Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
Добавить в моё избранное
238 мин, 11 сек 17933
— Монтегю, Густавсон, — командую. — Вперед.
— А? — изумляется Монтегю.
— Убей.
— А? Кого?
— Кого хочешь, — скрещиваю руки на груди, прислоняюсь к стене. — Их тут пятеро.
Пятеро — отец, мать, пожилая дама — видимо, бабушка, и двое мальчишек — одному лет пятнадцать или шестнадцать, второму — десять-двенадцать.
— А как?
— Как хочешь, — задумчиво смотрю на дергающегося маггла, пытающегося выбраться из веревок. Маггл идиот — то, что у нас нет привычных ему пистолетов и ружей, не значит, что мы безопасны. — И тебе лучше поторопиться — до утра Лорд нашего возвращения ждать не будет.
Монтегю сглатывает.
— Ну, а разве не надо, чтобы они на нас напали?
— Нет, — отвечаю коротко.
— Сэр, — вдруг несмело подступает Густавсон. — Это… пока Монтегю решается, можно я… я немного развлекусь?
Поворачиваю голову.
— Ну… — Густавсон смотрит в сторону магглов. — Я ведь тоже должен убить потом, верно?
Медленно киваю.
— Ну вот, — Густавсон приободряется. — Я немного развлекусь… не переживайте, сэр. Я потом все сделаю. Я уже убивал, не волнуйтесь.
Кого ты там убивал, пузо жирное?
Смотрю на магглу, которая понимает о чем речь. Ее лицо искривляется в ужасе.
Но у меня есть инструкции.
— Разумеется, — благосклонно киваю. — Только, пожалуйста, не здесь. Забери ее в свободную комнату. Надеюсь, она тебя не прибьет.
— Эм… спасибо, сэр, — радостно восклицает Густавсон. — Только… я не ее…
С этими словами толстяк подходит к одному из сжавшихся мальчишек. Ужас на лице матери усиливается, она рвется из пут, но они крепко ее держат.
Стискиваю зубы так, что они вот-вот раскрошатся. Сжимаю палочку, желая заавадить этого педофила-педераста.
Но не могу.
Четкие указания Лорда и на этот счет присутствуют.
Могу только кивнуть.
Когда Густавсон уволакивает жертву, которая не может даже сопротивляться из-за наложенных на нее заклятий, поворачиваюсь снова к Монтегю.
— Кого ждешь? — приподнимаю бровь.
— Эм…
С верхнего этажа доносится истошный крик, Монтегю вздрагивает, оглядывается в сторону лестницы. Поднимаю палочку и направляю ему между глаз.
— Монтегю, или ты убьешь сейчас маггла, или я убью тебя, — холодно говорю.
Монтегю сглатывает.
— Крам, я…
Но я перебиваю.
— Ты пришел к Лорду, — медленно, с расстановкой произношу. — Сам. Ты принес ему клятву. И получил Метку. Теперь осталась малость — подтвердить свою клятву. Или ты думал, что это игра? Долбанная костюмированная вечеринка, где можно побегать в красивой мантии и маске, а потом пойти под крылышко к мамочке?
Монтегю мотает головой.
— Ну?! — рявкаю.
Сверху опять орут, но мы с Монтегю не двигаемся. Он смотрит в кончик моей палочки. Я смотрю на него.
— Х… хорошо, — убитым голосом произносит Монтегю и поворачивается к магглам.
Жду.
— Слушай, — с надеждой говорит Монтегю. — А может… ты меня под Империо, а? А скажем, что я сам?
Качаю головой.
— Пожалуйста, Крам, — шепчет парень. — Ты ведь умеешь…
Делаю легкое движение палочкой.
— Авада Кедавра!
Монтегю дергается, смотрит на магглов. Женщина обмякает после попадания моего проклятья. Следующим проклятьем убиваю ее сына.
Мужчина еще жив.
— Модест, — вздыхаю. — Если сейчас этого маггла убью я, а не ты, то после него я произнесу еще одну Аваду. Угадай, на кого она будет направлена?
— Ты… серьезно это сделаешь? — Монтегю заворожено смотрит на тела. — Но ведь я не маггл. Я ведь Рыцарь…
— Говницарь! — рявкаю и влепляю Монтегю оплеуху. — Пока не убьешь, ты не Рыцарь, а говно с палочкой!
Дрожащей рукой Модест Монтегю направляет свою палочку на оставшегося в живых маггла.
— Авада… Авада Кедавра…
Из кончика вырывается зеленый дымок.
— Не обязательно Аваду, — подсказываю. Видеть его колебания мне невыносимо.
— Да? — изумляется Монтегю. — А что еще?
— Да хоть Риктусемпрой защекочи.
Скрипят ступеньки, и по лестнице спускается довольный Густавсон, волоча за собой Мобиликорпусом тело своей жертвы.
— Нафига ты его приволок? — интересуюсь.
— Ну… показать! — гордо говорит Густавсон. — Ну, что убил, как и надо.
Смотрю на бледное лицо мальчишки, бывшего живым еще час назад. Ниже пояса переводить взгляд не хочется, но краем глаза я все равно замечаю кровавые следы и синяки на бедрах.
— Молодец, — мрачно выдавливаю.
Монтегю смотрит на маггла.
Наколдовываю Темпус. Мы тут уже сорок минут. Опаздываем.
— Опаздываем, — говорю Монтегю, встряхнувшись. — Ну?
