Фандом: Гарри Поттер. О попытке отделить зерна от плевел, посадить семь розовых кустов и познать самое себя.
Добавить в моё избранное
181 мин, 22 сек 1476
Паркинсон, не наклоняясь, сбросила единственные, а значит, парадно-выходные туфли у двери. Сняла новую мантию, купленную в Косом переулке, оставшись в самом простом сером платье, и аккуратно повесила ее на плечики в шкафу. В одних колготках стоять на холодном каменном полу было очень неуютно, а старенькие домашние тапочки она забыла на съемной квартире. Панси подумала немного, стоя перед зеркальной дверцей шкафа, а потом натянула теплые шерстяные носки в полосочку.
Стараясь не думать о том, насколько глупо может выглядеть девушка в сером платье и красно-зеленых шерстяных носках, она села за стол и тоскливо уставилась на стопку учебников, которые еще днем доставили из магазина. Бумаги, оставшиеся от прежнего учителя, которые передала ей директор и которые Панси так и не удосужилась разобрать, макулатурой лежали на одном из стульев. Паркинсон одарила неряшливую стопку таким же долгим и тоскливым взглядом, что и учебники.
— Черт!
Девушка достала из сумочки сигареты и зажигалку, открыла одно из окон, села на подоконник, поджав левую ногу, и закурила. Погода оставляла желать лучшего, но Панси было холодно лишь первые пару минут.
Все-таки стоило подвести итоги.
В стремлении вернуть себе право на магию, свое наследство и дом она, Панси Паркинсон, согласилась на работу, для которой заведомо не подходила. Хотя ей пришлось выбрать Хогвартс лишь потому, что все остальные уже успели ей отказать.
Преподаватель Маггловедения — смешно!
Мало того, что она понятия не имеет, как ей работать, мало того, что она до смерти боится детей и подростков, не понимая в воспитании ровным счетом ничего, так еще и куратора ей назначили — не приведи Мерлин. У Панси, конечно, порядочно поубавилось гордости за эти годы, но слушать неиссякаемые потоки советов от Грейнджер… лучше уж она пока самостоятельно попробует поработать. Или с деканом пообщается.
А что, если ничего не получится?
МакГонагалл, конечно, гриффиндорка, жалеть слабых и убогих в ее стиле, но ведь она понятия не имеет, что Панси — лабораторная крыса в эксперименте, а рассказывать Паркинсон запретили. Хогвартс подписал с ней контракт на один семестр. Что, если зимой ее уволят без рекомендаций?
Собственно, вариантов нет. Тогда придется потратить оставшиеся полгода на поиск новой работы, вылезти из кожи вон, чтобы заполучить рекомендации. А если и там не получится — она вернется к магглам, на этот раз навсегда. Без денег, связей, вынужденная снова начать с нуля.
От этой мысли у Панси задрожали руки. Столбик пепла упал прямо на платье, но она даже не заметила.
Спокойно, Панси. Подумай хорошенько, тебе ведь не нужно рекомендательное письмо для продолжения педагогической карьеры. Там просто должно быть отмечено, что ты культурная, толерантная и…
И хороший работник.
Плохой учитель не может быть хорошим работником.
Черт!
Панси спрыгнула с подоконника, уничтожив окурок заклинанием, и вернулась за стол. Подавляя желание наплевать на все и лечь спать, вздохнула и придвинула к себе учебники.
после которой сразу наступают будни.
2 сентября 2003 года
Панси проснулась будто бы оттого, что ее ткнула острым локтем в бок Милли, громогласно извещая об окончании лекции по Истории магии. Паркинсон даже машинально пробормотала что-то вроде «Все, все, я не сплю…», поднимая голову и сонно моргая.
Осознание, что никакой Булстроуд рядом не наблюдается, равно как и Биннса, а Хогвартс был окончен пять лет назад, обрушилось на разум новоявленного профессора совсем как книжная полка в детстве на ногу: резко, неожиданно и очень болезненно.
Она благополучно отключилась при составлении учебных планов, во сне подсунув под голову ворох пергаментов и учебник для пятого курса, самый толстый из всех.
Панси лихорадочно бросила взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. Так, завтрак безнадежно пропущен. Если не поторопиться, занятие с седьмым курсом Гриффиндор-Слизерин начнется без преподавателя минут этак через десять.
— Черт! Черт! Черт!
Панси заметалась было по комнате, пытаясь делать тысячу вещей одновременно; потом все же заставила себя успокоиться и прикинуть, что будет хуже: опоздать или явиться на первый урок непричесанной, неумытой и в мятом старом платье? После критического взгляда в зеркало дилемма разрешилась сама собой. «Лучше уж пойти в мятом платье, чем с отпечатком планирования на щеке», — подумалось ей по дороге в ванную комнату.
Паркинсон тщательно умылась и пригладила растрепанные волосы мокрой ладонью. Сойдет. Не на свадьбу.
