Свидание

Лицо Антиплаща уже не было изумленным — оно было холодным и жестким, окаменевшим, застывшим, словно высеченным из гранита, и столь же неумолимым; ненароком завидев такое лицо в толпе, любой здравомыслящий человек, пожалуй, поспешил бы перейти на противоположную сторону улицы… И Репейник внезапно понял: Антиплащ не просто поражен или разгневан — он прямо-таки люто кипит от бешенства: злоба бродит в нем горячо и неудержимо, вспухает, точно магма в недрах вулкана, готовая вот-вот прорваться и выплеснуться наружу, опасная и смертоносная, сметающая всё на своём пути… Зловеще кривя лицо, Анти что-то пробормотал, процедил сквозь зубы какое-то сочное, извилистое ругательство - и, должно быть почувствовав на себе взгляд Бушрута, быстро обернулся; глаза его мрачно блеснули в желтом задымленном полумраке подвала.

— Фифа? О, да! Ты тоже, значит, заметил? — кусая губы, он хрипло, неприятно усмехнулся. — Хороша… цыпочка, а?

— Ты… её знаешь? — прошептал Бушрут, холодея от догадки, внезапно пришедшей ему на ум. — Эту… цыпочку? Ты… Стой!

Но Антиплащ его не слушал — да и не собирался слушать. С видом человека, принявшего какое-то важное решение, он отшвырнул Репейника с дороги, словно докучный, стоящий не на своем месте стул — и, ничего не объясняя, бросился к выходу. И Бушрут с трепетом понял, что опоздал… что он уже ничего не успеет — да и не сумеет — сделать… что вот-вот произойдет нечто ужасное… что Антиплащ, терзаемый злобой и ревностью, Мегавольта сейчас на месте попросту убьёт…

Застрелит из зажигалки.

Он вскочил и, втягивая голову в плечи, метнулся к дверям паба — вслед за Антиплащом. Зачем? Он и сам этого не знал. Но времени рефлексировать, предаваться размышлениям и взвешивать все за и против у него, увы, абсолютно не было — если он желал ещё хоть что-нибудь изменить…

Часть 3

Из невидимых динамиков, установленных где-то под летним навесом «Зазеркалья», лился сладкий, как патока, безостановочный поток легкой незапоминающейся попсы.

Белиора была прекрасна. В крохотных чашечках, принесенных официантом, остывал давно и безнадежно позабытый ароматный эспрессо.

— … о, да… вы не представляете… составляющие электрической цепи… в биполярных транзисторах носители заряда движутся от эмиттера через тонкую базу к коллектору… а резисторы могут применяться или как дискретные компоненты, или как составляющие части интегральных микросхем… Конечно, если возникает паразитарная ёмкость, то в схеме может образоваться конденсатор, а это штука крайне нежелательная… но…  — Мегавольт с ужасом осознавал, что несет чепуху. Что с красивыми девушками, пришедшими на свидание, следует говорить не о транзисторах и конденсаторах и уж, упаси бог, не о паразитарной ёмкости, — но ничего не мог с собой поделать. Белиора так ласково, так поощрительно ему улыбалась, и так благосклонно, подперев щечку рукой, так внимательно его слушала, что он не мог надивиться ее бесконечному терпению и прямо-таки ангельской деликатности. Господи, ну существуют же еще в мире такие умные и чудесные девушки, которые интересуются не только spa-процедурами, сплетнями о знаменитостях и элитной косметикой от «Ив Роше»! С головы до ног закованный в смущение, будто в глухие латы, Мегавольт наконец немного оттаял — и уже подумывал о том, чтобы осмелеть и нежно взять Белиору за руку…

— О, простите…  вам, наверно, это все глубоко параллельно… вижу, я вас уже совершенно утомил…

— Нет, нет… вы так интересно рассказываете, Элмо… у вас такая замечательная, экстремальная, насыщенная острыми впечатлениями жизнь! — Белиора глубоко, мечтательно вздохнула, и её шикарная упругая грудь волнующе всколыхнулась. — Как бы я хотела стать ее частью…

Мегавольт зарделся:

— Ну, что вы… Жизнь самая обыкновенная… Довольно постылая, надо сказать…  Но, конечно, всякие случаи бывают…

— О, расскажите, расскажите! Какие случаи?

— Да вот, например, недавно… Мы с одним моим другом… Да нет, уж это-то вам точно будет неинтересно…

— Ну, отчего же? Вы знаете, что мне интересно, а что — нет, дорогой Элмо? Это было что-то пикантное? Вы с одним вашим другом…

— Мы пошли в ювелирный магазин, и…  Ой! Нет-нет, это история совсем не для ваших очаровательных ушек…

— Да бросьте! — Белиора засмеялась — будто звонкие мелодичные колокольчики зазвенели вокруг. Нежно улыбаясь, она взяла Элмо за руку и небрежно, восхитительно приятно провела по его широкой грубоватой ладони острым и тонким, аккуратно наманикюренным ноготком. — Я знаю, что вы — тот самый Мегавольт, да.

— Ч… что? — Мегавольт оторопел. Хуже того — на какую-то секунду попросту лишился дара речи. —Вы з-з… знаете?! — Глаза у него полезли на лоб, на свидание к прыщу; если до этого момента Белиора его просто удивляла, то сейчас он был поражен (и сражен) ею не то чтобы до печенок — прямиком до костного мозга. — То есть, вы… вы… нет! Я не… не… вы что-то путаете!