Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14648
Интересно, высоко ли он оценит ее методы, если подойти — и со всего размаха по этому самому красивому лицу. А можно и не по лицу. Но тоже весьма красивому месту. Стоп, Гермиона.
Усевшись рядом с ним за парту, девушка заработала пару тяжелых взглядов с лошадиными дозами ненависти. Фан-клуб душегуба был в своем репертуаре. Состряпав на лице маску истинной слизеринки, она достала из сумки пергамент.
— Вот, смотри. Это расчеты для заклинания. А вот этот для зелья.
Том перестал улыбаться своему фан-клубу, подвинул свиток к себе и пробежался по нему взглядом.
— О, число жизненного пути, — оживленно заметил он. — У меня семь, а у тебя девять.
Когда он произносил «семь», весь его вид так и кричал о нарциссическом самолюбовании. Как же она раньше не подумала, это же еще одна причина семи хоркруксов! 31+12+1926 =7
— Интересное у нас получается сочетание, — между тем довольно вещал Том. — Семь и девять: исследователь высот метафизики и глобальный реформатор. Сочетание внутренней мудрости и космического сознания… Хочешь помочь всему миру, Гермиона?
Вопрос застал девушку врасплох. Имел ли он под собой глубокий подтекст? Что Риддл подозревал? С трудом взяв себя в руки, девушка выдавила ухмылку:
— Пользуйся моей склонностью к филантропии, Том. Все посмотрел?
И она указала на расчеты.
— Придраться не к чему. Великолепно, — ослепительно улыбнулся Риддл и положил руку на ее колено.
От неожиданности девушка чуть не подпрыгнула. Хорошо хоть парта скрывала его наглость от глаз не менее наглого фан-клуба.
— Лучше проверь еще раз, — язвительно заметила она.
— Проверю, — проникновенно отозвался Риддл.
Он поймал ее взгляд. В его глазах плясали чертики. Гермиона состроила авадо-непробиваемое лицо, и он, наконец, убрал руку.
— Что с зельями? — строго поинтересовалась девушка.
Том выложил на стол исписанный пергамент.
— Я составил список всего, что нам понадобится. Не правда ли, впечатляет?
— Да, продавцы на нас разбогатеют, — протянула Гермиона, прикидывая, на сколько галеонов придется разорить Ровену.
Лицо Риддла вдруг стало серьезным, и он склонился к девушке, чуть не касаясь губами уха:
— Ты не боишься променада по Лютному переулку?
— Я уже испытала это, не волнуйся, — хмыкнула она, с отвращением вспоминая уродливые толпы мрачных личностей.
Но что не сделаешь ради бесценных книг о Философском камне и поиска любых источников информации о хоркруксах? Среди легальных изданий нашлись по теме только исследования Гермеса Трисмегиста и одна приличная работа по основам алхимии. Остальные книги были совершенно несерьезными.
Риддл наградил ее оценивающим взглядом, и ей даже показалось, что в нем читалось уважение. Да, сильных уважать легко, куда сложнее — слабых и беспомощных.
Неожиданно для девушки Том улыбнулся:
— Я собираюсь делать домашнее задание по зельям. Присоединишься?
Удивленная Гермиона молча смотрела на него, пока ее губы сами собой не прошептали «да».
Том встретился с Гермионой рано, сразу после завтрака. Девушка заявила, что путешествие в Косой переулок она берет на себя. И парень надеялся, что нарушительница правил придумала лучший способ передвижения до Лондона, чем верхом на метлах.
Его надеждам суждено было оправдаться. Сначала Том немного удивился, когда Гермиона потащила его на четвертый этаж, к статуе одноглазой горбуньи. Но каково же было его изумление, когда там открылся потайной ход. Неизвестный и куда более удобный. Позор ему, сначала Тайная комната, теперь это. Но он был готов поклясться бородой Салазара, что причина подобного всезнания лежала куда глубже, чем сказки загадочного друга девушки. Возможно ли, что Гермиона натолкнулась на древнюю книгу про Хогвартс? Кого-нибудь из основателей? И уж не самого ли Слизерина? Иначе дело было еще запутанней. И хуже.
Потайной ход закончился неожиданным сюрпризом. «Сладкое королевство» пахнуло в нос вкусными запахами, а глаза разбежались по полкам с яркими конфетами. Гермиона купила засахаренных ананасов и шоколадных лягушек и припрятала их в карман своей длинной, черной мантии. Том хмыкнул при мысли, что у большинства женщин это уже не лечится. Она опять начнет его подкармливать. В далеком детстве ему всегда совала сладости старушка-воспитательница, упорно не веря дурным слухам о милом мальчике…
Из «Сладкого королевства» Гермиона потащила его в магазин одежды, где заставила выбрать длинную, черную мантию с капюшоном, очень напоминающую ее собственную. В таком наряде легко было скрываться от посторонних глаз.
