Возвращение

— Что, настоящая злая ведьма? — чуть ли не восхитился Дональд, хотя и его лицо было бледным.

Голос спутника привёл Элли в чувство. Она тряхнула головой.

— Беги к шлюзу. Там есть скафандры, — сказала она. — Корабль может разбиться.

Элли делала экстренную копию системы корабля.

— А ты?

— Вещи возьму.

Набор эвакуации был на каждом корабле, Элли выхватила из ящика оба. Второй был наполовину пуст, потому что взлетала она одна.

А ещё она вскрыла контейнер, висевший на шее, и рассосала таблетку. Осталось четыре. По одной на день. Это лучше, чем пять минут, которые остались до встречи корабля и камня. Этого может не хватить даже на то, чтобы надеть скафандр.

Гингема очень не хотела видеть новых конкурентов за власть. Поэтому после прилёта Гудвина, ставшего волшебником центрального, зелёного, сектора, поставила вокруг базы Чёрные камни. Любой корабль, приближавшийся к базе, камень поворачивал к себе, внедрялся в систему, незаметно захватывал управление ядерным реактором и заставлял любое судно встать на вечный прикол.

Корину она не научила управлять ими. Приёмник сигнала тоже разнесло в пещере. Но остатки базы данных, которые собрала Корина, позволили не просто восстановить связь с Чёрными камнями, но и усовершенствовать их охрану. Теперь они не просто отключали двигатель находящегося рядом корабля. Они его разгоняли до предельной скорости, и он просто разрывался после удара.

Серо-коричневое потрёпанное корыто набрало скорость и врезалось носом точно в середину камня. Разогнанный двигатель, отключенный камнем от всего остального, продолжал работать. Корабль Элли смялся, словно бумажный, а потом сверкнул яркой вспышкой, разбрасывая кругом осколки. Чёрный камень даже не дрогнул.

Корина сняла шлем и с облегчением откинулась в кресле. Элли Смит ей не угрожает. Никто не знает, что та собиралась вернуться. Если даже кто-то и перехватил сигнал, посланный на корабль, Корину ни за что не узнают. Никто не знает, что она ученица Гингемы. И не узнает.

В дверь постучали. Корина поспешно задвинула систему управления и спрятала в ящик шлем.

— Войдите, — разрешила она.

К ней заглянул Железный Дровосек.

— Что случилось, мой друг? — спросила Корина. — Вы очень встревожены.

— Милая Корина, я бы хотел поделиться с тобой одной мыслью. Или даже не мыслью, а предчувствием…

— Каким же?

— У людей же есть предчувствие чего-то хорошего. Последний раз такое чувство у меня было, когда Страшила решил устроить мне сюрприз и зайти в гости… А тут даже сильнее.

— У людей такие предчувствия не всегда оправдываются, — помрачнела Корина.

Звук в космосе, как известно, не распространяется, поэтому корабль взорвался беззвучно. Замолчал бортовой компьютер, сообщавший Элли расстояние, на которое они уходили от корабля.

Элли купила корабль на деньги, скопленные во время учёбы. И пять лет летала на нём домой. Маленький, компактный, с максимальным количеством в пять пассажиров. Не совсем новый. Сначала красный, но потом выгоревший из-за некачественной краски. Элли к нему очень привыкла, обжилась. Поселила в кухонном уголке алоэ.

А ещё он был последней надеждой увидеть дом.

— Мы можем добраться до станции без корабля, — прозвучал в динамике голос Дональда.

Элли закивала, но через затемнённый шлем он всё равно ничего не увидит. На глазах набухли слёзы. Они болтались в шлеме, оставляли капли на стекле, растекались по лбу и щекам…

— У нас кислорода хватит на три часа. Плюс генератор, — продолжал Дональд. — Так говорит компьютер.

Взрывная волна беспорядочно болтала их в чёрном пространстве. И понемногу утихла. Элли задела ногой кусок обшивки корабля.

— Так куда же лететь? — осведомился Дональд. — Ты там жива?

— Да, — едва слышно произнесла Элли. — Бери координаты посадки. Они должны быть уже перенесены в мини-компьютер скафандра.

— Не плачь. В конце концов, мы не разбились.

— Не разбились, — согласилась она. На языке ещё остался вкус таблетки. — Не разбились…

По тем координатам, которые прислали на корабль, находился шлюз. Огромный, явно рассчитанный на что-то большее, чем маленькое личное судёнышко. И очень старый. Им не пользовались, видимо, многие и многие сотни лет, а то и больше. На нём осели частички пыли, несколько метеоритов шваркнули по поверхности, оставив царапины и даже небольшие ямки. Обычно эти повреждения устраняли.

— Что стоишь? То есть висишь. Посылай сигнал, что ли, — Дональд нетерпеливо махал руками, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую.

— Опасаюсь. Вдруг эта дочь Гингемы сможет его перехватить, — призналась Элли. — Нет ли тут внешней кнопки или ремонтного хода, который открывается снаружи?

— У тебя сколько кислорода осталось? У меня — на пятнадцать минут.