Фандом: Гарри Поттер. Как Гермиона уговорила родителей уехать в Австралию? И как их теперь оттуда вернуть?
Добавить в моё избранное
11 мин, 23 сек 226
И рассказала бы. Если бы спросили. Только они не спрашивали — ни о том Обливиэйте, ни вообще о ее родителях. Их, конечно, можно было понять, у них у каждого своих дел и проблем по горло, у Рона погиб в Битве брат, Гарри рвало крышу от того, что он больше никому ничего не должен, и он все потихоньку пытался то взять на себя ответственность за судьбу мира, то решить, что он виноват в смерти Тонкс, Фреда, Ремуса, еще кого-нибудь… но у Гермионы тоже были свои проблемы, а она не забывала вызнать у ребят, как у них дела, и спросить их о том, что их волнует, так и они могли бы… наверное… если бы захотели. А сама она им навязываться со своими заботами не собиралась, хотя и понимала, что в ее поведении куда больше мелкой ребяческой обиды, чем благородства, которым ей хотелось бы это оправдать. А и пусть! Все равно пускай сначала спросят. Поэтому Гермиона нагло врала и получала с этого забавные бонусы вроде вытянувшихся лиц ребят.
Иногда она думала, что заигралась. Что, чем варить зелья в одиночку, надо было давно припахать ребят, они бы, небось, только рады были помочь, но остановиться не было уже никаких сил. Тем временем Рон наконец оправился от изумления и спросил:
— И как, интересно, ты представляешь себе отдых? Всегда интересно было.
Гермиона примерно представляла, что именно он хочет услышать, и, конечно, не отказала ему в этом удовольствии:
— Ну… для хорошего отдыха, конечно, нужно хорошо высыпаться… желательно еще правильно питаться… но главное, хороший отдых — это много-много новых книг! Ну, конечно, из тех, что для легкого чтения.
Они дружно переглянулись, все трое при этом наверняка вспомнили ту самую довольно тяжелую книгу, которую Гермиона обозвала «легким чтением» на первом курсе. По крайней мере, Гермиона вспомнила именно ее.
— Это, конечно, очень типично для тебя, я имею в виду, книжки и все такое… но что-то как-то не верится, — с подозрением протянул Рон. Гермиона только пожала плечами. Не то чтобы ей очень хотелось его разубеждать.
— Ну, люди иногда меняются, знаешь ли.
— Люди — да. Но ты? Все равно не верится.
Они еще какое-то время поддевали ее — беззлобно, на правах близких друзей, а потом Гермиона засобиралась домой. У нее там основа для новой порции зелья как раз должна была настояться.
— Все, мальчики, хотите верьте, хотите нет, но я приступаю к отдыху прямо сейчас. Пройдусь до дома, лягу на диван с книжкой…
Рон тихо фыркнул, сдерживая смешок, к полному удовлетворению Гермионы.
— Соскучишься же за год, — сказал Гарри.
— Может, и соскучусь, — мирно согласилась Гермиона. — Тогда закончу отдыхать и займусь чем-нибудь другим.
— Ну хвала Мерлину, я-то побоялся, что ты совсем уже рехнулась.
На этой оптимистической ноте они и распрощались. За порогом дома на площади Гриммо Гермиону встретил прекрасный летний вечер, и она решила, что может и пожертвовать парой часов рабочего времени ради прогулки. В конце концов, перестоять и испортиться основа для этого зелья не может, и это очень хорошая новость…
Однако подойдя к дому, она пожалела о своем решении, сразу почувствовав чужое присутствие и взломанные запирающие чары — простенькие, но кому нужны другие в магловском-то квартале? В ее квартире кто-то был. Кто-то ходил за незапертой дверью, не таясь, переговаривался вполголоса, свет включил… не ждали, что хозяйка вернется, или и не думали от нее скрываться? Гермиона достала палочку, мысленно прикинула несколько комбинаций заклинаний — на случай, если взломщик один, если их двое, трое… она совсем уже собралась ворваться в собственный дом и обезвредить наглецов, кем бы они ни были, когда голос из-за двери произнес:
— Вот вроде все понимаю, расписано как для идиотов, но мускатный орех-то тут зачем?
Гарри.
Гермиона зашла и окинула взглядом квартиру. Гарри сидел в кресле в гостиной и внимательно изучал многочисленные варианты рецептов ее зелья — можно подумать, и правда что-то понимал! Лохматая башка Рона высунулась из спальни, которая, вообще-то, спальней не была, а была вовсе даже лабораторией. Дверь же взломал, паршивец, и как только ухитрился, там же чары были покрепче, чем на входной двери, возмутилась было Гермиона, но вместо возмущения почувствовала только умиление.
