Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14642
Какой пример ты подаешь остальным?
— Это просто случайность, Минерва. Признайся честно, ты бы предпочла увидеть парней со своего факультета в обнимку с девушками или подкарауливающими других учеников и нападающими целой бандой на одного? — с практически неуловимой насмешкой отозвался Том.
— В библиотеку ходят, чтобы заниматься! Школьной программой, а не развратом! — гневно отпарировала она.
Гермиона решила вмешаться. В конце концов, это была ее декан и директриса, член Ордена Феникса обоих составов. Вот с кем она могла действительно подружиться… Наверное. Но нельзя. Чем дальше от будущих знакомых — тем лучше.
— Минерва, уверяю тебя, мы занимались, — мягко заявила Гермиона, указывая на раскрытую книгу. — Это был лишь минутный порыв. Каждый может поддаться чувствам. И мы уже уходим.
МакГонагалл строгим взглядом окинула девушку с ног до головы, когда та встала с колен Риддла. Черты старосты слегка смягчились.
— Кхм… Мисс…
— Гермиона Гаррисвилль.
— Надеюсь на ваше благоразумие, Гермиона, — с холодной вежливостью проговорила МакГонагалл. И глядя, как Том поднялся вслед за девушкой и положил руку на ее талию, прибавила: — Если уж Риддл совсем потерял голову.
С этими словами она развернулась и быстро скрылась за стеллажами книг.
— Твой ответ звучал истинно по-гриффиндорски, — с усмешкой заметил Том.
— Хорошо, что это была она, а не другие гриффиндорцы, — покачала головой девушка. — Или еще того хуже, твой фан-клуб. Мне, знаешь ли, все-таки дороги мои духи.
Риддл улыбнулся, обворожительно, лучезарно, с зелено-синими искрами в темных глазах.
— Гриффиндорцы? Фан-клуб? В библиотеке по воскресеньям?
Гермиона неодобрительно хмыкнула:
— Все равно нам надо быть осторожней.
— Я знаю, — согласился Риддл, к его улыбке прибавилась ирония. — Просто это был… как ты там сказала по-гриффиндорски? Минутный порыв.
Она засмеялась, но быстро вновь стала серьезной:
— Идем, Том. Думаю, наше с тобой соглашение вступило в силу.
Он молча кивнул и, наградив ее долгим взглядом, сделал приглашающий жест рукой.
В гостиную Риддл вошел в одиночестве. Гермиона распрощалась с ним где-то в районе третьего этажа, и его это вполне устроило. Он и так слишком много времени провел в компании. Хотя, к собственному удивлению, не особо-то ей и возражал. Обычно Том ценил одиночество, поскольку именно в эти моменты он мог спокойно предаваться раздумьям, не отвлекаясь на комментарии тупиц.
Парень присел на диван и, удобно устроившись в его расслабляющей мягкости, на минуту закрыл глаза. Все произошедшее походило на сон. Волнующий и острый, словно летний мед, словно майская гроза над головой. Чем отличался сон от реальности? Где заканчивалось одно, а начиналось другое? Вдруг он все еще спал, а те странные пренатальные переживания были сном во сне? Поскольку все происходящее по своей невозможности мало чем отличалось от его регулярных в последнее время ночных реминисценций.
Рядом с Томом на диван что-то шлепнулось. Парень лениво открыл глаза. На поверку это что-то оказалось Эйвери.
— Том, пойдем, мне надо что-то тебе показать, — с загадочным видом заявил тот.
Слишком довольная мордаха приятеля Риддлу совсем не понравилась. Но что ему показалось еще более подозрительным — это то, что он не имел ни малейшего представления о предмете разговора. Обычно Том всегда был в курсе происходящего. А если не знал точно — по крайней мере, подозревал. Мда, стоило всего пару дней загулять с девушкой…
— Надеюсь, это что-то того стоит. Я собирался читать, — вставая, слегка раздраженно буркнул он.
— О, ты не пожалеешь, — с плохо скрываемой насмешкой протянул Эйвери.
Том молча кивнул и направился в спальную комнату. Приятель последовал за ним и, войдя вовнутрь, плотно закрыл за собой дверь.
— Смотри. Это нашла Бренвенн на кровати одной особы и показала Лукреции, та позаимствовала и отдала Розье, а Розье передал мне, — парень вытащил из кармана какую-то белую тряпочку. — Догадаешься, кто хозяйка?
Сотня мыслей пробежала в голове Тома, одна невероятней другой. То, что речь шла о Гермионе, было очевидно. Но причем тут этот странный кусок материи?
— С Бренвенн и так все ясно. Но вот не думал, что у благороднейшего и древнейшего семейства Блэков в моде воровать чужие вещи. Зачем Лукреции понадобилось красть эту тряпку у Гаррисвилль? — вскинув бровь, ледяным тоном поинтересовался он.
— У Гаррисвилль. Но не тряпку, — иронично скривился Эйвери и растянул на руках это нечто, которое далеко не сразу идентифицировалось как нижнее белье. — Мы подумали, что это будет для тебя приятным сувениром.
Ощущая, как внутри взрывается огненный фейерверк гнева, Том молча смотрел на кружевные трусики, которые представляли собой небольшой треугольник ткани и несколько тонких тесемок.
