Фандом: Гарри Поттер. О попытке отделить зерна от плевел, посадить семь розовых кустов и познать самое себя.
Добавить в моё избранное
181 мин, 22 сек 1553
— отметив изумление в глазах Грейнджер, Панси добавила: — Неправильным человеком. Не нужно было этого делать.
Гермиона прикусила губу, снова уставившись куда-то в темноту, может быть, на квиддичное поле. Некоторое время они молча передавали друг другу фляжку, пока та не опустела. Не то чтобы Панси чувствовала себя пьяной, но ей стало легче принять один весьма возмутительный для нее факт.
Паркинсон поразмыслила пару минут, является ли оправданием для определенного рода признаний состояние алкогольного опьянения, потом в бессилии стукнулась пару раз затылком об стену и сказала:
— Ну что, Грейнджер, контрольный заход? По-настоящему страшная правда?
Гермиона одарила Паркинсон совершенно трезвым взглядом и быстро сказала небрежным тоном, будто опасаясь передумать:
— Я встречаюсь со Снейпом.
Панси пожала плечами, отвечая в тон:
— А я целовалась с Лонгботтомом.
Грейнджер подпрыгнула на месте, сбив ногой жалобно звякнувшую фляжку на пол:
— Ты целовалась с Лонгботтомом?!
Паркинсон только усмехнулась, приподняв брови:
— А ты встречаешься со Снейпом.
— Да… — Гермиона немного помолчала, переваривая услышанное. — Здорово мы придумали дружбу между факультетами укреплять…
Это замечание, сказанное самым глубокомысленным тоном, вызвало у Панси приступ смеха:
— И… и что? — выдавила она, задыхаясь. — Ты разведешься? Ты… собираешься разводиться?
— Я не вижу в этом никакого смысла, Панси, — Грейнджер пошевелила пальцами ног, как бы раздумывая.
— Грейнджер, ты такая умная, что порою просто дура, — Паркинсон спрыгнула с подоконника, нервно прошлась по комнате туда-обратно. Выпалила, жестикулируя: — У тебя есть любимый мужчина, а ты не хочешь потратить две недели, чтобы он спал спокойно?
Гермиона поболтала ногами в воздухе, пожала плечами:
— Просто я не вижу в этом никакого смысла. Снейп прекрасно знал, что по законам магии я еще замужем, когда все начиналось. И ни разу за два года я не услышала, что его это не устраивает.
Панси подумала, что сейчас снова рассмеется в голос, но ограничилась хихиканьем:
— Если слизеринец чего-то не говорит вслух, это не значит, что он об этом не думает, Грейнджер! Я уверена, что Снейп просто не хотел на тебя давить, но само собой разумеется, что, если ты расстаешься с мужем навсегда, вы должны развестись.
— Все думают, что я разведена…
— Это не одно и то же! — не выдержав, Панси повысила голос. Подышала немного, успокаиваясь: — Я плохо разбираюсь во всей этой чепухе, Грейнджер. Но я почти уверена, что такому человеку, как Снейп, будет мало просто официального признания тебя разведенной женщиной.
Неожиданно ярость ушла, и силы покинули Паркинсон. Она села прямо на ковер перед камином, начиная жалеть, что у Гермионы была всего одна фляжка: для того, чтобы выносить гриффиндорскую тупость Грейнджер, такого количества алкоголя оказалось маловато.
— Я думаю, он хочет жениться на тебе, Грейнджер. И ждет, когда ты тоже этого захочешь. А оставаясь замужем, ты только показываешь, как тебе безразличны ваши отношения.
Когда Гермиона спрыгнула с подоконника, подошла к столу и достала из своего свертка еще одну флягу с коньяком, Панси даже не нашла в себе сил удивиться. Грейнджер опустилась на ковер как можно ближе к камину. Они молча выпили еще по паре глотков.
— А еще я думаю, Грейнджер, что у тебя чертовски суровый подход к… Да ко всему! — все-таки для Паркинсон такая доза алкоголя оказалась убийственной: хотя она соображала, где находится, следить за языком становилось все труднее.
Гермиона стянула толстовку через голову, оставшись в белой маечке.
— Знаешь, что самое ужасное, Панси? — она выпила еще и быстро пробормотала: — Я не хочу замуж. Я там уже была, нечего там делать.
— Что за дурацкий маггловский феминистический подход к таинству брака! — искренне возмутилась Паркинсон, стукнув ладонью по ковру. — Любишь Снейпа — да! Хочешь быть со Снейпом — конечно! Ну так и выходи замуж за Снейпа!
— Если ты не прекратишь, я начну задавать вопросы про Невилла, учти! — нахмурилась Гермиона.
— Ха, напугала! — Панси усмехнулась. — Я тебе и так скажу. Я его не люблю, замуж за него не собираюсь, но…
Грейнджер обратила внимание на паузу, только когда коньяк закончился и во второй фляжке. Тогда она повернулась к Панси и с угрозой в голосе заметила:
— Ты не договорила.
И Панси Паркинсон, гипнотизируя огонь в камине, произнесла абсолютно трезвым и несчастным голосом самую страшную свою правду:
— Мне понравилось, Грейнджер.
