Фандом: Средиземье Толкина. Леголас, отвергнутый Трандуилом, уезжает из родного Лихолесья в Ривенделл, надеясь обрести покой и утешение в обители мудрого лорда Элронда. Он дал себе слово вернуться к благочестивой жизни и навсегда забыть о порочных наслаждениях дворца. Но, как это всегда бывает, с самого начала всё пошло не так, и Ривенделл оказывается полон самых разнообразных соблазнов, перед которыми наш принц не в силах устоять.
Добавить в моё избранное
83 мин, 33 сек 2713
Леголас почувствовал, что теряет сознание.
Вот палец Эрестора чуть надавил на губы принца, заставляя его приоткрыть рот; Леголас покорно обхватил губами липкий от крема палец и, закрыв глаза, облизал его. Даже сейчас, с закрытыми глазами, он чувствовал на себе взгляд старшего советника — странный, пронизывающий, немигающий, этот взгляд одновременно пугал и волновал Леголаса. Ему казалось, что Эрестор видит его насквозь. Видит, насколько глубоко Леголас погряз в трясине сладострастия, насколько сильно он возбужден… Принц открыл глаза. На губах старшего советника змеилась недобрая улыбка; Леголас чувствовал, что она не предвещает ничего хорошего, но продолжал смотреть на губы Эрестора, как зачарованный. Эрестор медленно вынул палец у него изо рта, усмехнулся — его светлые, отливающие желтизной глаза тускло вспыхнули — и лизнул свой палец, словно хотел попробовать Леголаса на вкус. Принц не сразу понял, что заставило его содрогнуться; но когда Эрестор со змеиной грацией скользнул вперед, приблизив свое лицо к лицу юноши, Леголас с ужасом увидел, что по влажным губам советника скользит раздвоенный язык.
А в следующий миг Эрестор вовлек Леголаса в неторопливый, тягучий поцелуй, и этот язык скользнул в рот принца, щекоча и проникая всё глубже… Леголас в ужасе замычал что-то и забился в объятиях советника, отчаянно силясь оттолкнуть его от себя; но тот оказался на удивление сильным, и попытки Леголаса вырваться привели лишь к тому, что Эрестор еще крепче схватил несчастного юношу. Только сейчас Леголас заметил, что холеные пальцы советника заканчиваются длинными заостренными когтями — они впивались в плоть принца и сдирали кожу… Эрестор наконец оторвался от губ Леголаса; он снова облизнулся, сверкнул глазами и вдруг заулыбался, обнажая в этой хищной улыбке острые, как иглы, зубы, которых было явно больше, чем положено иметь эльфу.
— Ну что же вы, милый принц, — произнес он шепотом, больше смахивающим на змеиное шипение. — Полно вам трепыхаться. Скоро в Имладрис прибудет ваш отец… Ах, жду не дождусь, когда я смогу полакомиться этим мясистым, сочным, аппетитным эльфом! А вы так — легкая закуска перед главным блюдом, — Эрестор опять облизнулся, скользнув раздвоенным языком по острым клыкам.
Леголас взглянул в глаза советника, полыхающие желтым огнем, — и с криком проснулся.
Тяжело дыша, принц сидел в постели, зачем-то натягивая покрывало до шеи. Он никак не мог прийти в себя после своего кошмара — или эротического сна… В общем, после своего эротического кошмара. Взглянув вниз, Леголас обнаружил, что его эрекция до сих пор не опала, а на покрывале красуется небольшое пятнышко смазки. Чувствуя, что стремительно краснеет, Леголас отбросил покрывало, скомкав его так, чтобы никто не заметил следов его бурного сна, и вскочил с постели, желая поскорее натянуть на себя штаны. Но одежда принца как сквозь землю провалилась. Леголас заглянул под кровать, надеясь, что вчера, укладываясь спать в расстроенных чувствах, он мог скинуть свою одежду на пол, а потом ненароком запнуть ее под кровать. Там действительно лежало что-то, похожее на комок тряпья; Леголас попытался дотянуться до него, но он лежал слишком далеко, почти у самой стены. Тогда принц встал на четвереньки и сделал новую попытку… В таком положении и обнаружили его Элладан и Элрохир, с криками и гиканьем влетевшие в спальню.
— Эй, Трандуилион! — вопили они наперебой. — Малыш-Трандуилион! Твой отец уже… Ух ты, — взгляд близнецов упал на ничем не прикрытый зад Леголаса. — А что это ты делаешь? Нас ждешь, что ли? — братья дружно прыснули. — Это ты, конечно, здорово придумал.
Сделав отчаянный рывок, Леголас сумел-таки схватить комок тряпья и поспешно им прикрылся. Тряпье оказалось вовсе не штанами, как хотелось бы Леголасу, а сорочкой; надев ее, принц понял, что она коротковата и едва прикрывает пах. Покраснев еще гуще, Леголас метнулся к постели, собираясь забраться под покрывало, — но куда там! Элрохир как по волшебству оказался между принцем и спасительной кроватью. Леголас, начав паниковать, отступил — и тут же натолкнулся на Элладана. Зажав принца с двух сторон, близнецы снова затараторили:
— Ну куда ты все время от нас убегаешь, прекрасный принц? — Элладан проник руками под сорочку и принялся ласкать ягодицы и член Леголаса, а Элрохир облизывал ухо принца, одновременно пощипывая его соски. — Ты должен быть благодарен нам, ведь мы принесли тебе добрую весть! Король Трандуил уже в Имладрисе. Приехал вместе со всей своей свитой… и со своим орком!
