Фандом: Ориджиналы. Наш герой попадает в соседнее королевство и знакомится с королем, который не имеет почти никакой власти и по рукам и ногам связан паутиной противоречащих друг другу законов.
Добавить в моё избранное
112 мин, 25 сек 1183
— осёкся, добавил совсем тихо: — Дураки мы с тобой оба, менестрель…
— Да, ваше величество, — устало согласился Толя, и король расхохотался:
— Что, уже от себя мало что получается говорить, только поддакивать?
Менестрель посмотрел на него почти яростно, и тот фыркнул снова:
— Ага, вот, вижу, злишься, не всё ещё потеряно! Просто я вправду не хочу, чтобы ты стал рабом. Подобострастием я уже сыт по горло… Так что прости, если обидел.
— Вы ничем меня не обидели.
— К чёрту тебя, менестрель, если ты опять так разговариваешь!
— … И сделать меня рабом у вас по-любому не получится.
Хаурун аж подавился:
— Считай, что я тебя уважаю как своего, менестрель! Ты гордый, совсем как я!
— Ладно, ваше величество, не забывайте, что речь не об этом. Заснуть сможете?
— Тебе-то что за дело?
— Вы сейчас слишком взбудоражены, а завтра нужно действовать на свежую голову. Я схожу к лекарю за каплями. Скоро вернусь.
Пришёл Толя и вправду скоро, бесшумно открыл дверь.
— Времени пятый час. Караулов нет, — сообщил он. — Лекарь хоть и обругал меня, но капли всё-таки дал.
Хаурун посмотрел на пузырёк у него в руках:
— Слушай, а ты уверен, что это то, что нужно? — подозрительно спросил он, наблюдая, как менестрель капает лекарство в стакан с водой.
— Пополам, — лаконично ответствовал Толя.
— Ха-ха, ну ты даёшь, менестрель! А не боишься?
— Что вы про страх всё время? — поморщился Толя. — Как будто сравниваете, кто боится больше.
— Понятное дело, что я, — погрустнел король. — Лучше скажи, что всё обойдётся, что мы спасём Изольду… Только вот я её больше не увижу…
Толя внимательно посмотрел на него; не сводя глаз, отпил из стакана первым.
— На мяту похоже. Вы, ваше величество, устали и издёргались, а потому начинаете ныть, так что лучше пейте капли и ложитесь спать, утро вечера мудренее.
— За это тебя и люблю, — устало улыбнулся Хаурун, беря у него стакан.
— За что?
— За то, что королю приказываешь и не краснеешь!
… Толя бродил по дворцу, внимательно присматриваясь к окружающим и мучительно пытаясь заметить что-нибудь подозрительное, но ничего не находил.
В Музыкальном зале несколько дам и кавалеров столпились вокруг небольшого столика, а с балкона свешивался виолончелист королевского оркестра и, глядя в театральный бинокль, громко комментировал:
— Белый король мечется на нескольких клетках, королева стоит в углу в проигрышной позиции, ладья с риском для себя находится в стане чёрных, офицер выжидает, а чёрные продолжают наступать. Белый конь защищает свою королеву, а ладья, метнувшись через всю доску, встаёт перед королём, но королева гибнет, и чёрные вот-вот…
— Доброе утро, господин менестрель.
Дивясь комментарию, Толя не заметил, как подошёл алхимик.
— А, здравствуйте, господин Магнус, рад вас видеть. Как здоровье госпожи Лии?
— Прекрасно, — Магнус наклонился к самому его уху. — Вы, сударь, оказали мне большую услугу. Дело в том, что сегодня ночью кто-то пытался проникнуть в лабораторию, но я был начеку благодаря вам.
— Вы им помешали? — обрадовался Толя.
— Да, я вышел со шпагой и они убежали, но боюсь, если так будет продолжаться, придётся на ночь запирать вход в саму башню, — вздохнул алхимик.
Толя сделал вывод, что гофмейстера и надзирателя он не рассмотрел.
— Скажите лучше, как ваши дела, — продолжал алхимик. — Слышали, что скоро будет праздник?
— Конечно, — кивнул менестрель.
— Королевский оркестр хочет ввести некоторые новшества, только пока есть затруднения, какие именно, — алхимик бережно взял его за локоть. — Вы уже знакомы с господином Амикатисом?
— Нет. Это руководитель оркестра?
— Верно, — ответил Магнус и тонко улыбнулся: — Флейты у нас ещё не было…
Хаурун ждал Толю в своей комнате, нетерпеливо листал свод законов при свете единственной свечи; вопрошающе взглянул на вошедшего. Толя вытащил из кармана связку ключей, глаза Хауруна жадно блеснули:
— Это они! А хранитель?
— Спит как сурок. Служанка оставляет ужин у него под дверью. Я бухнул в вино весь пузырёк. Дверь открыл ножом. А теперь, — голос Толи стал тише и напряжённее, — собирайтесь, ваше величество, караулы сняты…
Хаурун бросил законы на стол, замахнул чёлку назад.
— Я готов. Стой. — Вытащил из-за кровати шпагу. — Теперь готов.
— Наденьте плащ, — посоветовал Толя, но Хаурун презрительно фыркнул:
— Я не вор и не буду красться и прятаться в собственном дворце! Я король или кто?
