Фандом: Гарри Поттер. Старый дом на площади Гриммо жадно хранит свои тайны.
Добавить в моё избранное
61 мин, 41 сек 577
Он не понимал, как может Риддл в их положении думать о чем-либо кроме спасения, но тот с жадным блеском в глазах хватал книги одну за другой и злобно шипел на Гарри, когда он пытался напомнить, что им нужно двигаться вперед.
В этот раз Поттер решил, что достаточно потакал капризам осколка души Волдеморта, и хотел было высказать все, что думает, но тут до его ушей донесся тихий, мелодичный перезвон. Он оглянулся, отошел на пару шагов и замер, открыв рот.
Пожалуй, это было самым красивым зрелищем, что он видел в старом доме Блэков. Посреди широкого прохода, который образовывали стоящие в два ряда шкафы с зеркальными дверцами, плавали в воздухе, переливаясь и мелодично позвякивая, десятки хрустальных флакончиков разного цвета — от светло-желтого до почти черного, кружились и блестели граненые сферы из неизвестного Гарри материала, а сотни мелких бусинок окружали все это разноцветным облаком, которое без остановки двигалось, перемешивалось и мягко мерцало.
Гарри сам не заметил, как завороженный этим видом сделал шаг вперед. Потом еще и еще один, пока разноцветное мерцающее облако не окружило его со всех сторон, не заставило забыть обо всем и во все глаза, до рези, до боли, смотреть и смотреть…
— Гарри! — крик долетел до него как сквозь вату. Он медленно, неохотно обернулся и увидел Риддла, который прожигал его бешеным, разъяренным взглядом, но не подходил ближе. — Выйди оттуда!
Он медленно моргнул, попробовал сделать шаг назад, но тело будто попало в воздушный капкан — не пошевелиться, ни вздохнуть. Его легкие горели, сердце стучало где-то в горле, а когда он краем глаза увидел отражения в окружавших его зеркалах, из горла вырвался задушенный хрип.
Там, из темной глубины, из бесконечного коридора, что создали стоящие друг напротив друга зеркала, за ним наблюдали сотни глаз. Без лиц и ртов, без тел, они жадно смотрели на него черными зрачками, и Гарри чувствовал, как под этими взглядами тело начинает тянуть, тащить одновременно в обе стороны, сразу к обоим рядам зеркал. Он напряг все силы, но это не помогло — руки тянуло все сильнее, пока с громким хрустом не выскочили суставы. Гарри надрывно заорал, захлебнулся болью, которая вдруг прошила все тело, и тут краем глаза увидел, как в одно из зеркал прилетел желтый луч. А потом еще и еще, и с каждым осколком зеркала, что со звоном разбивалось об пол, напряжение спадало, отпускало, и тело переставало рвать на части.
Когда последняя груда осколков осыпалась на пол, Поттер рухнул вниз, как подкошенный, а на него сверху дождем посыпались бусины, флакончики и сферы.
Гарри лежал, не в силах пошевелиться. Любое движение вызывало такую сильную боль, что темнело в глазах. Когда он увидел над собой взбешенного Риддла, который держал в руках его собственную палочку, то понял, что живым из дома ему не выбраться.
— Ты же маг, Гарри, — показательно спокойно сказал он, хотя пляшущие в глазах красные искры выдавали ярость. — Ты должен знать, что соваться в странные, непонятные места без палочки может быть опасно.
— Как будто ты не пошел словно под Империусом к той свече, — хрипло рассмеялся Гарри. — Том, что тебе еще нужно? Ты получил мою палочку, как и хотел, разве теперь ты оставишь меня в живых?
— С каждым лишним словом твои шансы тают, — хищно, зло усмехнулся Риддл. — Но Гарри, разве это не будет для тебя избавлением? — добавил он притворно ласково и нежно погладил Поттера по взмокшей щеке. — Разве это не лучший конец, чем медленная смерть от голода? Тебе стоит только попросить, и я избавлю тебя от страданий, — Риддл будто случайно задел ногой плечо Гарри, и тот глухо взвыл от прострелившей тело боли.
— Без меня, — выдохнул Поттер, когда немного пришел в себя, — тебе ни за что не найти медальон. Кричер снова запрет тебя в комнате, но в этот раз никто не придет, чтобы открыть дверь.
Гарри хотел добавить еще что-то, но тут уловил краем глаза, что маленький осколок зеркала, который вместе с остальными не упал на пол, наливается светом, и одновременно услышал скрип падающего на них шкафа. Риддл тоже заметил это и хотел отскочить в сторону, но Гарри превозмогая боль, со всей силы пнул его в колено, и спустя мгновение их накрыла темнота.
Гарри очнулся на холодном полу от ставшего уже привычным ворчания:
— Гадкий, мерзкий хозяин, лучше бы он умер… Плохой хозяин, который дружит с грязнокровками…
— Кричер, — выдохнул Гарри, с трудом открывая глаза, — ах ты злобная развалина, я столько раз тебя звал…
— Кричер не хочет приходить к мерзкому хозяину. Гадкий хозяин дружит с…
— Да-да, я помню, не нужно повторять, — перебил его Гарри и с удивлением понял, что тело больше не болит. — Ты меня вылечил?
