Светоч

Неприятно, да, но поправимо.

Гермиона очень хорошо запомнила, как директор лениво вертел карманные часы — круглые, с гравировкой в виде змеи, свернувшейся в кольцо, — и с усмешкой слушал их сбивчивый рассказ и ложь, что её со Снейпом у МакГонагалл ждала отработка. Он знал — Грейнджер могла поклясться! — что они врут, но ему было всё равно. Равнодушие, стылое и вязкое, било наотмашь внезапным осознанием, что всё должно быть не так. Что напротив должен сидеть старик в смешном колпаке со звёздами. Что Снейп никогда бы не стал выставлять напоказ свои эмоции. И вообще он должен быть старше и сдержаннее. Северус — наставник, друг, но никак не ненавистный староста и вечная заноза в заднице.

Когда они вышли из кабинета директора, Снейп неожиданно предложил:

— Пошли на кухню. Ужин мы уже пропустили, — поспешно добавил он, отчего-то смутившись.

— На свидание, что ли, приглашаешь? — решила подколоть Гермиона.

— На свидание девушек приглашают, а ты…

— А я?

Он не ответил. Нахмурился, ссутулился, словно ожидая удара, а потом вдруг усмехнулся, по-доброму так, и повторил:

— Пошли.

Гермиона не смогла ему отказать. Да и не хотела.

Часть третья. Светоч …

Гермиона впервые оказалась на кухне Хогвартса. Домовые эльфы всё время что-то делали: бегали, хлопали крышками кастрюль, следили, чтобы выпечка не подгорела в огромной печи. Оттуда доносились умопомрачительные запахи свежей сдобы и черники. Грейнджер невольно сглотнула, представив, как впивается зубами в булочку, как тает во рту ещё тёплая начинка. В животе заурчало.

— Пошли, эльфы нас накормят. — Снейп кивнул в сторону длиннющего стола, заставленного разнообразной кухонной утварью.

Стопки тарелок возвышались миниатюрными башнями над пузатыми котлами и кастрюлями, начищенными до блеска. При желании Гермиона могла рассмотреть в них своё отражение.

Домовой эльф с огромными голубыми глазищами, увидев нежданных гостей, подпрыгнул на месте и испуганно прижал уши к голове, словно боялся, что его вот-вот накажут. Или пнут. Всё же слизеринцы были нечастыми гостями здесь, на кухне.

Гермионе стало неловко. Неприятное, липкое ощущение вины разлилось по венам кислотой. Она робко улыбнулась домовому эльфу:

— Мы с моим… другом… — Грейнджер запнулась, но быстро спохватилась и продолжила: — Проголодались. Покормите нас, пожалуйста.

Эльф недоверчиво посмотрел на Гермиону, пошевелил ушами, словно раздумывая, не послышалось ли ему, а затем хлопнул в ладоши и махнул в строну стола:

— Садитесь, юная леди. Тинки сейчас всё принесёт. Да-да! У вас будет замечательный ужин! — важно сказал он, широко улыбнувшись.

Наблюдая за плывущей к ним по воздуху вереницей тарелок, Гермиона поняла, что порой вежливостью можно добиться гораздо большего, нежели наглостью. Во время еды они со Снейпом не разговаривали, но едва уловимая атмосфера уюта, насыщенная звуками и запахами кухни, завораживала. И расслабляла.

Закончив есть, Гермиона ощутила приятную слабость во всём теле. Сейчас ей хотелось лечь и уснуть, отгородившись от всего мира одеялом, а не думать, как распутать клубок тайн и найти ниточку, ведущую к убийце.

— Что будем делать завтра? — поинтересовалась она, зевая.

— Пытаться выжить, — пробормотал Северус, устало потерев глаза. Ему тоже было нелегко, но он не жаловался.

Гермиона кивнула и встала из-за стола. Пора было возвращаться в гостиную Слизерина. Снейп немного задержался, решив переброситься парой слов с Тинки, а Грейнджер пошла вперёд. Но стоило ей лишь открыть дверь, как её ослепила вспышка. Гермиона от неожиданности вскрикнула и закрыла лицо руками. Когда же к ней вновь вернулась способность видеть, она невольно попятилась, испугавшись. Исчез коридор, освещённый одиноким факелом, исчез натюрморт с фруктами, исчезла дверь, ведущая на кухню.

Вместо них появился Большой зал, украшенный гирляндами и ледяными скульптурами. И сотни волшебников, разодетых в парадные мантии, словно диковинные птицы — такие же шумные, суетливые и веселые.

— Ох, Сивилла, вы же обещали, что больше не будете пить! — сердито воскликнула профессор МакГонагалл, подхватив прорицательницу под локоть.

Трелони икнула и грустно посмотрела на Минерву.

— У меня было видение, — доверительно сообщила она ей. — И чтобы оно не сбылось, я не должна быть сегодня трезвой.

— Эти ваши видения все одинаковы. — МакГонагалл повела Трелони к ближайшему столику, чтобы посадить нетвердо стоящую на ногах прорицательницу.

— Нет, это было совсем другим! Ужасный человек! Отчаянный. Он всех изменит, всё перевернет вверх ногами!

— Да-да, и всех нас ждет мучительная смерть и страдания. — МакГонагалл знала, что с чудаками лучше не спорить. Себе дороже.

— Но так оно и есть! Вас убьют, моя дорогая Минерва, если мы не уничтожим светоч странника!