Фандом: Сверхъестественное. Оказалось, не только у Сэма в Калифорнии остались призраки прошлого. И если Сэм сумел с ними расправиться, так или иначе, то у Дина такой возможности еще не было. И теперь его главной задачей стало то, чтобы призраки прошлого не расправились с ним.
Добавить в моё избранное
325 мин, 11 сек 2995
Потоптавшись с несколько минут возле домика, он осторожно вошел, приготовившись к урагану. Он нашел Дина на кухне: тот сидел на стуле и сканировал неподвижным взглядом стену напротив.
Сэм сел напротив брата и сцепил руки в замок.
— Какие мы с тобой все-таки неудачники, Сэмми, — горько сказал Дин, не поворачивая головы. — Выбрались отдохнуть впервые за всю жизнь, и то через задницу все вышло. Это карма.
Сэм посмотрел на Дина: его лицо не отображало ни единой эмоции, он снова спрятался в своей крепости, но голос и поблескивающие сухим блеском глаза выдавали его.
— Они могли не заметить, на телах все равно должны были остаться какие-то следы…
Сэму потребовалась почти минута, чтобы понять, что значит бессмысленное бормотание Дина, и внутри него все превратилось в кусок льда. Он почти силком заставил себя произнести:
— Дин… — он прокашлялся. — Мы должны все проверить, ты же сам понимаешь. Только у Пола есть мотив убивать детей, тем более, похожих на него. Мы могли что-то упустить… Возможно, в школе остались какие-то его вещи. Что-то ведь привязывает его к этому месту.
Сэм замолчал на выдохе, ожидая реакции Дина. Он понимал его желание не принимать правду, он и сам в свое время грешил этим. Они могли не верить тому, чего не хотели, брыкаться и сопротивляться до последнего, но реальность все равно рано или поздно настигала их и наваливалась со всей несокрушимой силой.
Дин повернул голову и взглянул Сэму прямо в лицо. Боль на секунду мелькнула в его глазах и тут же спряталась под пластом смирения. Нахлынувшая на него минутная слабость исчезла, словно ее и не было, и на Сэма снова смотрел тот Дин, которого он знал.
— Он был моим другом, понимаешь, — это не было вопросом, это было той правдой, одной из немногих, которую Дин позволил себе произнести вслух; той просьбой о понимании, которую он почти всегда запрещал себе облечь в слова.
Сэм протянул руку и слегка сжал его плечо. Он знал, каково Дину было признать это. И знал, что это не просто слова, которые он сможет забыть. На свете когда-либо существовало всего несколько людей, которых Дин мог назвать своими друзьями, и почти все из них были мертвы, поэтому, если Дин сказал так, как сказал, Пол Рудмейн действительно смог сделать для него то, что не мог никто. Если Дин называл кого-то другом — это было по-настоящему и навсегда; стать другом Дина Винчестера — было одним из самых недосягаемых и прекрасных сокровищ, и, если люди удостаивались этого, он отдавал им дружбу сторицей с такой взаимностью, такой преданностью и внимательностью, присущими только ему одному. И потому они никогда не жалели, даже несмотря на губительные последствия того. Это было головокружительным, уникальным путешествием перед падением в бездну, о котором они всегда вспоминали бы с улыбкой.
Пол был одним из них, Пол был дорог Дину, а теперь его призрак пытался свести Дина с ума.
— Да, — мягко ответил Сэм. — Я понимаю.
Май, 1992 год
Единственное, что Дину действительно нравилось в себе, — это странное умение вовремя оказаться там, где необходимо. Очень часто в их жизни это пригождалось, но он никогда не стремился проверять истинность своей способности, потому что почти всегда это начиналось плачевно.
Дин шел по коридору на урок литературы, когда его слух уловил странные звуки, доносящиеся откуда-то из-за двери мужского туалета. Дин пантерой скользнул ближе и, прижавшись к стене, прислушался.
Послышался глухой стук и тихий вскрик. Дин напрягся.
— Если ты не скажешь своему папаше, Рудмейн, чтобы он исправил нам оценки, ты до конца жизни будешь ходить инвалидом!
В стене словно вставили пружину, которая отбросила Дина на два метра вперед. Коротко рыкнув, он бросил рюкзак на пол и рванул дверь на себя. Все трое в туалете подняли головы и замерли; двое — в испуге, один — от облегчения. Пол лежал на полу, прижимая руки к животу, над ним стояли двое мальчишек, насколько Дин знал, они были старше их с Полом на два года. Мигом оценив картину, Дин подскочил к одному из обидчиков и, заломив руку ему за спину, повалил на пол.
— И что это мы здесь делаем? — прошипел Дин, не сводя опасного взгляда со второго громилы. — Кажется, кто-то хочет себе неприятностей.
— А тебе какое дело, Винчестер? — сузив глаза, поинтересовался тот, что стоял у стены. Теперь, видя, что это всего лишь малявка из класса Рудмейна, он успокоился. — А, точно, это же твой дружок.
— Ты прав, — Дин злобно ухмыльнулся. — А друзей я в беде не бросаю.
