе этого. Почему так поступал с тем, кого любил… люблю? Нет, уже любил, но сердце рвется от тоски.
Каждый день я будто медленно засыхал, черствел. Насущное казалось бредовым, реальность — плоской, мир — бездушным. Как я.
Думалось наивно, что я все осознал. Учел ошибки и ошибочность любви. Повзрослел, очистил себя от прошлого и уже почти достиг той самой пустоты в ране. Того самого пустого места — очередного свободного квадратика внутри. Еще немного, пару лет, и я бы окончательно перестал верить в когда-то существовавшего Драко Малфоя. Не было его. Не было ничего. Это просто выдумка. Я не вел себя так. Меня не трахали в кресле. Я не рыдал потом. Я не собирался мстить. Я не стонал и не метался по пустому мэнору в бессилии. Я не валялся возле его ворот, умоляя небеса вернуть то, что ускользнуло от меня. Я не проклинал мир за то, что снова, снова забрал самое дорогое. И уж точно не я искал его восемь лет.
Всего год назад я прекратил его поиски. Перестал тратить на это силы. На что-то вымышленное, нереальное, воздушное, совсем призрачное.
Мир не сквозил красками, все казалось довольно скучным, скупым и лживым. Мир был беден на красоту, природа дика, люди — уродливы.
Восемь лет поисков. Когда я еще был молодым аврором, когда мое сердце горело, сжигая дотла, и когда ночами мучился — все сны об одном — я искал его поверхностно. Изредка нанимал сыщиков, отбирал слухи и следил за проворными журналистами, делал громкие заявления — но отдачи не было. Глухо. Ни одной зацепки. Друзья уже тогда шептали — он либо умер, либо при смерти… И это меня не успокаивало, как наивно они полагали.
Потом стремительный карьерный рост — за четыре года я стал начальником Аврората. Путь был тернист, но я старался, и, Мерлин знает, старался хорошо. Четыре года — срок для национального героя, чтобы занять почетное место Главы Безопасности всей Великобритании. Я уверенно шел. Четыре года мелких поисков ни к чему не привели, да и последующие четыре года уже масштабных — тоже.
Сейчас, оглядываясь назад, не могу сообразить — зачем? Месть? Глупо ему мстить, а главное — не за что. Я сам напрашивался, сам и получил. Чтобы забрать его себе? А я заслужил? Смогу ли я удержать воздух в руках? Нет, глупо, Драко не питомец, он очень хитрый человек, в лучших традициях Слизерина.
Наверное, я просто хотел его увидеть, посмотреть в глаза и убедится, что все хорошо. Что он счастлив. Не умер, не калека, и не собирается помирать. Я хотел бы знать, что он просто счастлив. Да, не в моих руках, не со мной рядом. Но счастлив.
А я? А я просто буду жить как все. Серо, обыденно и тщетно.
За четыре года было множество попыток лучших авроров в рамках секретного задания разыскать его. И кое-какой ускользающий след они время от времени предоставляли мне. И от этого я только бесился. Это не давало мне бросить все.
В моем доме, в моем кабинете, в закрытом ящике стола, до сих пор лежит его полное дело и досье, временами дополняемое. Его детские фотографии, лица, с которыми он знаком или один раз провел с ними рождество. Расписаны дурные привычки, собраны мелкие вырезки из газет, все… все о нем. И если кто-нибудь об этом узнает — меня упекут в Святого Мунго. Поэтому это все тайна, покрытая тем самым мраком. Никто не должен знать, что я восемь лет изо дня в день прочитывал, пролистывал в поисках отгадок и зацепок весь этот материал. Никто. Ни близкие друзья, ни журналисты, ни невеста.
И все это время друзья едва ли знали, что творится у меня внутри. Много работаю, много устаю. Все, пожалуй. Я бы не хотел травмировать их своими россказнями о безумной любви. О любви вообще не трепятся.
И Джинни, заботящаяся обо мне. Та, которой я обещал свое сердце после войны. Обещание я выполнил наполовину. Легко ли мне отодвигать брак девять лет? Легко. Когда Драко выйдет из головы, из сердца кровавого моего, вот тогда я задумаюсь о свадьбе и детях. Тогда было рано, а сейчас слишком бешено дорожу я другим. И не от любви это тряска.
Прошло так много времени. Сердце почти угомонилось, перестал строить коварные планы мой мозг. И тут …
… «Он вернулся»…
… «Я видел его возле» Приколов умников Уизли«…»
… «Да, это был он. Я как раз подходил к магазину, забыл поставить охранные чары, и увидел его»…
И в грудь будто вонзился гигантский ядовитый шип. Трудно передать, что я чувствовал в тот момент, кроме боли и невероятного счастья. Упоительный коктейль — чистый мазохизм.
