В тени Гедониста

Он смотрел, как Глорфиндель принимает в себя член короля Трандуила, и мечтал оказаться на его месте, как вдруг неведомая сила схватила принца, приподняла над землей и вжала во что-то твердое и горячее, терпко пахнущее странно знакомым запахом, который будил в Леголасе смешанное чувство стыда, отвращения и желания.

— Ласи, — прогудел над ухом у принца грудной голос. С опаской приоткрыв глаза, Леголас увидел перед собой хищную физиономию Больга, который улыбался во все свои острые зубы и смотрел на принца так ласково, словно тот был его любимым домашним питомцем.

— Больг, Больг, это ты! — завопили Элладан и Элрохир; они выскочили из своего укрытия, позабыв о том, что Трандуил и Глорфиндель теперь уж точно их заметят, и запрыгали вокруг орка. — Это ты, это ты, неужели это ты! Иди к нам, Больг, будет весело!

Больг замотал головой, по-прежнему прижимая к себе обмершего от неожиданности Леголаса, который болтался над землей, прижатый к его горячей груди, и уже почти задыхался от чересчур крепких объятий орка.

— Ласи, — повторил Больг. Элладан и Элрохир сникли.

— Ну вот, — протянули они. — Всё достается этому дохлому эльфёнку — и Трандуил, и Больг… Где справедливость?

— Больг! — раздался голос Трандуила, и тот повернулся и зашагал к отцу, волоча беднягу Леголаса за собой. — Больг, хочешь к нам, сын? — у принца едва не остановилось сердце, когда он услышал, что отец назвал орка своим сыном, даже не взглянув на него, Леголаса.

Больг опять покачал головой, виновато проурчал что-то и ткнул пальцем в принца — тот вскрикнул от боли и закашлялся.

— Хорошо, как хочешь, — улыбнулся Трандуил. Он поднялся на ноги, с любовью посмотрел на Больга, потрепал его по щеке и, взглянув ему за спину, бросил близнецам небрежно:

— Что это вы там делали в кустах, благородные юноши?

— Собирали цветы! — тут же нашелся Элрохир.

— Вот, — Элладан подлетел к королю и, хитро сверкнув глазами, воткнул ему в волосы желтый цветок. — Вам очень идет, дядя Трандуил.

Тот усмехнулся, оценивающе оглядев братьев.

— Не сомневаюсь… Возможно, вместе мы соберем еще больше цветов? Как вы думаете?

— Это уж без сомнения! — с готовностью отозвались близнецы и вмиг юркнули к Трандуилу в объятья. Леголас отвернулся, спрятав лицо на груди Больга.

Когда он наконец открыл глаза, то обнаружил, что Больг унес его от пруда и теперь шагает куда-то прямо через сад, топча чудесные клумбы. Леголаса уже порядком укачало, но принц посчитал свое недомогание следствием душевной раны, которую нанес ему отец, поэтому он капризно захныкал и начал выворачиваться из рук Больга. Тот не понял, чем опять недоволен странный эльф, и попытался утихомирить его легким шлепком, из-за чего Леголас еще пуще разрыдался.

— Ласи, — укоризненно прогудел Больг, но все-таки ослабил хватку и бережно поставил принца на землю. Орк попытался было утереть слезы с его лица, но Леголас с истерическим рыданием отбросил его лапы и, закрыв лицо руками, заплакал в голос.

— Отстань от меня! — визгливо вскрикнул он. — Что ты ко мне пристал? Ненавижу тебя! Ненавижу! — Леголас демонстративно рухнул на траву, скорчился на ней и начал тереть глаза, захлебываясь рыданиями.

Некоторое время Больг недоуменно наблюдал за ним, склонив голову к плечу; он хмурился, пытаясь понять, что не так с этим эльфом, и в конце концов пришел к гениальному умозаключению, что тот, наверное, проголодался — вот и плачет от голода. Больг, обрадованный тем, что наконец разрешил эту задачу, деловито огляделся.

— Ласи, — позвал он, нежно пихнув эльфа в бок. Тот поднял на Больга заплаканные глаза.

— Ну чего тебе еще? — прохныкал он.

— Вот, — сказал Больг — и ткнул в лицо Леголасу гроздь ягод, которую он не сорвал с ветки, а попросту пригнул к земле вместе со всем деревцем. — Ешь, — рявкнул орк доброжелательно и добавил, старательно выговаривая неудобное эльфийское слово: — Ягоды.

Леголас тоскливо посмотрел на Больга — тот широко улыбался, явно довольный собой. Подумать только — ведь Трандуил любит это низкое, грубое, уродливое создание Моргота… Принц снова начал всхлипывать, чем привел своего орка в крайнее замешательство. Больг оторвал гроздь зубами, пожевал, прислушиваясь к вкусу, проглотил — вроде бы, вкусно… Чего еще надо этому странному эльфу? Больг задумался, размышляя, что еще может настолько огорчать, и вспомнил, как когда-то в детстве, убежав от отца, он наелся в лесу каких-то грибов, и потом долго мучился животом. Сомнений нет — та же беда приключилась и с его эльфом. Больг взглянул на заплаканное личико Леголаса и искренне ему посочувствовал.

— Идем, — рыкнул он, поднимая принца на ноги. Потом еще раз посмотрел на его бледное лицо и, решив, что эльф явно болен настолько, что не сможет идти, взвалил его себе на плечо и побежал к дому.