21 сентября 2003 года
Воскресным утром Панси проснулась от холода.
Гермиона прикусила губу, снова уставившись куда-то в темноту, может быть, на квиддичное поле. Некоторое время они молча передавали друг другу фляжку, пока та не опустела. Не то чтобы Панси чувствовала себя пьяной, но ей стало легче принять один весьма возмутительный для нее факт.
Паркинсон поразмыслила пару минут, является ли оправданием для определенного рода признаний состояние алкогольного опьянения, потом в бессилии стукнулась пару раз затылком об стену и сказала:
— Ну что, Грейнджер, контрольный заход? По-настоящему страшная правда?
Гермиона одарила Паркинсон совершенно трезвым взглядом и быстро сказала небрежным тоном, будто опасаясь передумать:
— Я встречаюсь со Снейпом.
Панси пожала плечами, отвечая в тон:
— А я целовалась с Лонгботтомом.
Грейнджер подпрыгнула на месте, сбив ногой жалобно звякнувшую фляжку на пол:
— Ты целовалась с Лонгботтомом?!
Паркинсон только усмехнулась, приподняв брови:
— А ты встречаешься со Снейпом.
— Да… — Гермиона немного помолчала, переваривая услышанное. — Здорово мы придумали дружбу между факультетами укреплять…
Это замечание, сказанное самым глубокомысленным тоном, вызвало у Панси приступ смеха:
— И… и что? — выдавила она, задыхаясь. — Ты разведешься? Ты… собираешься разводиться?
— Я не вижу в этом никакого смысла, Панси, — Грейнджер пошевелила пальцами ног, как бы раздумывая.
— Грейнджер, ты такая умная, что порою просто дура, — Паркинсон спрыгнула с подоконника, нервно прошлась по комнате туда-обратно. Выпалила, жестикулируя: — У тебя есть любимый мужчина, а ты не хочешь потратить две недели, чтобы он спал спокойно?
Гермиона поболтала ногами в воздухе, пожала плечами:
— Просто я не вижу в этом никакого смысла. Снейп прекрасно знал, что по законам магии я еще замужем, когда все начиналось. И ни разу за два года я не услышала, что его это не устраивает.
Панси подумала, что сейчас снова рассмеется в голос, но ограничилась хихиканьем:
— Если слизеринец чего-то не говорит вслух, это не значит, что он об этом не думает, Грейнджер! Я уверена, что Снейп просто не хотел на тебя давить, но само собой разумеется, что, если ты расстаешься с мужем навсегда, вы должны развестись.
— Все думают, что я разведена…
— Это не одно и то же! — не выдержав, Панси повысила голос. Подышала немного, успокаиваясь: — Я плохо разбираюсь во всей этой чепухе, Грейнджер. Но я почти уверена, что такому человеку, как Снейп, будет мало просто официального признания тебя разведенной женщиной.
Неожиданно ярость ушла, и силы покинули Паркинсон. Она села прямо на ковер перед камином, начиная жалеть, что у Гермионы была всего одна фляжка: для того, чтобы выносить гриффиндорскую тупость Грейнджер, такого количества алкоголя оказалось маловато.
— Я думаю, он хочет жениться на тебе, Грейнджер. И ждет, когда ты тоже этого захочешь. А оставаясь замужем, ты только показываешь, как тебе безразличны ваши отношения.
Когда Гермиона спрыгнула с подоконника, подошла к столу и достала из своего свертка еще одну флягу с коньяком, Панси даже не нашла в себе сил удивиться. Грейнджер опустилась на ковер как можно ближе к камину. Они молча выпили еще по паре глотков.
— А еще я думаю, Грейнджер, что у тебя чертовски суровый подход к… Да ко всему! — все-таки для Паркинсон такая доза алкоголя оказалась убийственной: хотя она соображала, где находится, следить за языком становилось все труднее.
Гермиона стянула толстовку через голову, оставшись в белой маечке.
— Знаешь, что самое ужасное, Панси? — она выпила еще и быстро пробормотала: — Я не хочу замуж. Я там уже была, нечего там делать.
— Что за дурацкий маггловский феминистический подход к таинству брака! — искренне возмутилась Паркинсон, стукнув ладонью по ковру. — Любишь Снейпа — да! Хочешь быть со Снейпом — конечно! Ну так и выходи замуж за Снейпа!
— Если ты не прекратишь, я начну задавать вопросы про Невилла, учти! — нахмурилась Гермиона.
— Ха, напугала! — Панси усмехнулась. — Я тебе и так скажу. Я его не люблю, замуж за него не собираюсь, но…
Грейнджер обратила внимание на паузу, только когда коньяк закончился и во второй фляжке. Тогда она повернулась к Панси и с угрозой в голосе заметила:
— Ты не договорила.
И Панси Паркинсон, гипнотизируя огонь в камине, произнесла абсолютно трезвым и несчастным голосом самую страшную свою правду:
— Мне понравилось, Грейнджер.
6. О дилемме дикобразов
Не в количестве знаний заключается образование, а в полном понимании и искусном применении всего того, что знаешь.21 сентября 2003 года
Воскресным утром Панси проснулась от холода.
Страница 37 из 55