— Кричер не хотел лечить, Кричер просил хозяюшку, но мерзкий хозяин мог умереть… Гадкий хозяин…
Домовой эльф отвернулся и, ничего больше не слушая, вышел. Гарри поморщился и встал с пола.
В этот раз Поттер решил, что достаточно потакал капризам осколка души Волдеморта, и хотел было высказать все, что думает, но тут до его ушей донесся тихий, мелодичный перезвон. Он оглянулся, отошел на пару шагов и замер, открыв рот.
Пожалуй, это было самым красивым зрелищем, что он видел в старом доме Блэков. Посреди широкого прохода, который образовывали стоящие в два ряда шкафы с зеркальными дверцами, плавали в воздухе, переливаясь и мелодично позвякивая, десятки хрустальных флакончиков разного цвета — от светло-желтого до почти черного, кружились и блестели граненые сферы из неизвестного Гарри материала, а сотни мелких бусинок окружали все это разноцветным облаком, которое без остановки двигалось, перемешивалось и мягко мерцало.
Гарри сам не заметил, как завороженный этим видом сделал шаг вперед. Потом еще и еще один, пока разноцветное мерцающее облако не окружило его со всех сторон, не заставило забыть обо всем и во все глаза, до рези, до боли, смотреть и смотреть…
— Гарри! — крик долетел до него как сквозь вату. Он медленно, неохотно обернулся и увидел Риддла, который прожигал его бешеным, разъяренным взглядом, но не подходил ближе. — Выйди оттуда!
Он медленно моргнул, попробовал сделать шаг назад, но тело будто попало в воздушный капкан — не пошевелиться, ни вздохнуть. Его легкие горели, сердце стучало где-то в горле, а когда он краем глаза увидел отражения в окружавших его зеркалах, из горла вырвался задушенный хрип.
Там, из темной глубины, из бесконечного коридора, что создали стоящие друг напротив друга зеркала, за ним наблюдали сотни глаз. Без лиц и ртов, без тел, они жадно смотрели на него черными зрачками, и Гарри чувствовал, как под этими взглядами тело начинает тянуть, тащить одновременно в обе стороны, сразу к обоим рядам зеркал. Он напряг все силы, но это не помогло — руки тянуло все сильнее, пока с громким хрустом не выскочили суставы. Гарри надрывно заорал, захлебнулся болью, которая вдруг прошила все тело, и тут краем глаза увидел, как в одно из зеркал прилетел желтый луч. А потом еще и еще, и с каждым осколком зеркала, что со звоном разбивалось об пол, напряжение спадало, отпускало, и тело переставало рвать на части.
Когда последняя груда осколков осыпалась на пол, Поттер рухнул вниз, как подкошенный, а на него сверху дождем посыпались бусины, флакончики и сферы.
Гарри лежал, не в силах пошевелиться. Любое движение вызывало такую сильную боль, что темнело в глазах. Когда он увидел над собой взбешенного Риддла, который держал в руках его собственную палочку, то понял, что живым из дома ему не выбраться.
— Ты же маг, Гарри, — показательно спокойно сказал он, хотя пляшущие в глазах красные искры выдавали ярость. — Ты должен знать, что соваться в странные, непонятные места без палочки может быть опасно.
— Как будто ты не пошел словно под Империусом к той свече, — хрипло рассмеялся Гарри. — Том, что тебе еще нужно? Ты получил мою палочку, как и хотел, разве теперь ты оставишь меня в живых?
— С каждым лишним словом твои шансы тают, — хищно, зло усмехнулся Риддл. — Но Гарри, разве это не будет для тебя избавлением? — добавил он притворно ласково и нежно погладил Поттера по взмокшей щеке. — Разве это не лучший конец, чем медленная смерть от голода? Тебе стоит только попросить, и я избавлю тебя от страданий, — Риддл будто случайно задел ногой плечо Гарри, и тот глухо взвыл от прострелившей тело боли.
— Без меня, — выдохнул Поттер, когда немного пришел в себя, — тебе ни за что не найти медальон. Кричер снова запрет тебя в комнате, но в этот раз никто не придет, чтобы открыть дверь.
Гарри хотел добавить еще что-то, но тут уловил краем глаза, что маленький осколок зеркала, который вместе с остальными не упал на пол, наливается светом, и одновременно услышал скрип падающего на них шкафа. Риддл тоже заметил это и хотел отскочить в сторону, но Гарри превозмогая боль, со всей силы пнул его в колено, и спустя мгновение их накрыла темнота.
Гарри очнулся на холодном полу от ставшего уже привычным ворчания:
— Гадкий, мерзкий хозяин, лучше бы он умер… Плохой хозяин, который дружит с грязнокровками…
— Кричер, — выдохнул Гарри, с трудом открывая глаза, — ах ты злобная развалина, я столько раз тебя звал…
— Кричер не хочет приходить к мерзкому хозяину. Гадкий хозяин дружит с…
— Да-да, я помню, не нужно повторять, — перебил его Гарри и с удивлением понял, что тело больше не болит. — Ты меня вылечил?
— Кричер не хотел лечить, Кричер просил хозяюшку, но мерзкий хозяин мог умереть… Гадкий хозяин…
Домовой эльф отвернулся и, ничего больше не слушая, вышел. Гарри поморщился и встал с пола.
Страница 9 из 17