Лежащий на полу старшеклассник вывернулся из захвата, в ту же секунду второй накинулся на Дина сзади, Пол вскочил, перерезая ему путь. Завязалась драка, и если бы на шум не сбежались ребята из других классов и не разняли их, то неизвестно, чем бы все это закончилось.
Сэм сел напротив брата и сцепил руки в замок.
— Какие мы с тобой все-таки неудачники, Сэмми, — горько сказал Дин, не поворачивая головы. — Выбрались отдохнуть впервые за всю жизнь, и то через задницу все вышло. Это карма.
Сэм посмотрел на Дина: его лицо не отображало ни единой эмоции, он снова спрятался в своей крепости, но голос и поблескивающие сухим блеском глаза выдавали его.
— Они могли не заметить, на телах все равно должны были остаться какие-то следы…
Сэму потребовалась почти минута, чтобы понять, что значит бессмысленное бормотание Дина, и внутри него все превратилось в кусок льда. Он почти силком заставил себя произнести:
— Дин… — он прокашлялся. — Мы должны все проверить, ты же сам понимаешь. Только у Пола есть мотив убивать детей, тем более, похожих на него. Мы могли что-то упустить… Возможно, в школе остались какие-то его вещи. Что-то ведь привязывает его к этому месту.
Сэм замолчал на выдохе, ожидая реакции Дина. Он понимал его желание не принимать правду, он и сам в свое время грешил этим. Они могли не верить тому, чего не хотели, брыкаться и сопротивляться до последнего, но реальность все равно рано или поздно настигала их и наваливалась со всей несокрушимой силой.
Дин повернул голову и взглянул Сэму прямо в лицо. Боль на секунду мелькнула в его глазах и тут же спряталась под пластом смирения. Нахлынувшая на него минутная слабость исчезла, словно ее и не было, и на Сэма снова смотрел тот Дин, которого он знал.
— Он был моим другом, понимаешь, — это не было вопросом, это было той правдой, одной из немногих, которую Дин позволил себе произнести вслух; той просьбой о понимании, которую он почти всегда запрещал себе облечь в слова.
Сэм протянул руку и слегка сжал его плечо. Он знал, каково Дину было признать это. И знал, что это не просто слова, которые он сможет забыть. На свете когда-либо существовало всего несколько людей, которых Дин мог назвать своими друзьями, и почти все из них были мертвы, поэтому, если Дин сказал так, как сказал, Пол Рудмейн действительно смог сделать для него то, что не мог никто. Если Дин называл кого-то другом — это было по-настоящему и навсегда; стать другом Дина Винчестера — было одним из самых недосягаемых и прекрасных сокровищ, и, если люди удостаивались этого, он отдавал им дружбу сторицей с такой взаимностью, такой преданностью и внимательностью, присущими только ему одному. И потому они никогда не жалели, даже несмотря на губительные последствия того. Это было головокружительным, уникальным путешествием перед падением в бездну, о котором они всегда вспоминали бы с улыбкой.
Пол был одним из них, Пол был дорог Дину, а теперь его призрак пытался свести Дина с ума.
— Да, — мягко ответил Сэм. — Я понимаю.
Май, 1992 год
Единственное, что Дину действительно нравилось в себе, — это странное умение вовремя оказаться там, где необходимо. Очень часто в их жизни это пригождалось, но он никогда не стремился проверять истинность своей способности, потому что почти всегда это начиналось плачевно.
Дин шел по коридору на урок литературы, когда его слух уловил странные звуки, доносящиеся откуда-то из-за двери мужского туалета. Дин пантерой скользнул ближе и, прижавшись к стене, прислушался.
Послышался глухой стук и тихий вскрик. Дин напрягся.
— Если ты не скажешь своему папаше, Рудмейн, чтобы он исправил нам оценки, ты до конца жизни будешь ходить инвалидом!
В стене словно вставили пружину, которая отбросила Дина на два метра вперед. Коротко рыкнув, он бросил рюкзак на пол и рванул дверь на себя. Все трое в туалете подняли головы и замерли; двое — в испуге, один — от облегчения. Пол лежал на полу, прижимая руки к животу, над ним стояли двое мальчишек, насколько Дин знал, они были старше их с Полом на два года. Мигом оценив картину, Дин подскочил к одному из обидчиков и, заломив руку ему за спину, повалил на пол.
— И что это мы здесь делаем? — прошипел Дин, не сводя опасного взгляда со второго громилы. — Кажется, кто-то хочет себе неприятностей.
— А тебе какое дело, Винчестер? — сузив глаза, поинтересовался тот, что стоял у стены. Теперь, видя, что это всего лишь малявка из класса Рудмейна, он успокоился. — А, точно, это же твой дружок.
— Ты прав, — Дин злобно ухмыльнулся. — А друзей я в беде не бросаю.
Лежащий на полу старшеклассник вывернулся из захвата, в ту же секунду второй накинулся на Дина сзади, Пол вскочил, перерезая ему путь. Завязалась драка, и если бы на шум не сбежались ребята из других классов и не разняли их, то неизвестно, чем бы все это закончилось.
Страница 25 из 86
