Фандом: Ориджиналы. Наш герой попадает в соседнее королевство и знакомится с королем, который не имеет почти никакой власти и по рукам и ногам связан паутиной противоречащих друг другу законов.
Добавить в моё избранное
112 мин, 25 сек 1179
Он отучит вас от этих глупостей.
— Милена, дорогая, — обернулся к ней фон Якконин, — уведи его в детскую наконец.
Та взяла Жана за руку и заставила сползти со стула. Когда мать и сын скрылись за дверью, графиня и маркиза хором извинились:
— Просим прощения, что покидаем вас… — с двух сторон чмокнули Толю в обе щеки и выпорхнули за дверь.
— Пойдём и мы, — поднялись со своих мест де Кур, Якконин и фон Уиски. — Будьте здоровы, ваше величество…
Лишь тогда Толя позволил себе обернуться, но первого министра у клавесина уже не было. Менестрель понял, что не слышал, как он ушёл, и это прибавило ему тревоги.
— Ну что? — Хаурун откинулся на спинку стула, сцепил пальцы на затылке. — Что скажешь?
Толя задумался, закусив палец.
— Не все хитрят, — наконец сказал он. — Но все что-то недоговаривают. И поди разбери, где тут хитрость, а где непроходимая глупость… — Помолчал, добавил: — А мальчика, по-видимому, не очень любят…
— Ты прав во всём, менестрель, — признал Хаурун. — Но сдаётся мне, стену между мной и остальными строил всё-таки не я…
Помолчал, глядя в противоположную стену.
— Тошно мне после них, менестрель. Сыграй что-нибудь…
— Заходи.
Дверь в спальню не была заперта. Одетый Хаурун сидел на постели.
— Плащ тёплый взял?
— Да, — Толя машинально запахнулся.
— Это тёплый? — иронично спросил король. — Впрочем, твоё дело. Замёрзнешь — пеняй на себя. Ну так что? Ничего не заметил странного?
Он выжидательно посмотрел на менестреля, и тот огляделся по сторонам. В комнате ничего не изменилось, разве что кресло было сдвинуто.
— Ну неужели ничего? Вот ты меня ожидал найти, когда зашёл впервые? Не задумывался, почему я живу именно здесь?
— Не до того было, — признался Толя. — Я просто подумал, вы хотите быть подальше от всего этого, поэтому выбрали такое место.
— Не только. Бери свечу и ставь на пол, — приказал король. — Вон туда, у кресла.
Толя повиновался, пригляделся к пламени, передвинул свечу сначала левее, потом правее. Потом выпрямился, глядя на Хауруна с ужасом и восхищением одновременно (тому выражение его глаз явно польстило).
— Ваше величество…
Король торжествующе улыбнулся, гордо подняв голову.
— Что, а ты бы и не догадался, если бы я не подсказал? Я, менестрель, эту комнату с тринадцати лет искал, а в шестнадцать только нашёл, вот так-то.
Он спрыгнул с кровати, поддел ногой ковёр.
— Скажешь кому — придушу собственноручно, — пообещал он. — Теперь запирай дверь, гаси свечу и люк за собой закрыть не забудь.
Хаурун спускался первым, Толя, кончиками пальцев касаясь холодных стен, — за ним следом. Спрашивать он ничего не решался, но секрет у короля и вправду оказался знатным. Долго же тот мучился, прежде чем раскрыть его…
— Я не предам вас…
— Что? — не понял Хаурун.
— Далеко спускаться, говорю.
— А мне другое послышалось, — фыркнул король. — Ну это уже как судьба решит…
Он остановился, налёг плечом — дверь наружу распахнулась, отодвинув в сторону часть сугроба. Хаурун выглянул наружу.
— Давай за мной.
Толя огляделся. Эта часть дворца выходила в сад. Хаурун смотрел на небо:
— И моли бога, чтобы снег не прекращался, пока мы не вернёмся назад, — Толя машинально коснулся амулета у себя на шее, как бы проверяя: поможет или нет? Хаурун уверенно зашагал по аллее.
— Стражи нет, не бойся, только у ворот.
— А мы разве не к воротам идём? — наивно спросил Толя, и Хаурун остановился постучать ему по лбу:
— Сдурел, менестрель, какие ворота? Дырка в заборе — вот наша с тобой участь!
Перебравшись напрямик через кусты, он остановился:
— Ч-чёрт, заделали! Полезли так!
Толя с изумлением следил, как король карабкается по решётке, перекидывает ногу, спрыгивает вниз. Сам он перелезал куда более аккуратно.
— Боишься?
— Осторожничаю, — признался он. — Вдруг кто-то из нас ногу подвернёт?
Хаурун оценивающе взглянул на него:
— Ну я-то тебя дотащу, а вот ты меня… Ладно, хватит слов, больше дела, надевай капюшон и пошли.
Город спал. Король уверенно проходил по тёмным улицам, сворачивал в переулки, и Толя старался не отставать. Всё же он не преминул спросить:
— А мы не заблудимся? — на что получил ответ:
— Ты что, менестрель, я тут каждую собаку знаю. Это ты из дворца не вылезаешь!
— Ну ладно, а здесь опасно? — тревожился Толя.
— Не опасней, чем дома. — Хаурун остановился, сплюнул: — На меня пару лет назад тут напали неподалёку двое…
— И что с ними стало?
— А ты как думаешь?
