Ловец бабочек

Зелёные холмы и свежий морской бриз убаюкивали. Хотелось остановиться, бросить машину посреди какого-нибудь поля и остаться лежать на бархатной траве навечно. Но нет, человеческому организму нужно есть и спать, к тому же можно захлебнуться дождём. Поэтому я и дальше держала путь на город, тихий и бурный, манящий и отвратительный, старинный и современный, отвлекающий от мыслей и окунающий в них с головой. И снова всё было хорошо, но от этого «хорошо» хотелось удавиться.

— Повторите.

— Может, сделаешь перерыв?

— В ближайшее время не планирую заблёвывать стойку или ввязываться в мордобой, так что нет, не сделаю.

— Полметра шотов без остановки! Тебя хоть есть кому отшкрябать от пола?

— Это уже мои проблемы.

— Я предупреждал.

— Ага.

Почему все бармены говорят одно и то же? Этот разговор в различных вариациях происходил не один десяток раз.

— Может, и правда прервёшься? — спросили со спины.

На соседний стул плюхнулся ещё один посетитель. Симпатичний, но с очень хитрым выражением лица. Кого-то он мне напомнил… А, точно, каждого второго, пытающегося снять женщину в баре.

— Мне то же, что и ей.

Бармен хмыкнул.

— Стопку текилы или сразу бутылку?

— Ну, если дама осилила, то и я потяну. О, не переживайте, — посетитель помахал перед барменом ключом от номера, — я живу в гостинице наверху.

Вообще-то, я тоже, но ключи от Ягуара с начала вечера лежат за стойкой «на сохранении».

Ведь никому потом не хочется объяснять полиции, почему клиент по пьяной лавочке снёс десяток прохожих, как кегли в боулинге. Видимо, что-то во мне заставляло думать, что я и в ползающем виде могу поехать за приключениями.

Мой новый знакомый быстро опустошил треть бутылки. Эх, ну кто же так делает? Опыт наблюдений говорил, что женщин в подобных местах привлекало не умение ухажёра пить, а его галантность и способность красиво козырнуть толщиной кошелька. То ли этот ещё новичок, то ли на вечер искал не партнёра, а собу… седника. И второй вариант меня вполне устраивал.

Но мой сосед, похоже, и вовсе не нуждался во внимании. Жидкость из бутылки исчезала почти молниеносно, а печали в его взгляде было на целый океан. Он с великой небрежностью поднял на меня глаза и, театрально вздохнув, произнёс:

— Мир иногда так несправедлив.

Ну надо же, ещё один «рассказчик». Мне редко попадались подобные кадры, но выслушивать их было истинным мучением. Конечно, алкоголь всегда ценили за возможность вот так непосредственно излить душу первому встречному, но вашу мать, нарисуйте глаза на спинке стула и изливайтесь ему до посинения!

— … я Сэм, кстати. А ты, прекрасная незнакомка?

— Эл…

Дура! Пропустила часть его речи и ответила почти на автомате, а ведь запретила себе вспоминать это имя.

— Элеонора.

— Давай, Элли, — подмигнул мне слегка повеселевший кретин, — наверняка тебе тоже есть, что рассказать.

— Я скажу тебе — иди в жопу.

— Слишком личное, да? — он как будто совсем не обиделся. Только подвинул к себе мою стопку, наполнил до краёв и широким жестом вернул обратно. — Алкоголь, Элли, не делает людей счастливее, он просто помогает не замечать. Но ведь сейчас нам это и нужно?

Да, наглухо закрыть глаза и душу, хоть недолго ощущая лишь терпкий привкус на языке. Но вот парадокс — чем больше запираешь засовов, тем сильнее штормит внутри. А на утро… Хоть когда-то физические муки перевешивают душевные. Иногда это помогает больше, чем весь весёлый вечер накануне.

Хотя вряд ли мой собеседник вкладывал в слова такой подтекст.

Всё же я разделила со страждущим его ношу.

После первой бутылки, распитие которой перемежалось его короткими репликами и моим фырканьем, мы кое-как нашли общий язык. И не в обаянии дело, не в красоте или остроте шуток — просто, совершенно внезапно, я чувствовала себя чуть спокойней, находясь под прицелом блестящих голубых глаз. А в моём положении это стоило очень дорого.

— Я бы предложил тебе пойти наверх, — сказал мой друг где-то между полуночью у тремя утра, — но ты можешь неправильно понять.

Я только фыркнула, пьяно и весело.

— Честно, я уже не вижу настолько плохих вариантов… Разве только захочешь поговорить о великом и вечном.

Сэм тоже рассмеялся, слегка пролив из своей стопки. Бармен молча взирал на это непотребство, поскольку в его кармане давно покоились деньги за меня, моего друга и ещё пары таких же неугомонных придурков.

— Просто… — он аккуратно погладил мою скулу, — всё такое одинаковое. Мне кажется, у тебя есть шанс это исправить. Пошли!

Сэм мягко, но настойчиво потянул меня за руку, от чего мы оба чуть не свалились с неоправданно высоких стульев. В итоге, чудом удержав равновесие и повиснув друг на друге, пошли к лестнице.