Рон увидел ее и улыбнулся:
— А я-то все думал, почему ты мне никогда не даешь в спальню зайти. А у тебя там такое, такое!
Гермиона посмотрела на него максимально грозным взглядом (ну нашел вообще, когда о спальне рассуждать!) и обратилась к Гарри:
— Мускатный орех там из-за психоактивных свойств. Магические аналоги не подошли, конфликтовали с шкурками тритона. Он, правда, дает немного не тот эффект, который мне нужен, но в сочетании с магией воспоминаний может вызвать эффект присутствия, а он-то и нужен.
— Круто, — уважительно отозвался Гарри. — Давно додумалась?
Иногда она думала, что заигралась. Что, чем варить зелья в одиночку, надо было давно припахать ребят, они бы, небось, только рады были помочь, но остановиться не было уже никаких сил. Тем временем Рон наконец оправился от изумления и спросил:
— И как, интересно, ты представляешь себе отдых? Всегда интересно было.
Гермиона примерно представляла, что именно он хочет услышать, и, конечно, не отказала ему в этом удовольствии:
— Ну… для хорошего отдыха, конечно, нужно хорошо высыпаться… желательно еще правильно питаться… но главное, хороший отдых — это много-много новых книг! Ну, конечно, из тех, что для легкого чтения.
Они дружно переглянулись, все трое при этом наверняка вспомнили ту самую довольно тяжелую книгу, которую Гермиона обозвала «легким чтением» на первом курсе. По крайней мере, Гермиона вспомнила именно ее.
— Это, конечно, очень типично для тебя, я имею в виду, книжки и все такое… но что-то как-то не верится, — с подозрением протянул Рон. Гермиона только пожала плечами. Не то чтобы ей очень хотелось его разубеждать.
— Ну, люди иногда меняются, знаешь ли.
— Люди — да. Но ты? Все равно не верится.
Они еще какое-то время поддевали ее — беззлобно, на правах близких друзей, а потом Гермиона засобиралась домой. У нее там основа для новой порции зелья как раз должна была настояться.
— Все, мальчики, хотите верьте, хотите нет, но я приступаю к отдыху прямо сейчас. Пройдусь до дома, лягу на диван с книжкой…
Рон тихо фыркнул, сдерживая смешок, к полному удовлетворению Гермионы.
— Соскучишься же за год, — сказал Гарри.
— Может, и соскучусь, — мирно согласилась Гермиона. — Тогда закончу отдыхать и займусь чем-нибудь другим.
— Ну хвала Мерлину, я-то побоялся, что ты совсем уже рехнулась.
На этой оптимистической ноте они и распрощались. За порогом дома на площади Гриммо Гермиону встретил прекрасный летний вечер, и она решила, что может и пожертвовать парой часов рабочего времени ради прогулки. В конце концов, перестоять и испортиться основа для этого зелья не может, и это очень хорошая новость…
Однако подойдя к дому, она пожалела о своем решении, сразу почувствовав чужое присутствие и взломанные запирающие чары — простенькие, но кому нужны другие в магловском-то квартале? В ее квартире кто-то был. Кто-то ходил за незапертой дверью, не таясь, переговаривался вполголоса, свет включил… не ждали, что хозяйка вернется, или и не думали от нее скрываться? Гермиона достала палочку, мысленно прикинула несколько комбинаций заклинаний — на случай, если взломщик один, если их двое, трое… она совсем уже собралась ворваться в собственный дом и обезвредить наглецов, кем бы они ни были, когда голос из-за двери произнес:
— Вот вроде все понимаю, расписано как для идиотов, но мускатный орех-то тут зачем?
Гарри.
Гермиона зашла и окинула взглядом квартиру. Гарри сидел в кресле в гостиной и внимательно изучал многочисленные варианты рецептов ее зелья — можно подумать, и правда что-то понимал! Лохматая башка Рона высунулась из спальни, которая, вообще-то, спальней не была, а была вовсе даже лабораторией. Дверь же взломал, паршивец, и как только ухитрился, там же чары были покрепче, чем на входной двери, возмутилась было Гермиона, но вместо возмущения почувствовала только умиление.
Рон увидел ее и улыбнулся:
— А я-то все думал, почему ты мне никогда не даешь в спальню зайти. А у тебя там такое, такое!
Гермиона посмотрела на него максимально грозным взглядом (ну нашел вообще, когда о спальне рассуждать!) и обратилась к Гарри:
— Мускатный орех там из-за психоактивных свойств. Магические аналоги не подошли, конфликтовали с шкурками тритона. Он, правда, дает немного не тот эффект, который мне нужен, но в сочетании с магией воспоминаний может вызвать эффект присутствия, а он-то и нужен.
— Круто, — уважительно отозвался Гарри. — Давно додумалась?
Страница 2 из 4
