Ловец бабочек

— А ты такой «Да я само очарование!», и ускакивал в клубах фиолетового дыма.

Теперь хрустнуло запястье.

— А если бы ты не спрятал правую руку, пострадали бы только пальцы… Хотя, кого я обманываю.

Я помахала в воздухе его несчастной кистью — пальцы, как плети, безвольно свисали вниз.

Мало.

Чёрт, как же этого мало.

Я поднялась на ноги, Шеогорат не стал утруждать себя правилами приличия. Моя пятка опустилась на его ладонь, он снова тихонько завыл.

Небо такое безмятежное. Птицы молчат, но деревья успокаивающе звенят на ветру. На весь этот островок уюта — только мы. Сначала я хотела напустить сюда шторм с ледяным дождём, но, можно подумать, они бы передали хоть часть моего настроения.

В руке из воздуха появилась бутылка джина. Оказывается, и так можно… И сбила крышку щелчком пальца и с удовольствием отхлебнула. Надо же, магия мутит отменный алкоголь!

А горит он так же хорошо?

О да.

Трава вспыхнула моментально.

Да, первым порывом было искупать в нём чёртова лорда, но это так… не знаю. Я победила — вот же он, вот! — и хрен и ним, что борьба была не совсем честной. Просто я не смогу ударить его больнее, чем он тогда меня. Сильнее, чем сама себя истязала, пока гонялась за ним. Для них нет ничего невозможного, от скуки они уже испробовали всё и в любых вариациях. А единственное, что я хочу от него услышать, никогда не прозвучит. Хоть я всю жизнь буду расписывать, как жестоко он меня опрокинул, Шео усмехнётся и скажет что-то вроде «это же было несерьёзно». А потом я затолкаю его зубы в глотку. И снова. И снова.

И только потом разрыдаюсь.

Прекрасное голубое небо и мирные облака — вот и всё, что мне досталось в конце. Вера во что бы то ни было, если и теплилась во мне, сейчас окончательно испарилась. Желать невозможного — такое дерьмо.

Я отошла чуть в сторону, носком перевернула сжавшегося лорда на спину. Когда его в моей квартире избил Цицерон, я чуть не умерла от страха. Сейчас он был бледен, раздавлен и так хрупок, что было даже неловко. Я опустилась на колени, впилась жадным взглядом в тусклые глаза, которые когда-то дарили мне столько надежды. Его целая рука медленно поднималась вверх, мне даже стало интересно, что он будет делать. Попытается применить магию или просто задушит? Но Шеогорат, псих несчастный, несмело прикоснулся к моей щеке. Внезапно я осознала, кто снял с меня паралич, когда Ильмерил творил ритуал в пещере.

— Ты наблюдал?

И он впервые ответил.

— Да, — тихое и надтреснутое. Скажи он таким голосом о том якобы заговоре даэдра, я бы испепелила их одной пульсирующей тьмой в груди.

— Почему не грохнул?

Его рука отпрянула от моего лица и потянулась к медальону в виде драконьей головы. Вещь, спасавшая меня от чрезмерного внимания даэдра, теперь совершенно ненужная. Я сняла его с шеи, вертя в руке, пока не вспомнила, как он раскалялся несколько раз. Значит, лорд пытался пробиться, но практически ничего не смог в итоге сделать. Ещё раз спасибо тебе, Ильмерил.

Немного подумав, я зашвырнула медальон в траву. Забавно, что меня-то сейчас он нисколько не ограничивал.

— А хотелось, да? Твой дурацкий посох почти с этим справился. Не знаю, как так вышло, но он весьма качественно меня напугал.

Иллюзорной картинкой того, что Шеогорату было на меня не плевать.

— Догадываешься, чем это закончилось для Ваббы?

А ничем. Перед моим отъездом альтмер пообещал уничтожить все артефакты, и судя по запаху гари, тянувшемуся из дальнего коридора, ему это удалось.

— А знаешь, чем ты отличаешься от своего посоха? У тебя гораздо больше масок. И меньше мозгов. И если я сейчас переломлю тебя о колено, тебе будет больно. Кстати…

Я опомнилась, когда ладонь, опустившаяся на его грудь, начала дымиться. Ничего общего со злобой, или маниакальной страстью. Мне срывало башню, едва я начинала думать о нём, а уж когда он был так близко…

Пусто. Мне было пусто. Гналась, догнала, желая весь мир от него избавить? Да я просто хотела внимания.

— Эй, ты как?

Шео слабо дёрнулся, пытаясь отползти, но я успела приложить ладонь к его виску. Только сейчас поняла, что меня напрягает некая двойственность его магии, и стало интересно разобраться, что к чему.

Ох не зря я проходила обливионские Дрожащие острова! Он, конечно, попытался это спрятать, но его магия полностью подчинялась мне, и при тщательном осмотре наружу просочились все эти… ужасные вещи. Мерзкое ничто. Я, кажется, неясно выразилась?

Крепко схватившись за одну из нитей чужеродной магии, я дёрнула со всей силы; даэдра задёргался, сопротивляясь, но он был просто бабочкой на игле. На Островах, где Шео всё ещё был хозяином, ткань пространства затрещала, и наружу вылез обелиск Порядка. Он был виден магическим зрением, но при попытке его коснуться пружинил, хоть и казался нематериальным.