— Хотите об этом рассказать? — осторожно подступился Толя, сообразив, что вряд ли кроме него об этом кто-то знает.
— Милена, дорогая, — обернулся к ней фон Якконин, — уведи его в детскую наконец.
Та взяла Жана за руку и заставила сползти со стула. Когда мать и сын скрылись за дверью, графиня и маркиза хором извинились:
— Просим прощения, что покидаем вас… — с двух сторон чмокнули Толю в обе щеки и выпорхнули за дверь.
— Пойдём и мы, — поднялись со своих мест де Кур, Якконин и фон Уиски. — Будьте здоровы, ваше величество…
Лишь тогда Толя позволил себе обернуться, но первого министра у клавесина уже не было. Менестрель понял, что не слышал, как он ушёл, и это прибавило ему тревоги.
— Ну что? — Хаурун откинулся на спинку стула, сцепил пальцы на затылке. — Что скажешь?
Толя задумался, закусив палец.
— Не все хитрят, — наконец сказал он. — Но все что-то недоговаривают. И поди разбери, где тут хитрость, а где непроходимая глупость… — Помолчал, добавил: — А мальчика, по-видимому, не очень любят…
— Ты прав во всём, менестрель, — признал Хаурун. — Но сдаётся мне, стену между мной и остальными строил всё-таки не я…
Помолчал, глядя в противоположную стену.
— Тошно мне после них, менестрель. Сыграй что-нибудь…
— Заходи.
Дверь в спальню не была заперта. Одетый Хаурун сидел на постели.
— Плащ тёплый взял?
— Да, — Толя машинально запахнулся.
— Это тёплый? — иронично спросил король. — Впрочем, твоё дело. Замёрзнешь — пеняй на себя. Ну так что? Ничего не заметил странного?
Он выжидательно посмотрел на менестреля, и тот огляделся по сторонам. В комнате ничего не изменилось, разве что кресло было сдвинуто.
— Ну неужели ничего? Вот ты меня ожидал найти, когда зашёл впервые? Не задумывался, почему я живу именно здесь?
— Не до того было, — признался Толя. — Я просто подумал, вы хотите быть подальше от всего этого, поэтому выбрали такое место.
— Не только. Бери свечу и ставь на пол, — приказал король. — Вон туда, у кресла.
Толя повиновался, пригляделся к пламени, передвинул свечу сначала левее, потом правее. Потом выпрямился, глядя на Хауруна с ужасом и восхищением одновременно (тому выражение его глаз явно польстило).
— Ваше величество…
Король торжествующе улыбнулся, гордо подняв голову.
— Что, а ты бы и не догадался, если бы я не подсказал? Я, менестрель, эту комнату с тринадцати лет искал, а в шестнадцать только нашёл, вот так-то.
Он спрыгнул с кровати, поддел ногой ковёр.
— Скажешь кому — придушу собственноручно, — пообещал он. — Теперь запирай дверь, гаси свечу и люк за собой закрыть не забудь.
Хаурун спускался первым, Толя, кончиками пальцев касаясь холодных стен, — за ним следом. Спрашивать он ничего не решался, но секрет у короля и вправду оказался знатным. Долго же тот мучился, прежде чем раскрыть его…
— Я не предам вас…
— Что? — не понял Хаурун.
— Далеко спускаться, говорю.
— А мне другое послышалось, — фыркнул король. — Ну это уже как судьба решит…
Он остановился, налёг плечом — дверь наружу распахнулась, отодвинув в сторону часть сугроба. Хаурун выглянул наружу.
— Давай за мной.
Толя огляделся. Эта часть дворца выходила в сад. Хаурун смотрел на небо:
— И моли бога, чтобы снег не прекращался, пока мы не вернёмся назад, — Толя машинально коснулся амулета у себя на шее, как бы проверяя: поможет или нет? Хаурун уверенно зашагал по аллее.
— Стражи нет, не бойся, только у ворот.
— А мы разве не к воротам идём? — наивно спросил Толя, и Хаурун остановился постучать ему по лбу:
— Сдурел, менестрель, какие ворота? Дырка в заборе — вот наша с тобой участь!
Перебравшись напрямик через кусты, он остановился:
— Ч-чёрт, заделали! Полезли так!
Толя с изумлением следил, как король карабкается по решётке, перекидывает ногу, спрыгивает вниз. Сам он перелезал куда более аккуратно.
— Боишься?
— Осторожничаю, — признался он. — Вдруг кто-то из нас ногу подвернёт?
Хаурун оценивающе взглянул на него:
— Ну я-то тебя дотащу, а вот ты меня… Ладно, хватит слов, больше дела, надевай капюшон и пошли.
Город спал. Король уверенно проходил по тёмным улицам, сворачивал в переулки, и Толя старался не отставать. Всё же он не преминул спросить:
— А мы не заблудимся? — на что получил ответ:
— Ты что, менестрель, я тут каждую собаку знаю. Это ты из дворца не вылезаешь!
— Ну ладно, а здесь опасно? — тревожился Толя.
— Не опасней, чем дома. — Хаурун остановился, сплюнул: — На меня пару лет назад тут напали неподалёку двое…
— И что с ними стало?
— А ты как думаешь?
— Хотите об этом рассказать? — осторожно подступился Толя, сообразив, что вряд ли кроме него об этом кто-то знает.
Страница 23 из 33
