Фандом: Гарри Поттер. О попытке отделить зерна от плевел, посадить семь розовых кустов и познать самое себя.
Добавить в моё избранное
181 мин, 22 сек 1566
Восемь часов практически наедине с человеком, который выводил ее из душевного равновесия самим своим присутствием! Помоги ей Мерлин. Панси всерьез опасалась, что под конец экскурсии может сама предложить Невиллу руку и сердце, просто чтобы перестать думать об этом.
Ради группы МакГонагалл разблокировала камин в своем кабинете, поэтому перемещение из Хогвартса в «Дырявый котел» прошло быстро. Около одиннадцати часов утра тридцать шесть студентов и двое преподавателей уже ожидали экскурсионный автобус на остановке недалеко от Трафальгарской площади.
— Я надеюсь, все помнят правила? — громогласно вопросила Панси, стоя вполоборота к ребятам.
— Воду не мутить, гида не пугать, — улыбнулась Люси из-за спин соучеников.
— Именно так, — приподняла левую бровь Паркинсон. — А то не хватало еще с Министерством потом разбираться…
Проще всего было купить билеты на специальный экскурсионный автобус. Они действовали сутки, можно было выйти на любой остановке, осмотреть окрестности, а затем сесть в другой автобус и поехать дальше. Так что, по сути, Паркинсон просто вывела студентов на прогулку.
То, что ученикам это по нраву, было видно невооруженным глазом: смеющиеся, колдографирующиеся исподтишка, несмотря на запрет на магию, счастливые, невероятно забавные в маггловской одежде без факультетских знаков отличия. С опаской пробующие маггловское мороженое чистокровки, магглорожденные, впервые посмотревшие на Лондон глазами приезжего.
Панси ощущала волны счастья, излучаемого этой разношерстной, но веселой компанией. Смеялась вместе с ними. И безумно желала, чтобы ей снова было семнадцать, шестнадцать, пятнадцать… Вернуться назад, прожить заново, иначе, лучше.
— Ничего не изменилось бы, — услышала она.
Изумляться тому, что Невилл думает о том же, о чем и она, Панси не стала. Она уже начинала привыкать.
— Почему ты так думаешь?
Паркинсон сидела на скамейке в Кенсингтонском саду, студенты получили свободное время под честное слово. Лонгботтом снова подкрался сзади, по своему обыкновению, положил руку ей на плечо. Панси даже не стала ерничать — слишком хорошо ей было, не хотелось все портить.
— Неверно думать, что все сделала бы иначе, будь у тебя такая возможность, — пояснил Невилл. — Ты поступила бы точно так же. Ничего не изменилось бы. Ну, или ты не стала бы такой, как сейчас.
Панси хмыкнула. Она не отказалась бы от того, чтобы никогда не становиться такой, как сейчас. Впрочем…
Был бы у ее альтернативной копии такой чудесный осенний день в Кенсингтонском саду?
Едва ли.
Желтый кленовый лист, сорванный с ветки порывом ветра, опустился прямо ей на колени.
— Вся соль в том, что было раньше: курица или яйцо? — лениво сострила Паркинсон, разминая лист между пальцами.
— Все равно это не имеет значения, — ей показалось, что Невилл пожал плечами.
Лонгботтом был прав.
Прошлое не имело никакого значения.
Наверное, спокойствие и тишина, царившие в парке, размягчающе действовали на мозги. А может, подписанное заявление об уходе или ее решение о возвращении в маггловский мир были причиной. Не так уж важно. Главное — Панси чувствовала себя невероятно легко.
Решение было верным.
Впереди целая жизнь.
Можно веселиться дни и ночи напролет, проматывая остатки накоплений.
Несколько дней гулять по улицам Лондона, питаясь только кофе, курить по три пачки в день, работая по ночам.
Написать книгу, не особенно утруждая себя сюжетом — фантастика как раз входит в моду.
Вернуться в журналистику и прилежно сочинять нелепые статейки.
Неважно.
Только двадцать три.
Грейнджер, напрочь запутавшаяся в собственных желаниях, и то старше на год.
А Лонгботтом… Лонгботтом старше ровно на месяц.
Когда Невилл чуть слышно произнес: «Мне нужно сказать тебе кое-что», Панси не смогла ни выругаться, ни посмеяться. Она всего лишь сжала его руку, которая все еще лежала на ее плече, и попросила:
— Не сегодня. Пожалуйста, только не сегодня.
Слишком уж чудесный был день.
После ужина в небольшом ресторанчике недалеко от Вестминстерского аббатства они стояли на остановке, чтобы вернуться к «Дырявому котлу». Люси, хохоча после каждого слова, рассказывала какой-то новый анекдот. Панси отстраненно подумала, что они смеются слишком громко для респектабельных школьников, но ей лень было делать замечания. В ожидании автобуса она от нечего делать разглядывала обновки студентов: яркие шарфы с символикой Англии, шляпы «Манчестер Юнайтед», сумки…
Именно поэтому Панси заметила, как проходящий мимо юноша в сером плаще как бы ненароком сунул руку в карман куртки Илая.
