Океан его ненависти

Сэм, опустив взгляд, молча прошел мимо нее в дом и направился прямо на кухню выпить воды. Он слышал, что Рэйчел шла следом за ним, но не мог заставить себя повернуться и посмотреть ей в глаза. За пятнадцать минут дороги он сумел снова довести себя до отчаяния, и ему требовалось время, чтобы собрать себя целиком.

— Сэм? — тихо, словно боясь спугнуть, позвала Рэйчел. — Ты мне так и не сказал толком, что произошло. Дин в порядке?

— Нет, — после некоторой паузы глухо ответил Сэм, не отворачиваясь от столешницы и крепко сжимая в руке граненый стакан. — Он не в порядке. Заражение крови.

Рэйчел за его спиной прерывисто выдохнула. Она смотрела на напряженную спину Сэма и впервые не знала, что сказать. Единственное, что она могла, — это произнести самые банальные в данном случае слова и заставить себя саму поверить в них, потому что она сильно сомневалась, что это сможет сделать Сэм.

— Сэм, все будет хорошо.

Он вдруг громыхнул стаканом по столешнице, и она вздрогнула. Сэм резко повернулся, на его лице в одну секунду промелькнули гнев и боль и сразу исчезли. Лицо больше ничего не выражало, а взгляд был пустым и потухшим, когда он посмотрел на нее.

— Не будет, он умирает, — спокойно ответил он, от его голоса повеяло могильным, безнадежным холодом. — Он у-ми-ра-ет.

Сэм молча помотал головой, когда она собралась сказать что-то еще, от слов поддержки ему сейчас стало бы только хуже. Больше не смотря на нее, он прошел мимо и вышел в сад, где около двух часов со злостью гремел молотком, ремонтируя хозяйский декоративный заборчик. И только после этого он смог вновь ощутить опору под ногами и вернуться в дом, чтобы спокойно поговорить с Рэйчел.

Вся решительность и напускное спокойствие Сэма испарились тем же вечером. После ужина он, извинившись, оставил семейство смотреть телевизор, а сам, поднявшись в свою временную комнату, метался из угла в угол. Слепящий гнев на этого ублюдка раздирал его изнутри, боль и отчаяние, кипящие в нем днем, превратились в ярость и бешенство, и, если бы Рудмейн волей случая оказался бы сейчас перед ним, Сэм разорвал бы ему глотку голыми руками. Вернувшись из больницы, он еще раз перепроверил все базы, новостные сводки, но там было глухо. Он хотел искать, рыть, грызть землю зубами и не знал, с чего начать.

Бездействие убивало, но и сделать он сейчас ничего не мог. Бессильный рык вырвался из его горла, когда он с размаху упал на кровать и застыл на ней безмолвным изваянием. Взгляд невольно остановился на пустующей кровати напротив, и это только сильнее разожгло его ненависть.

— Сэм, — раздался стук в дверь, прервавший его мысли, и в проеме показалась голова Рэйчел. — Мы тут собираемся немного поплескаться в бассейне, пойдешь с нами?

Сэм невольно напрягся. Ему на самом деле хотелось побыть одному, но отказываться было неудобно, да и, честно говоря, после всего случившегося ему было бы спокойнее самому все контролировать. Хотя это было и глупо: Мэйсоны не собирались оставлять сына одного.

— Я просто посижу рядом, — наконец, решился он. — Как-то нет никакого настроения плавать.

Во взгляде Рэйчел появилось сочувствие, от которого у Сэма засвербело в горле.

— Хорошо, — она чуть слышно вздохнула. — Ты полдня сидишь здесь, пойдем, пора проветриться.

Пока Мэйсоны купались в бассейне, Сэм сидел на террасе, наблюдая за ними, но совершенно не видя и не слыша их. Как в наказание, перед глазами мелькали воспоминания о том, как они недавно с Дином так же плескались в аквапарке и в океане, и совершенно не хотелось думать о том, что сейчас бы еще они могли это делать. У них оставалось еще почти полторы недели, но теперь… Сэм тряхнул головой, возвращаясь в реальность. Он мог сколько угодно топиться в сожалениях, но это ничем не могло ему помочь. Ему и так было тошно от того, что он сейчас здесь, питается вкусной едой и спит на мягкой кровати, а Дин — среди проводов и трубок, накачанный лекарствами и исколотый иглами, между жизнью и смертью.

— Сэм, иди к нам! — позвала его Рэйчел из бассейна, и Сэм вздрогнул от неожиданности.

Он через силу улыбнулся.

— Нет, я как-нибудь в другой раз.

Она ничего не ответила и снова исчезла за всплесками воды.

Сэм откинулся на деревянную спинку кресла и прикрыл глаза, тихий смех и звуки брызг доносились до него как через слой ваты. Хотелось, чтобы скорее наступило завтра, и одновременно было страшно. Он вряд ли выдержал бы еще раз пустую кровать и молчащие, равнодушные приборы.

Но завтра все же наступило, и Сэм сразу после завтрака засобирался к брату, собираясь провести там почти весь день. Рэйчел выразила тоже желание приехать, но позже, они должны были встретиться в больнице.

Теперь Сэм решил подойти к сестринскому посту и заранее все узнать, чтобы не наступать на те же грабли. К его облегчению, сестра сообщила, что Дин в той же палате, а значит, как надеялся Сэм, ухудшений не было.