— Я не могу, — вдруг едва слышно произносит Монтегю и делает шаг к двери.
— А? — изумляется Монтегю.
— Убей.
— А? Кого?
— Кого хочешь, — скрещиваю руки на груди, прислоняюсь к стене. — Их тут пятеро.
Пятеро — отец, мать, пожилая дама — видимо, бабушка, и двое мальчишек — одному лет пятнадцать или шестнадцать, второму — десять-двенадцать.
— А как?
— Как хочешь, — задумчиво смотрю на дергающегося маггла, пытающегося выбраться из веревок. Маггл идиот — то, что у нас нет привычных ему пистолетов и ружей, не значит, что мы безопасны. — И тебе лучше поторопиться — до утра Лорд нашего возвращения ждать не будет.
Монтегю сглатывает.
— Ну, а разве не надо, чтобы они на нас напали?
— Нет, — отвечаю коротко.
— Сэр, — вдруг несмело подступает Густавсон. — Это… пока Монтегю решается, можно я… я немного развлекусь?
Поворачиваю голову.
— Ну… — Густавсон смотрит в сторону магглов. — Я ведь тоже должен убить потом, верно?
Медленно киваю.
— Ну вот, — Густавсон приободряется. — Я немного развлекусь… не переживайте, сэр. Я потом все сделаю. Я уже убивал, не волнуйтесь.
Кого ты там убивал, пузо жирное?
Смотрю на магглу, которая понимает о чем речь. Ее лицо искривляется в ужасе.
Но у меня есть инструкции.
— Разумеется, — благосклонно киваю. — Только, пожалуйста, не здесь. Забери ее в свободную комнату. Надеюсь, она тебя не прибьет.
— Эм… спасибо, сэр, — радостно восклицает Густавсон. — Только… я не ее…
С этими словами толстяк подходит к одному из сжавшихся мальчишек. Ужас на лице матери усиливается, она рвется из пут, но они крепко ее держат.
Стискиваю зубы так, что они вот-вот раскрошатся. Сжимаю палочку, желая заавадить этого педофила-педераста.
Но не могу.
Четкие указания Лорда и на этот счет присутствуют.
Могу только кивнуть.
Когда Густавсон уволакивает жертву, которая не может даже сопротивляться из-за наложенных на нее заклятий, поворачиваюсь снова к Монтегю.
— Кого ждешь? — приподнимаю бровь.
— Эм…
С верхнего этажа доносится истошный крик, Монтегю вздрагивает, оглядывается в сторону лестницы. Поднимаю палочку и направляю ему между глаз.
— Монтегю, или ты убьешь сейчас маггла, или я убью тебя, — холодно говорю.
Монтегю сглатывает.
— Крам, я…
Но я перебиваю.
— Ты пришел к Лорду, — медленно, с расстановкой произношу. — Сам. Ты принес ему клятву. И получил Метку. Теперь осталась малость — подтвердить свою клятву. Или ты думал, что это игра? Долбанная костюмированная вечеринка, где можно побегать в красивой мантии и маске, а потом пойти под крылышко к мамочке?
Монтегю мотает головой.
— Ну?! — рявкаю.
Сверху опять орут, но мы с Монтегю не двигаемся. Он смотрит в кончик моей палочки. Я смотрю на него.
— Х… хорошо, — убитым голосом произносит Монтегю и поворачивается к магглам.
Жду.
— Слушай, — с надеждой говорит Монтегю. — А может… ты меня под Империо, а? А скажем, что я сам?
Качаю головой.
— Пожалуйста, Крам, — шепчет парень. — Ты ведь умеешь…
Делаю легкое движение палочкой.
— Авада Кедавра!
Монтегю дергается, смотрит на магглов. Женщина обмякает после попадания моего проклятья. Следующим проклятьем убиваю ее сына.
Мужчина еще жив.
— Модест, — вздыхаю. — Если сейчас этого маггла убью я, а не ты, то после него я произнесу еще одну Аваду. Угадай, на кого она будет направлена?
— Ты… серьезно это сделаешь? — Монтегю заворожено смотрит на тела. — Но ведь я не маггл. Я ведь Рыцарь…
— Говницарь! — рявкаю и влепляю Монтегю оплеуху. — Пока не убьешь, ты не Рыцарь, а говно с палочкой!
Дрожащей рукой Модест Монтегю направляет свою палочку на оставшегося в живых маггла.
— Авада… Авада Кедавра…
Из кончика вырывается зеленый дымок.
— Не обязательно Аваду, — подсказываю. Видеть его колебания мне невыносимо.
— Да? — изумляется Монтегю. — А что еще?
— Да хоть Риктусемпрой защекочи.
Скрипят ступеньки, и по лестнице спускается довольный Густавсон, волоча за собой Мобиликорпусом тело своей жертвы.
— Нафига ты его приволок? — интересуюсь.
— Ну… показать! — гордо говорит Густавсон. — Ну, что убил, как и надо.
Смотрю на бледное лицо мальчишки, бывшего живым еще час назад. Ниже пояса переводить взгляд не хочется, но краем глаза я все равно замечаю кровавые следы и синяки на бедрах.
— Молодец, — мрачно выдавливаю.
Монтегю смотрит на маггла.
Наколдовываю Темпус. Мы тут уже сорок минут. Опаздываем.
— Опаздываем, — говорю Монтегю, встряхнувшись. — Ну?
— Я не могу, — вдруг едва слышно произносит Монтегю и делает шаг к двери.
Страница 53 из 71