Усевшись рядом с ним за парту, девушка заработала пару тяжелых взглядов с лошадиными дозами ненависти. Фан-клуб душегуба был в своем репертуаре. Состряпав на лице маску истинной слизеринки, она достала из сумки пергамент.
— Вот, смотри. Это расчеты для заклинания. А вот этот для зелья.
Том перестал улыбаться своему фан-клубу, подвинул свиток к себе и пробежался по нему взглядом.
— О, число жизненного пути, — оживленно заметил он. — У меня семь, а у тебя девять.
Когда он произносил «семь», весь его вид так и кричал о нарциссическом самолюбовании. Как же она раньше не подумала, это же еще одна причина семи хоркруксов! 31+12+1926 =7
— Интересное у нас получается сочетание, — между тем довольно вещал Том. — Семь и девять: исследователь высот метафизики и глобальный реформатор. Сочетание внутренней мудрости и космического сознания… Хочешь помочь всему миру, Гермиона?
Вопрос застал девушку врасплох. Имел ли он под собой глубокий подтекст? Что Риддл подозревал? С трудом взяв себя в руки, девушка выдавила ухмылку:
— Пользуйся моей склонностью к филантропии, Том. Все посмотрел?
И она указала на расчеты.
— Придраться не к чему. Великолепно, — ослепительно улыбнулся Риддл и положил руку на ее колено.
От неожиданности девушка чуть не подпрыгнула. Хорошо хоть парта скрывала его наглость от глаз не менее наглого фан-клуба.
— Лучше проверь еще раз, — язвительно заметила она.
— Проверю, — проникновенно отозвался Риддл.
Он поймал ее взгляд. В его глазах плясали чертики. Гермиона состроила авадо-непробиваемое лицо, и он, наконец, убрал руку.
— Что с зельями? — строго поинтересовалась девушка.
Том выложил на стол исписанный пергамент.
— Я составил список всего, что нам понадобится. Не правда ли, впечатляет?
— Да, продавцы на нас разбогатеют, — протянула Гермиона, прикидывая, на сколько галеонов придется разорить Ровену.
Лицо Риддла вдруг стало серьезным, и он склонился к девушке, чуть не касаясь губами уха:
— Ты не боишься променада по Лютному переулку?
— Я уже испытала это, не волнуйся, — хмыкнула она, с отвращением вспоминая уродливые толпы мрачных личностей.
Но что не сделаешь ради бесценных книг о Философском камне и поиска любых источников информации о хоркруксах? Среди легальных изданий нашлись по теме только исследования Гермеса Трисмегиста и одна приличная работа по основам алхимии. Остальные книги были совершенно несерьезными.
Риддл наградил ее оценивающим взглядом, и ей даже показалось, что в нем читалось уважение. Да, сильных уважать легко, куда сложнее — слабых и беспомощных.
Неожиданно для девушки Том улыбнулся:
— Я собираюсь делать домашнее задание по зельям. Присоединишься?
Удивленная Гермиона молча смотрела на него, пока ее губы сами собой не прошептали «да».
Глава 10. Лютный переулок
Субботнее утро было хмурым. Сентябрьское небо, затянутое мрачными тучами цвета потемневшего серебра, застыло в предвкушении дождя. И даже ветер, казалось, не вмешивался в это тягостное ожидание.Том встретился с Гермионой рано, сразу после завтрака. Девушка заявила, что путешествие в Косой переулок она берет на себя. И парень надеялся, что нарушительница правил придумала лучший способ передвижения до Лондона, чем верхом на метлах.
Его надеждам суждено было оправдаться. Сначала Том немного удивился, когда Гермиона потащила его на четвертый этаж, к статуе одноглазой горбуньи. Но каково же было его изумление, когда там открылся потайной ход. Неизвестный и куда более удобный. Позор ему, сначала Тайная комната, теперь это. Но он был готов поклясться бородой Салазара, что причина подобного всезнания лежала куда глубже, чем сказки загадочного друга девушки. Возможно ли, что Гермиона натолкнулась на древнюю книгу про Хогвартс? Кого-нибудь из основателей? И уж не самого ли Слизерина? Иначе дело было еще запутанней. И хуже.
Потайной ход закончился неожиданным сюрпризом. «Сладкое королевство» пахнуло в нос вкусными запахами, а глаза разбежались по полкам с яркими конфетами. Гермиона купила засахаренных ананасов и шоколадных лягушек и припрятала их в карман своей длинной, черной мантии. Том хмыкнул при мысли, что у большинства женщин это уже не лечится. Она опять начнет его подкармливать. В далеком детстве ему всегда совала сладости старушка-воспитательница, упорно не веря дурным слухам о милом мальчике…
Из «Сладкого королевства» Гермиона потащила его в магазин одежды, где заставила выбрать длинную, черную мантию с капюшоном, очень напоминающую ее собственную. В таком наряде легко было скрываться от посторонних глаз.
Страница 37 из 119