— Король, — согласился Толя, понимая, что он накручивает себя перед опасным делом: знает, что их могут убить, если государственный переворот сам поплывёт в руки. — Пора, пойдёмте.
— Да, ваше величество, — устало согласился Толя, и король расхохотался:
— Что, уже от себя мало что получается говорить, только поддакивать?
Менестрель посмотрел на него почти яростно, и тот фыркнул снова:
— Ага, вот, вижу, злишься, не всё ещё потеряно! Просто я вправду не хочу, чтобы ты стал рабом. Подобострастием я уже сыт по горло… Так что прости, если обидел.
— Вы ничем меня не обидели.
— К чёрту тебя, менестрель, если ты опять так разговариваешь!
— … И сделать меня рабом у вас по-любому не получится.
Хаурун аж подавился:
— Считай, что я тебя уважаю как своего, менестрель! Ты гордый, совсем как я!
— Ладно, ваше величество, не забывайте, что речь не об этом. Заснуть сможете?
— Тебе-то что за дело?
— Вы сейчас слишком взбудоражены, а завтра нужно действовать на свежую голову. Я схожу к лекарю за каплями. Скоро вернусь.
Пришёл Толя и вправду скоро, бесшумно открыл дверь.
— Времени пятый час. Караулов нет, — сообщил он. — Лекарь хоть и обругал меня, но капли всё-таки дал.
Хаурун посмотрел на пузырёк у него в руках:
— Слушай, а ты уверен, что это то, что нужно? — подозрительно спросил он, наблюдая, как менестрель капает лекарство в стакан с водой.
— Пополам, — лаконично ответствовал Толя.
— Ха-ха, ну ты даёшь, менестрель! А не боишься?
— Что вы про страх всё время? — поморщился Толя. — Как будто сравниваете, кто боится больше.
— Понятное дело, что я, — погрустнел король. — Лучше скажи, что всё обойдётся, что мы спасём Изольду… Только вот я её больше не увижу…
Толя внимательно посмотрел на него; не сводя глаз, отпил из стакана первым.
— На мяту похоже. Вы, ваше величество, устали и издёргались, а потому начинаете ныть, так что лучше пейте капли и ложитесь спать, утро вечера мудренее.
— За это тебя и люблю, — устало улыбнулся Хаурун, беря у него стакан.
— За что?
— За то, что королю приказываешь и не краснеешь!
… Толя бродил по дворцу, внимательно присматриваясь к окружающим и мучительно пытаясь заметить что-нибудь подозрительное, но ничего не находил.
В Музыкальном зале несколько дам и кавалеров столпились вокруг небольшого столика, а с балкона свешивался виолончелист королевского оркестра и, глядя в театральный бинокль, громко комментировал:
— Белый король мечется на нескольких клетках, королева стоит в углу в проигрышной позиции, ладья с риском для себя находится в стане чёрных, офицер выжидает, а чёрные продолжают наступать. Белый конь защищает свою королеву, а ладья, метнувшись через всю доску, встаёт перед королём, но королева гибнет, и чёрные вот-вот…
— Доброе утро, господин менестрель.
Дивясь комментарию, Толя не заметил, как подошёл алхимик.
— А, здравствуйте, господин Магнус, рад вас видеть. Как здоровье госпожи Лии?
— Прекрасно, — Магнус наклонился к самому его уху. — Вы, сударь, оказали мне большую услугу. Дело в том, что сегодня ночью кто-то пытался проникнуть в лабораторию, но я был начеку благодаря вам.
— Вы им помешали? — обрадовался Толя.
— Да, я вышел со шпагой и они убежали, но боюсь, если так будет продолжаться, придётся на ночь запирать вход в саму башню, — вздохнул алхимик.
Толя сделал вывод, что гофмейстера и надзирателя он не рассмотрел.
— Скажите лучше, как ваши дела, — продолжал алхимик. — Слышали, что скоро будет праздник?
— Конечно, — кивнул менестрель.
— Королевский оркестр хочет ввести некоторые новшества, только пока есть затруднения, какие именно, — алхимик бережно взял его за локоть. — Вы уже знакомы с господином Амикатисом?
— Нет. Это руководитель оркестра?
— Верно, — ответил Магнус и тонко улыбнулся: — Флейты у нас ещё не было…
Хаурун ждал Толю в своей комнате, нетерпеливо листал свод законов при свете единственной свечи; вопрошающе взглянул на вошедшего. Толя вытащил из кармана связку ключей, глаза Хауруна жадно блеснули:
— Это они! А хранитель?
— Спит как сурок. Служанка оставляет ужин у него под дверью. Я бухнул в вино весь пузырёк. Дверь открыл ножом. А теперь, — голос Толи стал тише и напряжённее, — собирайтесь, ваше величество, караулы сняты…
Хаурун бросил законы на стол, замахнул чёлку назад.
— Я готов. Стой. — Вытащил из-за кровати шпагу. — Теперь готов.
— Наденьте плащ, — посоветовал Толя, но Хаурун презрительно фыркнул:
— Я не вор и не буду красться и прятаться в собственном дворце! Я король или кто?
— Король, — согласился Толя, понимая, что он накручивает себя перед опасным делом: знает, что их могут убить, если государственный переворот сам поплывёт в руки. — Пора, пойдёмте.
Страница 27 из 33