В Лондоне.
Каждый день я будто медленно засыхал, черствел. Насущное казалось бредовым, реальность — плоской, мир — бездушным. Как я.
Думалось наивно, что я все осознал. Учел ошибки и ошибочность любви. Повзрослел, очистил себя от прошлого и уже почти достиг той самой пустоты в ране. Того самого пустого места — очередного свободного квадратика внутри. Еще немного, пару лет, и я бы окончательно перестал верить в когда-то существовавшего Драко Малфоя. Не было его. Не было ничего. Это просто выдумка. Я не вел себя так. Меня не трахали в кресле. Я не рыдал потом. Я не собирался мстить. Я не стонал и не метался по пустому мэнору в бессилии. Я не валялся возле его ворот, умоляя небеса вернуть то, что ускользнуло от меня. Я не проклинал мир за то, что снова, снова забрал самое дорогое. И уж точно не я искал его восемь лет.
Всего год назад я прекратил его поиски. Перестал тратить на это силы. На что-то вымышленное, нереальное, воздушное, совсем призрачное.
Мир не сквозил красками, все казалось довольно скучным, скупым и лживым. Мир был беден на красоту, природа дика, люди — уродливы.
Восемь лет поисков. Когда я еще был молодым аврором, когда мое сердце горело, сжигая дотла, и когда ночами мучился — все сны об одном — я искал его поверхностно. Изредка нанимал сыщиков, отбирал слухи и следил за проворными журналистами, делал громкие заявления — но отдачи не было. Глухо. Ни одной зацепки. Друзья уже тогда шептали — он либо умер, либо при смерти… И это меня не успокаивало, как наивно они полагали.
Потом стремительный карьерный рост — за четыре года я стал начальником Аврората. Путь был тернист, но я старался, и, Мерлин знает, старался хорошо. Четыре года — срок для национального героя, чтобы занять почетное место Главы Безопасности всей Великобритании. Я уверенно шел. Четыре года мелких поисков ни к чему не привели, да и последующие четыре года уже масштабных — тоже.
Сейчас, оглядываясь назад, не могу сообразить — зачем? Месть? Глупо ему мстить, а главное — не за что. Я сам напрашивался, сам и получил. Чтобы забрать его себе? А я заслужил? Смогу ли я удержать воздух в руках? Нет, глупо, Драко не питомец, он очень хитрый человек, в лучших традициях Слизерина.
Наверное, я просто хотел его увидеть, посмотреть в глаза и убедится, что все хорошо. Что он счастлив. Не умер, не калека, и не собирается помирать. Я хотел бы знать, что он просто счастлив. Да, не в моих руках, не со мной рядом. Но счастлив.
А я? А я просто буду жить как все. Серо, обыденно и тщетно.
За четыре года было множество попыток лучших авроров в рамках секретного задания разыскать его. И кое-какой ускользающий след они время от времени предоставляли мне. И от этого я только бесился. Это не давало мне бросить все.
В моем доме, в моем кабинете, в закрытом ящике стола, до сих пор лежит его полное дело и досье, временами дополняемое. Его детские фотографии, лица, с которыми он знаком или один раз провел с ними рождество. Расписаны дурные привычки, собраны мелкие вырезки из газет, все… все о нем. И если кто-нибудь об этом узнает — меня упекут в Святого Мунго. Поэтому это все тайна, покрытая тем самым мраком. Никто не должен знать, что я восемь лет изо дня в день прочитывал, пролистывал в поисках отгадок и зацепок весь этот материал. Никто. Ни близкие друзья, ни журналисты, ни невеста.
И все это время друзья едва ли знали, что творится у меня внутри. Много работаю, много устаю. Все, пожалуй. Я бы не хотел травмировать их своими россказнями о безумной любви. О любви вообще не трепятся.
И Джинни, заботящаяся обо мне. Та, которой я обещал свое сердце после войны. Обещание я выполнил наполовину. Легко ли мне отодвигать брак девять лет? Легко. Когда Драко выйдет из головы, из сердца кровавого моего, вот тогда я задумаюсь о свадьбе и детях. Тогда было рано, а сейчас слишком бешено дорожу я другим. И не от любви это тряска.
Прошло так много времени. Сердце почти угомонилось, перестал строить коварные планы мой мозг. И тут …
… «Он вернулся»…
… «Я видел его возле» Приколов умников Уизли«…»
… «Да, это был он. Я как раз подходил к магазину, забыл поставить охранные чары, и увидел его»…
И в грудь будто вонзился гигантский ядовитый шип. Трудно передать, что я чувствовал в тот момент, кроме боли и невероятного счастья. Упоительный коктейль — чистый мазохизм.
В Лондоне.
Страница 5 из 88