Левое крыло
Эрестор медленно вел пальцем по губам Леголаса, размазывая по ним сливочный крем. Леголас прерывисто вздохнул. Он хотел спросить, что старший советник делает в его комнате, но светлые, кажущиеся пустыми глаза Эрестора будто гипнотизировали его, парализуя тело и волю. Поэтому Леголас молчал, дышал через раз и беспомощно смотрел на советника, как кролик на удава.Вот палец Эрестора чуть надавил на губы принца, заставляя его приоткрыть рот; Леголас покорно обхватил губами липкий от крема палец и, закрыв глаза, облизал его. Даже сейчас, с закрытыми глазами, он чувствовал на себе взгляд старшего советника — странный, пронизывающий, немигающий, этот взгляд одновременно пугал и волновал Леголаса. Ему казалось, что Эрестор видит его насквозь. Видит, насколько глубоко Леголас погряз в трясине сладострастия, насколько сильно он возбужден… Принц открыл глаза. На губах старшего советника змеилась недобрая улыбка; Леголас чувствовал, что она не предвещает ничего хорошего, но продолжал смотреть на губы Эрестора, как зачарованный. Эрестор медленно вынул палец у него изо рта, усмехнулся — его светлые, отливающие желтизной глаза тускло вспыхнули — и лизнул свой палец, словно хотел попробовать Леголаса на вкус. Принц не сразу понял, что заставило его содрогнуться; но когда Эрестор со змеиной грацией скользнул вперед, приблизив свое лицо к лицу юноши, Леголас с ужасом увидел, что по влажным губам советника скользит раздвоенный язык.
А в следующий миг Эрестор вовлек Леголаса в неторопливый, тягучий поцелуй, и этот язык скользнул в рот принца, щекоча и проникая всё глубже… Леголас в ужасе замычал что-то и забился в объятиях советника, отчаянно силясь оттолкнуть его от себя; но тот оказался на удивление сильным, и попытки Леголаса вырваться привели лишь к тому, что Эрестор еще крепче схватил несчастного юношу. Только сейчас Леголас заметил, что холеные пальцы советника заканчиваются длинными заостренными когтями — они впивались в плоть принца и сдирали кожу… Эрестор наконец оторвался от губ Леголаса; он снова облизнулся, сверкнул глазами и вдруг заулыбался, обнажая в этой хищной улыбке острые, как иглы, зубы, которых было явно больше, чем положено иметь эльфу.
— Ну что же вы, милый принц, — произнес он шепотом, больше смахивающим на змеиное шипение. — Полно вам трепыхаться. Скоро в Имладрис прибудет ваш отец… Ах, жду не дождусь, когда я смогу полакомиться этим мясистым, сочным, аппетитным эльфом! А вы так — легкая закуска перед главным блюдом, — Эрестор опять облизнулся, скользнув раздвоенным языком по острым клыкам.
Леголас взглянул в глаза советника, полыхающие желтым огнем, — и с криком проснулся.
Тяжело дыша, принц сидел в постели, зачем-то натягивая покрывало до шеи. Он никак не мог прийти в себя после своего кошмара — или эротического сна… В общем, после своего эротического кошмара. Взглянув вниз, Леголас обнаружил, что его эрекция до сих пор не опала, а на покрывале красуется небольшое пятнышко смазки. Чувствуя, что стремительно краснеет, Леголас отбросил покрывало, скомкав его так, чтобы никто не заметил следов его бурного сна, и вскочил с постели, желая поскорее натянуть на себя штаны. Но одежда принца как сквозь землю провалилась. Леголас заглянул под кровать, надеясь, что вчера, укладываясь спать в расстроенных чувствах, он мог скинуть свою одежду на пол, а потом ненароком запнуть ее под кровать. Там действительно лежало что-то, похожее на комок тряпья; Леголас попытался дотянуться до него, но он лежал слишком далеко, почти у самой стены. Тогда принц встал на четвереньки и сделал новую попытку… В таком положении и обнаружили его Элладан и Элрохир, с криками и гиканьем влетевшие в спальню.
— Эй, Трандуилион! — вопили они наперебой. — Малыш-Трандуилион! Твой отец уже… Ух ты, — взгляд близнецов упал на ничем не прикрытый зад Леголаса. — А что это ты делаешь? Нас ждешь, что ли? — братья дружно прыснули. — Это ты, конечно, здорово придумал.
Сделав отчаянный рывок, Леголас сумел-таки схватить комок тряпья и поспешно им прикрылся. Тряпье оказалось вовсе не штанами, как хотелось бы Леголасу, а сорочкой; надев ее, принц понял, что она коротковата и едва прикрывает пах. Покраснев еще гуще, Леголас метнулся к постели, собираясь забраться под покрывало, — но куда там! Элрохир как по волшебству оказался между принцем и спасительной кроватью. Леголас, начав паниковать, отступил — и тут же натолкнулся на Элладана. Зажав принца с двух сторон, близнецы снова затараторили:
— Ну куда ты все время от нас убегаешь, прекрасный принц? — Элладан проник руками под сорочку и принялся ласкать ягодицы и член Леголаса, а Элрохир облизывал ухо принца, одновременно пощипывая его соски. — Ты должен быть благодарен нам, ведь мы принесли тебе добрую весть! Король Трандуил уже в Имладрисе. Приехал вместе со всей своей свитой… и со своим орком!
Страница 13 из 24
