Эликсир жизни

Обещаю тебе. Поняла?

Девушка продолжала кивать, ее сотрясали бесшумные рыдания. Красивые черты юноши скривились в презрении. Он смотрел на потомственную аристократку с брезгливостью, словно на вшивую, грязную попрошайку.

— Furunkulos!

Парень намеревался потренироваться на мерзкой замухрышке в техниках модификации памяти, чтобы ей не повадно было переходить дорожку кому бы то ни было, кроме гриффиндорцев, и она ни в чем не обвиняла его. Но сейчас был не подходящий момент. Он это сделает чуть позже, через несколько дней.

И даже не подумав снимать с Бренвенн заклятие неслышимости, и едва взглянув на уродливые нарывы, покрывшее ее лицо, Том Риддл вышел из-за колонны и быстрым шагом продолжил свой путь.

Том. Почему ей не верилось, что волшебная круговерть в ее душе вызвана им, будущим красноглазым монстром, убийцей? Его упоительные ласки, его мягкие губы, взгляд, который уносил в обморочную бездну… Будто что-то рушилось, рвалась какая-то завеса на его душе, когда он целовал ее. Его волнистые волосы, юношески-трепетное тело, ангельское лицо словно неосознанно стремились к недополученной в детстве нежности. Так хотелось прижать его крепко-крепко, защитить от злого, слепого мира, от жестокой судьбы, от самого себя. Но хотел ли этого он сам? Разумеется, нет. Если только там — в той остро-звонкой бездне небес, куда они попадали через портал страсти.

Риддл вошел в Большой зал, когда Гермиона допивала последние капли сока и уже собиралась уходить. Улыбнулась ему едва заметно и на этот раз искренне. Том ответил кивком, но его лицо оставалось напряженным, даже мрачным. Он был другим, когда они расставались несколько часов назад. Что могло испортить его настроение? Какие он решал вопросы, проложившие морщинки между его бровей?

Воистину, загадочный Риддл. О Мерлин, что с ней будет, если он пойдет по старому пути, ведущему в тупик, убивающему веру?

Покинув Большой зал, Гермиона прямиком направилась в спальню. Но погрузиться в завораживающие воспоминания ей не дали. Девушка не сразу поняла, почему худенькая фигура Бренвенн, сидящей на кровати и легонько раскачивающейся из сторону в сторону, показалась ей такой неестественной. Лишь увидев обезображенное лицо, от которого Флинт на миг отняла ладони, она осознала, что однокурсница стала жертвой проклятия.

— Бренвенн! Кто это сделал? — Гермиона бросилась к несчастной девушке.

Но та посмотрела в ответ с таким ужасом, будто на ее месте материализовался Кровавый Барон. Рот Бренвенн открылся, словно она кричала, но ни один звук не нарушил тяжелую тишину.

Глаза Гермионы расширились в понимании, она выхватила палочку, и через несколько мгновений крик слизеринки могли услышать чуть ли не в башне Гриффиндора.

— Кто это сделал? — заботливо кладя руку на плечо, повторила Гермиона.

— Уйди от меня! — с ненавистью рявкнула Флинт, отталкивая ее со всей силой.

В этот момент в комнату ворвались Финелла и Роуз. В ужасе уставились на обезображенную подругу и на Гермиону, застывшую у противоположной кровати с палочкой в руке.

— Бренвенн?! Что случилось? — заорала Хиггс, кидаясь к девушке.

— На ней было заклятие неслышимости, — все еще находясь в легком шоке, пояснила Гермиона. — Я его сняла.

Происходящее ей не нравилось. Почему Бренвенн оттолкнула ее, но вовсе не возражала против заботливого кудахтанья Финеллы?

Роуз Яксли хмурилась, ее серые глаза недобро сверкали.

— Кто это сделал? — потребовала она ответ.

— Не твое дело, — зашипела на нее Бренвенн.

Что случилось с этой тихой девочкой? Проявились качества истиной слизеринки? Кому же, во имя Мерлина, понадобилось причинять вред ребенку?

— Ее надо отвести в больничное крыло, — подавляя растерянность в голосе, заметила Гермиона.

— Да, Бренвенн, она права. Потом все расскажешь, если захочешь, — согласилась Хиггс и потянула подругу с кровати.

Поддерживаемая Финеллой, та поднялась и на полпути к двери обернулась к Гермионе:

— Держись от меня подальше вместе со своим… своим… — голос девушки сорвался, и, всхлипнув, она скрылась за дверью.

Кровь отхлынула от лица Гермионы. Невидяще смотря вслед однокурснице, она чувствовала, как прерывисто бьется сердце. Том. Что ты опять натворил, Том?

— Ты в курсе происходящего? — вкрадчивый голос Яксли вывел ее из оцепенения.

Гермиона повернула голову и встретила пронзительный взгляд глубоко посаженных серых глаз.

— Настолько же, насколько и ты, — покачав головой, отозвалась она. — Я была с Риддлом, потом вернулась в библиотеку. А после ужина — сразу сюда.

— Бренвенн не было в Большом зале. А Риддл почти опоздал, — вскинув бровь, заметила Роуз.

Стараясь не выдать своего рвущегося волнения, Гермиона равнодушно пожала плечами:

— Многих не было на ужине.