— Эй! — не подумав, возмутилась Паркинсон.
«Идиотка».
Словно в плохом фильме, Росс бросился бежать за вором.
Ради группы МакГонагалл разблокировала камин в своем кабинете, поэтому перемещение из Хогвартса в «Дырявый котел» прошло быстро. Около одиннадцати часов утра тридцать шесть студентов и двое преподавателей уже ожидали экскурсионный автобус на остановке недалеко от Трафальгарской площади.
— Я надеюсь, все помнят правила? — громогласно вопросила Панси, стоя вполоборота к ребятам.
— Воду не мутить, гида не пугать, — улыбнулась Люси из-за спин соучеников.
— Именно так, — приподняла левую бровь Паркинсон. — А то не хватало еще с Министерством потом разбираться…
Проще всего было купить билеты на специальный экскурсионный автобус. Они действовали сутки, можно было выйти на любой остановке, осмотреть окрестности, а затем сесть в другой автобус и поехать дальше. Так что, по сути, Паркинсон просто вывела студентов на прогулку.
То, что ученикам это по нраву, было видно невооруженным глазом: смеющиеся, колдографирующиеся исподтишка, несмотря на запрет на магию, счастливые, невероятно забавные в маггловской одежде без факультетских знаков отличия. С опаской пробующие маггловское мороженое чистокровки, магглорожденные, впервые посмотревшие на Лондон глазами приезжего.
Панси ощущала волны счастья, излучаемого этой разношерстной, но веселой компанией. Смеялась вместе с ними. И безумно желала, чтобы ей снова было семнадцать, шестнадцать, пятнадцать… Вернуться назад, прожить заново, иначе, лучше.
— Ничего не изменилось бы, — услышала она.
Изумляться тому, что Невилл думает о том же, о чем и она, Панси не стала. Она уже начинала привыкать.
— Почему ты так думаешь?
Паркинсон сидела на скамейке в Кенсингтонском саду, студенты получили свободное время под честное слово. Лонгботтом снова подкрался сзади, по своему обыкновению, положил руку ей на плечо. Панси даже не стала ерничать — слишком хорошо ей было, не хотелось все портить.
— Неверно думать, что все сделала бы иначе, будь у тебя такая возможность, — пояснил Невилл. — Ты поступила бы точно так же. Ничего не изменилось бы. Ну, или ты не стала бы такой, как сейчас.
Панси хмыкнула. Она не отказалась бы от того, чтобы никогда не становиться такой, как сейчас. Впрочем…
Был бы у ее альтернативной копии такой чудесный осенний день в Кенсингтонском саду?
Едва ли.
Желтый кленовый лист, сорванный с ветки порывом ветра, опустился прямо ей на колени.
— Вся соль в том, что было раньше: курица или яйцо? — лениво сострила Паркинсон, разминая лист между пальцами.
— Все равно это не имеет значения, — ей показалось, что Невилл пожал плечами.
Лонгботтом был прав.
Прошлое не имело никакого значения.
Наверное, спокойствие и тишина, царившие в парке, размягчающе действовали на мозги. А может, подписанное заявление об уходе или ее решение о возвращении в маггловский мир были причиной. Не так уж важно. Главное — Панси чувствовала себя невероятно легко.
Решение было верным.
Впереди целая жизнь.
Можно веселиться дни и ночи напролет, проматывая остатки накоплений.
Несколько дней гулять по улицам Лондона, питаясь только кофе, курить по три пачки в день, работая по ночам.
Написать книгу, не особенно утруждая себя сюжетом — фантастика как раз входит в моду.
Вернуться в журналистику и прилежно сочинять нелепые статейки.
Неважно.
Только двадцать три.
Грейнджер, напрочь запутавшаяся в собственных желаниях, и то старше на год.
А Лонгботтом… Лонгботтом старше ровно на месяц.
Когда Невилл чуть слышно произнес: «Мне нужно сказать тебе кое-что», Панси не смогла ни выругаться, ни посмеяться. Она всего лишь сжала его руку, которая все еще лежала на ее плече, и попросила:
— Не сегодня. Пожалуйста, только не сегодня.
Слишком уж чудесный был день.
После ужина в небольшом ресторанчике недалеко от Вестминстерского аббатства они стояли на остановке, чтобы вернуться к «Дырявому котлу». Люси, хохоча после каждого слова, рассказывала какой-то новый анекдот. Панси отстраненно подумала, что они смеются слишком громко для респектабельных школьников, но ей лень было делать замечания. В ожидании автобуса она от нечего делать разглядывала обновки студентов: яркие шарфы с символикой Англии, шляпы «Манчестер Юнайтед», сумки…
Именно поэтому Панси заметила, как проходящий мимо юноша в сером плаще как бы ненароком сунул руку в карман куртки Илая.
— Эй! — не подумав, возмутилась Паркинсон.
«Идиотка».
Словно в плохом фильме, Росс бросился бежать за вором.
Страница 49 из 55