— Это просто случайность, Минерва. Признайся честно, ты бы предпочла увидеть парней со своего факультета в обнимку с девушками или подкарауливающими других учеников и нападающими целой бандой на одного? — с практически неуловимой насмешкой отозвался Том.
— В библиотеку ходят, чтобы заниматься! Школьной программой, а не развратом! — гневно отпарировала она.
Гермиона решила вмешаться. В конце концов, это была ее декан и директриса, член Ордена Феникса обоих составов. Вот с кем она могла действительно подружиться… Наверное. Но нельзя. Чем дальше от будущих знакомых — тем лучше.
— Минерва, уверяю тебя, мы занимались, — мягко заявила Гермиона, указывая на раскрытую книгу. — Это был лишь минутный порыв. Каждый может поддаться чувствам. И мы уже уходим.
МакГонагалл строгим взглядом окинула девушку с ног до головы, когда та встала с колен Риддла. Черты старосты слегка смягчились.
— Кхм… Мисс…
— Гермиона Гаррисвилль.
— Надеюсь на ваше благоразумие, Гермиона, — с холодной вежливостью проговорила МакГонагалл. И глядя, как Том поднялся вслед за девушкой и положил руку на ее талию, прибавила: — Если уж Риддл совсем потерял голову.
С этими словами она развернулась и быстро скрылась за стеллажами книг.
— Твой ответ звучал истинно по-гриффиндорски, — с усмешкой заметил Том.
— Хорошо, что это была она, а не другие гриффиндорцы, — покачала головой девушка. — Или еще того хуже, твой фан-клуб. Мне, знаешь ли, все-таки дороги мои духи.
Риддл улыбнулся, обворожительно, лучезарно, с зелено-синими искрами в темных глазах.
— Гриффиндорцы? Фан-клуб? В библиотеке по воскресеньям?
Гермиона неодобрительно хмыкнула:
— Все равно нам надо быть осторожней.
— Я знаю, — согласился Риддл, к его улыбке прибавилась ирония. — Просто это был… как ты там сказала по-гриффиндорски? Минутный порыв.
Она засмеялась, но быстро вновь стала серьезной:
— Идем, Том. Думаю, наше с тобой соглашение вступило в силу.
Он молча кивнул и, наградив ее долгим взглядом, сделал приглашающий жест рукой.
В гостиную Риддл вошел в одиночестве. Гермиона распрощалась с ним где-то в районе третьего этажа, и его это вполне устроило. Он и так слишком много времени провел в компании. Хотя, к собственному удивлению, не особо-то ей и возражал. Обычно Том ценил одиночество, поскольку именно в эти моменты он мог спокойно предаваться раздумьям, не отвлекаясь на комментарии тупиц.
Парень присел на диван и, удобно устроившись в его расслабляющей мягкости, на минуту закрыл глаза. Все произошедшее походило на сон. Волнующий и острый, словно летний мед, словно майская гроза над головой. Чем отличался сон от реальности? Где заканчивалось одно, а начиналось другое? Вдруг он все еще спал, а те странные пренатальные переживания были сном во сне? Поскольку все происходящее по своей невозможности мало чем отличалось от его регулярных в последнее время ночных реминисценций.
Рядом с Томом на диван что-то шлепнулось. Парень лениво открыл глаза. На поверку это что-то оказалось Эйвери.
— Том, пойдем, мне надо что-то тебе показать, — с загадочным видом заявил тот.
Слишком довольная мордаха приятеля Риддлу совсем не понравилась. Но что ему показалось еще более подозрительным — это то, что он не имел ни малейшего представления о предмете разговора. Обычно Том всегда был в курсе происходящего. А если не знал точно — по крайней мере, подозревал. Мда, стоило всего пару дней загулять с девушкой…
— Надеюсь, это что-то того стоит. Я собирался читать, — вставая, слегка раздраженно буркнул он.
— О, ты не пожалеешь, — с плохо скрываемой насмешкой протянул Эйвери.
Том молча кивнул и направился в спальную комнату. Приятель последовал за ним и, войдя вовнутрь, плотно закрыл за собой дверь.
— Смотри. Это нашла Бренвенн на кровати одной особы и показала Лукреции, та позаимствовала и отдала Розье, а Розье передал мне, — парень вытащил из кармана какую-то белую тряпочку. — Догадаешься, кто хозяйка?
Сотня мыслей пробежала в голове Тома, одна невероятней другой. То, что речь шла о Гермионе, было очевидно. Но причем тут этот странный кусок материи?
— С Бренвенн и так все ясно. Но вот не думал, что у благороднейшего и древнейшего семейства Блэков в моде воровать чужие вещи. Зачем Лукреции понадобилось красть эту тряпку у Гаррисвилль? — вскинув бровь, ледяным тоном поинтересовался он.
— У Гаррисвилль. Но не тряпку, — иронично скривился Эйвери и растянул на руках это нечто, которое далеко не сразу идентифицировалось как нижнее белье. — Мы подумали, что это будет для тебя приятным сувениром.
Ощущая, как внутри взрывается огненный фейерверк гнева, Том молча смотрел на кружевные трусики, которые представляли собой небольшой треугольник ткани и несколько тонких тесемок.
Страница 31 из 119