Она сгребла составленные за ночь бумаги в одну стопку, положила поверх учебников и быстрым шагом пошла к выходу. Уже у самой двери Паркинсон вспомнила о красно-зеленых носках, которые забыла снять.
Стараясь не думать о том, насколько глупо может выглядеть девушка в сером платье и красно-зеленых шерстяных носках, она села за стол и тоскливо уставилась на стопку учебников, которые еще днем доставили из магазина. Бумаги, оставшиеся от прежнего учителя, которые передала ей директор и которые Панси так и не удосужилась разобрать, макулатурой лежали на одном из стульев. Паркинсон одарила неряшливую стопку таким же долгим и тоскливым взглядом, что и учебники.
— Черт!
Девушка достала из сумочки сигареты и зажигалку, открыла одно из окон, села на подоконник, поджав левую ногу, и закурила. Погода оставляла желать лучшего, но Панси было холодно лишь первые пару минут.
Все-таки стоило подвести итоги.
В стремлении вернуть себе право на магию, свое наследство и дом она, Панси Паркинсон, согласилась на работу, для которой заведомо не подходила. Хотя ей пришлось выбрать Хогвартс лишь потому, что все остальные уже успели ей отказать.
Преподаватель Маггловедения — смешно!
Мало того, что она понятия не имеет, как ей работать, мало того, что она до смерти боится детей и подростков, не понимая в воспитании ровным счетом ничего, так еще и куратора ей назначили — не приведи Мерлин. У Панси, конечно, порядочно поубавилось гордости за эти годы, но слушать неиссякаемые потоки советов от Грейнджер… лучше уж она пока самостоятельно попробует поработать. Или с деканом пообщается.
А что, если ничего не получится?
МакГонагалл, конечно, гриффиндорка, жалеть слабых и убогих в ее стиле, но ведь она понятия не имеет, что Панси — лабораторная крыса в эксперименте, а рассказывать Паркинсон запретили. Хогвартс подписал с ней контракт на один семестр. Что, если зимой ее уволят без рекомендаций?
Собственно, вариантов нет. Тогда придется потратить оставшиеся полгода на поиск новой работы, вылезти из кожи вон, чтобы заполучить рекомендации. А если и там не получится — она вернется к магглам, на этот раз навсегда. Без денег, связей, вынужденная снова начать с нуля.
От этой мысли у Панси задрожали руки. Столбик пепла упал прямо на платье, но она даже не заметила.
Спокойно, Панси. Подумай хорошенько, тебе ведь не нужно рекомендательное письмо для продолжения педагогической карьеры. Там просто должно быть отмечено, что ты культурная, толерантная и…
И хороший работник.
Плохой учитель не может быть хорошим работником.
Черт!
Панси спрыгнула с подоконника, уничтожив окурок заклинанием, и вернулась за стол. Подавляя желание наплевать на все и лечь спать, вздохнула и придвинула к себе учебники.
2. Об особенностях педагогических будней
1 сентября — праздник вроде ежегодной свадьбы,после которой сразу наступают будни.
2 сентября 2003 года
Панси проснулась будто бы оттого, что ее ткнула острым локтем в бок Милли, громогласно извещая об окончании лекции по Истории магии. Паркинсон даже машинально пробормотала что-то вроде «Все, все, я не сплю…», поднимая голову и сонно моргая.
Осознание, что никакой Булстроуд рядом не наблюдается, равно как и Биннса, а Хогвартс был окончен пять лет назад, обрушилось на разум новоявленного профессора совсем как книжная полка в детстве на ногу: резко, неожиданно и очень болезненно.
Она благополучно отключилась при составлении учебных планов, во сне подсунув под голову ворох пергаментов и учебник для пятого курса, самый толстый из всех.
Панси лихорадочно бросила взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. Так, завтрак безнадежно пропущен. Если не поторопиться, занятие с седьмым курсом Гриффиндор-Слизерин начнется без преподавателя минут этак через десять.
— Черт! Черт! Черт!
Панси заметалась было по комнате, пытаясь делать тысячу вещей одновременно; потом все же заставила себя успокоиться и прикинуть, что будет хуже: опоздать или явиться на первый урок непричесанной, неумытой и в мятом старом платье? После критического взгляда в зеркало дилемма разрешилась сама собой. «Лучше уж пойти в мятом платье, чем с отпечатком планирования на щеке», — подумалось ей по дороге в ванную комнату.
Паркинсон тщательно умылась и пригладила растрепанные волосы мокрой ладонью. Сойдет. Не на свадьбу.
Она сгребла составленные за ночь бумаги в одну стопку, положила поверх учебников и быстрым шагом пошла к выходу. Уже у самой двери Паркинсон вспомнила о красно-зеленых носках, которые забыла снять.
Страница 7 из 55
